Медиаторы
Шрифт:
– Привет, друзья! – звонко и громко крикнул он, обращаясь ко всем собравшимся. – Меня зовут Сергей. Вы меня знаете, – раздался приветственный свист, кто-то радостно застучал кулаками по спинкам передних кресел. – Со многими из вас я не раз плечом к плечу стоял в бою. Вы – мои люди. Мы вместе сражались, вместе кутили, вместе провожали падших к Зверю и вместе любили, – он подмигнул, и с трибун послышался женский разномастный смех. – Мой отец сделал многое для клана. Я клянусь идти по его стопам и отдать свою жизнь за вас. Во имя Зверя! Я хочу испытать себя в битве вожаков. По праву наследника
Опять свист и восторженное улюлюканье. «Кажется, этот парень – местная рок-звезда». Алиса обернулась и оглядела зрительский зал. Анималы радостно переглядывались, громко переговаривались, повсюду шипели банки с пивом. Алиса ощутила исходящее от них предвкушение чего-то таинственного, весёлого, торжественного. Сама она тоже была в предвкушении, но ничего весёлого и радостного в нём не наблюдалось.
Сергей стоял, перенеся вес на одну ногу, а на его лице играла лёгкая улыбка. Он повернулся к восточной трибуне, где, видимо, собрались его друзья, потому что именно оттуда Алиса слышала больше всего радостных поддерживающих криков, и весело произнёс что-то одними губами, выразительно двигая бровями. Вероятно, он сказал что-то очень остроумное, потому что трибуны вновь взорвались смехом и кто-то оглушительно засвистел.
– Ну вот, я же говорил, – со смесью гордости и разочарования произнёс Лёша.
Гул в цирке нарастал, разговоры снова становились громче. Анималы понимали, чем закончатся выборы, и хотели быстрее завершить формальную часть, чтобы перейти к кутежу и поздравлениям.
Руслан кашлянул, вновь призывая трибуны к молчанию, и заговорил:
– Я повторяю свой вопрос! Кто готов бросить вызов судьбе и сразиться с Сергеем Бурым под очами Зверя? Если среди присутствующих есть такой анимал, пусть выйдет он на арену и примет бой, либо же молчит о своём праве навеки!
Алиса сделала пару судорожных глотков пива и кивнула сама себе: пора!
– Мне надо отойти, – зачем-то напоследок сообщила она Лёше.
– Братья и сёстры, следуя завету Зверя, я объявляю…
Алиса поднялась и резко перемахнула через ограждение. Как только кеды Алисы коснулись песка, она услышала, что разговоры разом притихли. Все замолкли, и ей казалось, что десятки пар глаз смотрели ей в спину, словно каждый размышлял, как именно он смог бы вонзить когти или вгрызться клыками в эту самую спину. «Глупости! – Алиса заставила себя не оборачиваться. – Я одна из них».
Сергей постарался скрыть своё изумление, но его выдавали взметнувшиеся брови, которые стремились переселиться со лба на макушку.
Алиса решительно подошла к Руслану. Тот, казалось, вовсе не удивился новоприбывшей, лишь хмыкнул в седую бороду.
– У нас сегодня гости? Вот так сюрприз! Как зовут тебя, милое дитя?
– Я Алиса из Серого рода, – громко, чтобы слышали все, сказала она.
– Опа-на! – Руслан развеселился и хлопнул в ладоши. – Неужто сама внучка Лидии к нам пожаловала?
Алиса кивнула.
– Ну и что ты тут забыла, дорогая серая волчица Алиса? Заглянула на чай?
Алиса опять кивнула
– Бабка-то твоя жива ещё? – проскрипел старик. – Сколько лет прошло? Пятнадцать,
В третий раз подряд кивать Алисе показалось глупостью, и она с силой заставила себя разжать напряжённые челюсти.
– Шестнадцать.
Руслан хмыкнул, оценивающе оглядывая девушку.
– Итак, серая волчица Алиса, решила поучаствовать в нашем милом междусобойчике? – участливо спросил старик. – Проходи, не стесняйся. Чего как не родная.
Тишина стала ещё отчётливее, взгляды – пронзительными и колючими. Алиса набрала в грудь больше воздуха. В голове было так мало мыслей, что они носились от одной стороны черепушки до другой, умудряясь врезаться друг в друга, как частицы в адронном коллайдере.
Наконец Алиса вспомнила, что должна сказать.
– Я хочу испытать себя в битве вожаков. По праву наследницы Серого рода, которое мне завещала моя бабушка, а ей передала Серая волчица. Я хочу баллотироваться в лидеры клана.
Тишина сузилась до тончайшего острия иглы, которое несколько долгих мгновений приближалось к воздушному шарику, и тут вдруг резина лопнула, выпуская на волю скопившееся напряжение. Так и все присутствующие в цирке внезапно заговорили, зашептали, забормотали.
Чтобы смотреть хотя бы на кого-то, но при этом избегать вызывающих, пронзающих, сканирующих, оценивающих глаз всех анималов, Алиса поймала взгляд Лёши. Она ожидала, что парень отведёт глаза, но тот подбадривающе улыбнулся и отсалютовал банкой пива. Алиса неожиданно для себя тоже улыбнулась. Шум и гам перестали давить на неё сплошным потоком, она словно увидела брешь, через которую хлынул свежий воздух.
Алиса заставила себя сделать глубокий вдох и медленный выдох – размеренно, чтобы никто из анималов не заметил, как судорожно поднимаются и опускаются её плечи.
– Ну что, зверята-жеребята, выборы вот-вот начнутся. У вас есть последний шанс убежать под крыло мамочки.
Руслан усмехнулся в бороду и тут же посерьёзнел. Он вскинул обе руки ввысь, обращаясь к небесным силам, и громогласно произнёс:
– Да будет свидетелем этого дня Зверь, который однажды ответил на наши молитвы и даровал нам духов-защитников. Сегодня определится, кто поведёт нас дальше. Волею Зверя сегодня решится, кто выберет нам следующее пастбище, укажет на врага, остережёт от беды, защитит от напастей, кто разделит с нами радости и беды, за кем пойдём мы беспрекословно, потому что его глаза станут нашими глазами. Да будем мы видеть так, как видит наш вожак, и да будем мы смотреть с нашим правителем в одном направлении, и да накормит он нас в минуту голода, если леса опустеют, и да согреет нас подо льдами суровыми, если солнце замёрзнет, и да напоит нас кровью своей, если реки высохнут.
Алиса слушала торжественную речь старика и ощущала, как каждое ритуальное слово наполняет её силой, словно волшебным таинственным теплом согревая изнутри. Алисе начало казаться, будто она стала сильнее, а мышцы её окрепли. Девушка развела плечи, выпрямила спину и подняла голову.
– И когда Первый станет Первым, Второй станет Вторым. Тот, кого одолеет длань вожака, да пребудет с ним на земле и в вечности, да приумножит величие клана, да посвятит свою душу и свою жизнь служению клану милостью вожака.