Медиум поневоле
Шрифт:
— Побереги силы детектив, тебе ещё с Марго рассчитываться за ее помощь.
Макс остолбенел, дошло наконец, что я слышала их брачные заигрывания. Сейчас, наверное, пытается воскресить их в памяти и понять, насколько откровенными они были. Ну-ну, удачи.
Я выскользнула из лифта, навстречу Танюше и погружению в мир безумного шопинга. На самом деле в этом сумасшедшем забеге по магазинам участвовала только часть меня. Вторая половина осталась стоять в лифте с такой же частью Максима, связанная невидимым притяжением и дрожащая в предвкушении ещё одного поцелуя. Мне хотелось думать, что он, также
Танюша, конечно, заметила моё частичное отсутствие и принялась за допрос.
— Ты, Саша будто не здесь, по дороге головой нигде не стукнулась? Тормозишь ты знатно. — подруга шла рядом по галерее с магазинами и весело махала пакетом с обновкой.
— Нет, не стукнулась. Я с Максом разговаривала, — сказала и дотронулась пальцами до губ.
— Что наконец решила взять трубку и послать обманщика в далёкие дали?
— Нет, я здесь его встретила.
Таня резко остановилась, застыла на месте и с возмущением глядела на меня.
— Да ладно! И ты молчала?! А ну выкладывай, как все прошло?
И я выложила, о разговоре в кафе, моих претензиях и его оправданиях, о поцелуе в лифте. Опустила только подробности о пророческом сне и мою теорию о магнитах. Таня была мной недовольна, точнее в кафе я была «молоток и кремень», а вот в лифте «наивная дурашка, размазня и падшая женщина». Последнее она произносила, особенно часто сопровождая все это смехом ведьмы. Кажется мои ангелок и демонюка были с ней солидарны, потому как усердно кивали головами.
— Знаешь, что Сашенька, как в народе говорят, клин клином вышибают! — на этом она назидательно подняла палец вверх. Мы уже шли от остановки к моему дому, нагруженные пакетами и впечатлениями.
— Что ты имеешь в виду? Надо его ещё раз поцеловать, чтоб меня отпустило? — какая-то больная логика, мне такое не подходит, ну и советы народ даёт!
— Нет! Ты что с дуба рухнула! Тебе надо другого парня поцеловать! Возможно, не раз! Возможно не только поцеловать!
— Ага сейчас пакеты домой закину и пойду искать желающих! — дурацкая народная мудрость, все-таки.
— А не надо искать! У нас есть кандидат! — и Таня таинственно замолчала, вот же интриганка.
— Ты про кого это? — у меня пазл не складывался, и я все больше и больше убеждалась, что впереди не одна бессонная ночь, демонов детектив!
— Кирилл! Он же зовёт тебя на свидание, причем давно! — девушка сияла как будто только что сделала великое открытие, в научном мире.
— А, он. Не зовёт, а звал. — забыла как-то про парня.
— В смысле звал? А сейчас что?
— А сейчас обиделся и не звонит. — наверное облегчение в моем голосе было слишком явным. Таня нахмурились.
— Ну так ты позвони! Скажи, что уже не болеешь и хочешь погулять с ним! Что ты как в восьмом классе, помнишь с Лёшкой Прониным?! — Таня оседлала любимого конька.
Пока подруга вспоминала мои позорные потуги понравится хулиганскому Лешке, я думала о Кирилле. Если я позвоню, то ведь ничего не потеряю? Даже если он передумал и скажет, что, например занят или уехал. Но правильно ли это? Закрывать разочарование в одном парне, и чего уж скрывать сильное притяжение, встречами с другим. Мне
Возможно, мои душевные сомнения, или напряжение последних недель стали тому причиной, но ко мне пришли странные сны. Они были очень разными, но первый был самым важным и необъяснимым. Я стояла посреди некоего сумрачного пространства, как будто в тумане, но немного темнее. Кроме меня сначала там не было ничего. Я вертела головой и пыталась выяснить, где нахожусь. Потом немного справа вдалеке показался дымный силуэт, контур человека был слегка размыт, потом появился ещё один и ещё, и ещё. Когда я смогла рассмотреть ближние то мне, показалось что это человеческая тень, просто сгусток темноты по контуру, напоминающий человека. Потом возник звук, тени говорили тихо, почти шепотом, и я понимала их речь, но голосов было слишком много и разобрать что-то было нереально. Ко мне двинулась одна из теней стоящая совсем рядом, ее движения были ломаными и резкими.
Ужас охватил меня и двинуться убежать или просто отпрянуть я не могла. Тень была женской, и она говорила, говорила не останавливаясь, когда она добралась совсем близко, я разобрала отдельные слова: «мой сын, спаси, спаси его».
Сон напугал меня до чёртиков, и мне был нужен совет. Других кандидатур кроме Матвея Ивановича мне на ум не пришло. Решила съездить к нему на могилку, вдруг получится поговорит с ним. В свою квартиру я возвращаться пока боялась. Со времени нашего похода в торговый центр прошла неделя и позавчера Макс прислал мне сообщение. А нем говорилось о том, что Артем и Света под следствием, но пока на свободе, по подписке о невыезде. В конце шла приписка, скоро все закончится. Очень надеюсь!
Так что на следующее утро после кошмара я отправилась на кладбище. Погода радовала, снег ещё лежал, но солнышко было ярче, кое где появлялись прогалины, и вечная мерзлота отступала. На кладбище стоя у могилы деда Матвея обратилась к воздуху,
— Матвей Иванович, вы ещё здесь? — вот будет глупо застань мне кто-то за этим занятием.
— Туточки милая. — он объявился напротив меня.
Я как могла описала ему свой сон. Дед Матвей узнал это место, раньше люди назвали его лимб, место, где обитали души, не попавшие ни в ад, ни в рай, ни в чистилище. Сами духи зовут его грань. Многие из них не могут уйти имея незавершенное дело или сильную привязку. Матвею и Маше повезло, что они встретили меня не успев попасть за грань, там такие как я не появляются. Вернее, не появлялись до этой ночи. Что теперь мне с этим делать и можно ли избежать попадания в кошмарный сон, он не знал.
Пока он выкладывал мне все это, к нам подошёл новый персонаж, Илья пришел навесить могилу деда.
— Привет Саша. — парень кивнул, вид у него был не ахти, какой-то вымотанный и потухший.
— Привет Илья у тебя все в порядке? — блин ну и вопросик Алекс, у него сестра и брат под следствием, конечно он не в порядке!
— Нет, Саша не в порядке, моя жизнь катится в трубу. В убийстве деда подозревают мою сестру, мать больна и очень сильно. Нужны деньги на операцию, а я абсолютно растерян и не знаю, как им помочь. — Илья, кажется, еле держится, руки дрожат, а в глазах застыли слезы.