Медиум
Шрифт:
– Каждому своё.
– Не совсем. Сейчас мы вновь на одной позиции, с одинаковым количеством бесполезно для карьеры пропущенных лет. Только у меня есть любимый муж и парочка хорошеньких близняшек, а у Таши – с треском проваленная полицейская операция. Не по её вине, конечно, но по результату у нас одинаковые должности, и мы вновь сидим за соседними столами в техническом отделе.
– И чем я могу ей помочь?
– Во-первых, понять и простить. Она не знала вас, соглашаясь на знакомство.
– Значит, всё-таки это полицейская операция. Передайте ей, что всё понял и простил.
– Чтобы вы оба попробовали начать свои отношения сначала.
– Отношения, начатые со лжи, редко заканчиваются чем-то хорошим. Давайте оставим всё как есть и не будем пытаться возродить то, чего никогда и не было.
– Джон, твой Нельсон всё правильно сказал. Действительно, эта хреновина напечатана известным голландцем хрен знает сколько лет назад. Цена соответствующая.
– Пойдёт комиссару?
– Обойдётся! Я кое с кем переговорил, такими рисунками интересуется один богатый коллекционер. Главное, обеспечить легальную историю покупки – дескать, купили офорт на аукционе конфискованных товаров. Провели экспертизу и решили перепродать. Конечно, придётся десять процентов отдать посреднику за обеспечение сделки и прикрытие, но и оставшаяся сумма впечатляет. Прекрасная добавка к пенсионным накоплениям. Ты в доле. Скажем… треть тебя устроит?
– Кэп! Зачем спрашиваешь? А?..
– А для остальных судьба картинки останется покрыта мраком. Пусть рты на чужой кусок не разевают – у них самих рыльце в пушку. Станут спрашивать – я скажу что отдал в мэрию. Даже комиссар не придерётся, тем более он сейчас дёргается из-за скорых выборов. Шум никому не нужен.
– Не думал, но оказывается, в рассказах об оккультистах что-то есть. Теперь прикидываю, как бы Нельсона привлечь к нашим расследованиям.
– А оно того стоит? В газеты попадёт – всё управление трясти будет. Разве если резонансное дело надо будет срочно закрывать. И то не факт. Из отдела борьбы с оргпреступностью пытались с помощью нашего медиума про алмазы выяснить. Результат – громкий пук. Лучше поговорить с Нельсоном и попросить: если что-то мимо него интересное пройдёт, пусть даст весточку. А уж за нами точно не пропадёт.
– Кстати, та заколка, что он себе взял, дорогая?
– И по ней навёл справки. Действительно, таких вещиц много и разных. В раскопках часто встречаются, а потому стоят всего ничего. Было бы золото, а то обычная бронза.
– Но что-то в ней есть, раз через весь склад углядел.
– Может, и есть. Но тебе эта штучка нужна? И мне нет. Никто в ней не заинтересован. Если бы Нельсон не взял её, то рано или поздно она бы на свалке оказалась.
– Он про призраков говорил. Мне кажется, не врал. Стоит его попросить, чтобы выяснил: чего духи хотят? Про Мари Энн Смит он правильно рассказал, хотя ничего знать не мог. Даже если бы и держал в руках её дело, то как он нашёл ящик с вещами? Откуда узнал про браслет?
– Джон, смотри сам: на этом складе улики по старым, давно закрытым делам. Вот лично тебе хочется возобновлять расследование со слов покойника? Даже если он назовёт тебе имя убийцы и обстоятельства дела, собирать доказательства
– Пожалуй, воздержусь.
– Правильно сделаешь. У нас без призраков висяков хватает. Чем мне этот медиум нравится, так это тем, что в чужие дела не лезет.
– Какой-то кодекс у них, у медиумов, есть. Вроде без оплаты за дела они не берутся.
– И это правильно! У нас своих забот невпроворот, дополнительные точно не нужны. Хотя интересно, как с ним расплачиваются? Кладами? Про них мало кто знает. Да и наш Нельсон – богатый человек, небось, за пару броудов работать не захочет.
– За девчачий браслет согласился. Хотя его нам и оставил.
– Не за браслет он отработал, а перед нами хвост распушил. Дескать, вот такой я – много чего вижу, много чего умею. Скорее намёк сделал: мол, если хотите, с духами поговорю, но не бесплатно. Чем можно расплатиться, тоже показал. Как бы узнать, где какие штуки брать?
Перед самым закрытием в контору пришёл полицейский сержант, предъявил визитную карточку мистера Нельсона и попросил встречи с ним. Держался посетитель чуть-чуть развязно, что, в общем, характерно для многих офицеров его службы. Но в кабинете манеры проявились во всей красе. Даже не поздоровавшись и не представившись, сержант сел в кресло и нагло заявил:
– Мистер, вообще-то вы мне денег должны.
– Уже интересно! С чего бы?
– А бумажку старого голландца помните? Сказали бы про неё, мы оба хорошо бы заработали, а так я остался с носом. Где моя доля? Впрочем, на первый раз прощаю: вы же меня не знали. Но теперь давайте договоримся: все дела ведёте только со мной. Я показываю сомнительные вещи, вы определяете, чьи они и откуда. После того, как покупатель заплатит, ваша четверть.
– Да… Сам нахал, видал нахалов, но таких… Впрочем, даже забавно.
– А зачем же тогда мне визитку дали? Понятно, что хотите заработать. Или какую-то вещь присмотрели?
– Вы, наверное, уже в курсе, что я медиум?
– И что с того? Я тоже могу разговаривать с духами.
– Я настоящий медиум. Не очень хвалясь, могу сказать, что по рангу среди известных оккультистов седьмой по силе. А вот вы просто наглец, а заодно и дух, сумевший захватить тело и пленить разум живого человека.
– Этого вы никогда не докажете. Но раз нас тут только двое, то скажу, что оно не так уж и сложно было. Слабый одинокий алкоголик. Постепенно смог втереться к нему в доверие, и теперь я – это он. И что вы с этим сделаете? Расскажете кому-нибудь? Вам просто никто не поверит!
– Карлик хамит рефаиму… Бывает!
Нельсон произнёс звучную фразу на латыни, после которой посетитель застыл на стуле, а медиум открыл дверь в приёмную и приказал:
– Шона, свяжись с Дугласом и Джузеппе. Если дозвонишься, скажи: пусть срочно несутся ко мне. Затем телефонируй патеру Бенедикту, попроси взять пару служек и приехать сюда за подарком, который я ему приготовил. Но крайне желательно нигде не задерживаться. Только очень вежливо ему это изложи, патер любит уважение, хоть и старается казаться эдаким смиренцем.