Шрифт:
– Проходи. Твое задание готово. Оно прибыло два дня назад. Пришлось изрядно покорпеть, чтобы оформить его надлежащим образом. Они совсем перестали следовать бюрократическому стилю.
Евгения Павловна повернулась и направилась в глубь помещения, напоминавшего библиотеку на заводе. Я пошел вслед за ней, огибая высокие тонкие шкафы заполненные салатовыми тетрадями в клетку. Тусклого освещения едва хватало, чтобы разглядеть крупные буквы наклеенные на торцах шкафов. Неожиданно она остановилась, отчего я чуть не налетел на полную, уже седую предсказательницу. Строго взглянув на меня,
Мы зашли в секцию с табличкой “Последняя”. Тут был всего один шкаф, в котором лежало четыре тетради.
– Присаживайся, – пригласила меня оракул, закрывая решетку. – Вон видишь стол в углу. Располагайся.
Я сел за светлую школьную парту и, скрестив руки, принялся ждать.
– Долго пришлось думать какая из них принадлежит тебе. Каждая несет в себе нестыковки при завершении миссии, но работу надо завершить. И это наша последняя встреча.
Задумчиво она стояла перед шкафом, как бы еще раз взвешивая правильность своего решения. Впервые я видел, чтобы Евгения Павловна нервничала. Сомневаясь, она взяла тетрадь, повернулась ко мне и сморщила нос.
– Ну что ж, ты знал, что в итоге все может пойти не так.
Она положила документ на пыльный стол. Только тут я заметил, что все предметы в комнате покрыты пылью, даже я сам показался себе пыльным и помятым. Я невольно улыбнулся этому ее умению проявлять незаметное, а возможно и не существующее.
Тем временем она подготавливала все необходимое для сеанса: диктофон, рубильник, аппарат Хорова, наждачную бумагу номер три и медную проволоку.
Пододвинув еще один стул, она уселась напротив и перешла к настройке. Соединяя отверстия в аппарате, она моделировала мой жизненный путь в этой миссии, зачищая наждачной бумагой неподходящие события. Когда все было готово, она включила диктофон, открыла тетрадь и вопрошающе посмотрела на меня. Это был сигнал – я потянул рубильник. Послышался тихий гул включенного напряжения. Евгения Павловна опустила глаза и начала.
– Встреча номер девяносто четыре. Юрий Николаевич Андреев, семьдесят восьмого года рождения, жизненный цикл в фазе меркурий. Соотношение взаимодействий с другими индивидуумами удовлетворительное. Локация: Нижний Новгород. Фаза проекта: финальная.
Она облизнула палец и с громким шелестом перевернула страницу.
– Передачу указаний от девятнадцатого ноль пятого производит Евгения Павловна Комыль – предсказатель высшей категории по классификации Барфирина. Цель: окончание проекта. Задача: вывод субъекта с наименьшими потерями для компании.
Оракул оторвала взгляд от исписанной тетради и с сочувствием посмотрела на меня. Официальная часть была закончена, теперь мне предстояло узнать судьбу, которую приготовило мне руководство.
Работал здесь я уже пятнадцать с половиной лет и помню времена, когда перемещение в локацию осуществлялось посредством обычного гипноза. Тогда мы не могли влиять на цепь событий ведущих к искомому результату. Это было не практично и ресурсоемко – приходилось все время вводить дополнительных исполнителей. Краткосрочные контракты
Все эти годы я числился безработным и не имел права распространяться о роде своей деятельности. Хотя расскажи соседу, что ежедневно влияю на сознание стратегически важных людей, коррелирую его и задаю надлежащий курс, он бы просто рассмеялся мне в лицо. А между тем, именно мне удалось присоединить Крым и найти замену первому президенту страны. Ну а теперь пора было выходить на заслуженную пенсию.
Евгения Павловна взяла тонкую медную проволоку и завязала один конец у меня на кончике указательного пальца правой руки. Саму катушку она взяла в свою левую руку.
“Вы окажетесь в маленькой уютной квартирке, оставшейся пустовать после смерти хозяйки”.
Я закрыл глаза и почувствовал привычный толчок.
Комната, в которой он очутился, в действительности принадлежала недавно усопшей Элоизе Григорьевне Шернс. Похороны состоялись позавчера. В помещении еще пахло свечкой, а все вещи хозяйки были на своих местах. Работать с такими ресурсами было удобнее всего. Так как родственники оставляли квартиру пустой минимум на неделю, прежде чем приступить к разделу имущества.
Юрий подошел к круглому, покрытому белой кружевной скатертью столу, в центре которого стояла угловатая советская ваза. Рядом лежала тетрадь. Перелистнув две страницы вступления, он углубился в изучение маршрута. В этот раз график был напряженным: четыре встречи на разных концах города. Евгения Павловна заботливо прописала на каком транспорте можно добраться быстрее всего. Но руководство одобрило чудесную погоду, поэтому Юрий решил прогуляться. И закрыв глаза, мысленно дал запрос на обмундирование. Спустя три минуты он стоял в удобной одежде, подходящей метеоусловиям данной местности. На плече висел темно-зеленый рюкзак. А в кармане лежал кошелек полный наличными, серийные номера которых присущи Нижегородской области. Можно было двигаться в путь.
Яркое солнце слепило глаза “Забыл запросить темные очки. Теперь буду ходить как крот” – ворчал про себя Юрий. Оглядевшись, он отметил удобное расположение квартиры. Да, руководство не поскупилось при оформлении декораций. Выходить из чистого подъезда кирпичной девятиэтажки находящейся в историческом центре города куда приятнее, чем из ветшалого барака, переступая через валяющихся в наркотическом угаре малолеток.
– Нет, – подумал Андреев. – Даже наушники надевать не буду, не зря же старались ребята из отдела дизайна.
Повернув налево и зашагал вниз по дороге. Мимо маленького, но такого бело-чистого домика Петра, мимо кирпичных двухэтажных домов нижние окна которых давно уже вросли в землю, мимо высоких зеленых заборов, мимо гаражей, мимо цветных граффити. Справа от Юрия красной полосой, резко контрастирующей с безоблачным синим июльским небом, тянулся кремль. Такой инородный среди современных вывесок, иномарок и желтых газовых труб. Через пять минут впереди показалась церквушка, приветливо блестевшая своим куполом. Андреев обогнул ее и продолжил спуск.
Конец ознакомительного фрагмента.