Мелизман
Шрифт:
Биография ее жизни смешалась с реальным успехом и жизнь ее стояла уже не на глиняных ногах.
В светских новостях появлялись слухи о ее богатых любовниках о роскошных подарках, от которых она отмахивалась как от пары грязных перчаток. Сложилось мнение что Юстиция светская львица и добиться ее расположения может только лев превосходящий все и всех. За распространение подобных слухов Юстиция уже не платила, ее имя стало работать на нее.
За счет богатых любовников происходило приращение ее капитала и с умом тратился на пиар – белый, черный, вирусный. Историю ее жизни украшали реальные знакомства с знаменитостями, отраслевыми магнатами, бизнесменами и хозяев мировых брендов. Богатейшие
Ее годы открывали ей поистине безграничные возможности. Юстиция разбиралась в финансах как рыбак в снастях. Отлавливая время от времени бизнесменов поглощая их всей прелестью своего тела, она расширяла свой бизнес чтобы столкнуться интересами с крупнейшим магнатом – с монополистом денег. И когда столкновение состоялось Юстиция не упустила шанса закинуть удочку. Не жалея финансовых сил, она пустилась в борьбу. До изнеможения до последней монетки насущного богатства она вкладывалась в игру. Пока победа не досталась тому, кому заведомо Юстиция должна была проиграть. Война с Абимауром Слим Анофу. Бизнесмен смотрел на нее как на маленькую девочку с карманными деньгами на мороженное, по сравнению с ним, с тем, кто это мороженное производит. Юстиция разбилась о хозяина золотой пирамиды. Абимаур был восхищен ею. План Юстиции Сивой удался. Через месяц было объявлено о помолвке.
Анофу не считался с Юстицией как с человеком, могущим вести бизнес. А если заходил разговор, он был примерно таким:
– Я помню наше с тобой противостояние. – смеясь говорил он, – Ты безрассудно раскидывалась деньгами. И лишилась всего.
– Ты прав, как всегда. – с улыбкой Джоконды отвечала она.
– Хотя ты была бойкая и утопила пару моих активов.
– Все мои накопления. Весь мой бизнес, который удалось построить был ничем против твоего золотого ковчега и потерпел крах. – она улащивала мужа ледяным спокойствием голоса. – Но я вложила и приобрела любовь.
– Ха. А я и не говорил, что люблю тебя.
– А я и не говорила, что любовь к тебе. – бархатным голосом отвечала ему на ушко, – Сумасшедшая любовь к деньгам. – пронзительным был смех Юстиции. – К деньгам, дарующим власть.
Юстиция, поддавшись Абимауру выиграла кратно больше чем имела и потеряла.
Абимаур Слим Анофу – выходец из арабского мира не хотел давать ей свободы действий. Она это понимала и действовала ненавязчиво, давая советы по приращению предприятий.
Муж, имея хватку в делах не мог уследить за прытью ее мысли и часто ему доносили сведения о успехах жены. Неукротимость жены задевала Абимаура, но в тоже время он испытывал гордость за ее исключительность и успех.
Юстиция была счастлива, она верила, что достигла потолка мира. И ворошила мир финансов исключительно ради удовольствия. Она продолжала искать активы, именно активами были для нее люди. Способных приносить прибыль она пользовала или бросала на конвейер Абимаура, бесполезных давила и просто уничтожала.
Оскар Чаелд малыш по своей
Хморьсон Анатоль, попал в академию благодаря спортивным достижениям. В отличии от Оскара Чаелда который отличался исключительно умственно, его физические данные замечать было не этично.
Оскар был исключительным и Абимаур приметил его сразу, как только Юстиция помаячила перед ним перечнем его личных характеристик. Также наняли и Анатоля. Юстиция с тех пор передавала через Оскара предложения о том или ином ходе на бизнес арене, Оскар подчинялся ей беспрекословно. Именно с ее поручения Оскар Чаелд предложил хозяину проект, который не сразу заинтересовал бизнесмена. Проект был еще только проектом, золотое правило Абимаура – вкладывать в действующий, перспективный бизнес, скупать приносящий прибыль активы, обходить стороной сырые предприятия. Абимаур нарушил свое правило. Интерес разгорелся, когда на электронную почту его секретаря пришло зашифрованное письмо с вложенным видео файлом, отдельно пришел ключ к шифру. На видео была аргументация и фактическое подтверждение дееспособности проекта. Гарантом выступал автор проекта Мелизман.
Абимаур Слим Анофу торжественно объявил о начале кампании.
Чистый, кажущийся невесомым, снег осел на альпийских высотах. Как будто рассыпали ангельские перья на плечи могучих гор.
Абимаур курил кальян вальяжно развалившись в кресле. Особняк Анофу был расположен на вершине, так что он мог во время своего профилактического отдыха осматривать заснеженные владения. Выдыхая тягучий дым, он лениво не мог оторвать взгляда от текущей в вечном движении активности там внизу у подножия гор. И ему нравилось наблюдать за людьми с высока от куда они казались маленькими словно букашки, ползающие по его такому же маленькому владению.
Во время отдыха Абимаур мог сидеть так часами, суета людишек у его ног забавляла его. Воздух гор, насыщенный свежестью и прохладой, действовал на его организм укрепляюще.
В доме был целый полк прислуги. Стоило только сделать выражение лица, желающего чего-нибудь, как перед не успевшим открыть рот хозяином возникала, будто сотканная из атомов воздуха, фигура прислуги. Рядом на тафте в мехах шиншилл и песцов, спадающих на паркет в золотом узоре, уткнув личико в планшет нежилась Юстиция.
– Пора вылезть из золотой скорлупки, муж мой. – сказала она ему.
Абимаур свесил мундштук кальяна в руке безвольно лежащей на подлокотнике кресла, опрокинул голову набок, лениво моргнул, перекатил глаза на жену,
– Что? – долго прозвучало в ответ от него.
– В проект Мелизмана вкладывают деньги. Нас уже обогнали, малыш Оскар сам купил два билета в тур по космической системе. Себе и Анатолю.
– Мне казалось он не верит в этот проект.
– Он хочет проверить обман…
– Молодец… – рассмеялся Абимаур. – Он будет проверять обман, а платить буду я. А если не обман, то полетит в космос – хитрый малый.
– Мне кажется это не обман. Люди не боятся вкладываться в проект. По всему интернету разыгрываются тендеры на производство несущих деталей двигателя, скоро будет получен патент и тогда…
– И вот тогда вступлю я. Ты не понимаешь, – возбудился Абимаур, – Мои компании уже скупают акции Мелизмана, просто ни где не фигурирует мое имя. Только просочится слух что Абимаур Слим Анофу, – он с особой интонацией произнес собственное имя, – вступил в игру, как тут же поднимется ажиотаж, и цена подскочит до нес.