Мелкий жемчуг
Шрифт:
Наклонившись над колыбелью, в которой лежал новорожденный, старая карга провозгласила на весь зал:
– Принц вырастет занудой!
Все ахнули, король схватился за голову, а королева, еще не окрепшая после родов, потеряла сознание.
Однако, как известно, самое сильное заклинание – последнее. И оно еще не было произнесено. В открытое весеннему ветерку дворцовое окно влетела вечно опаздывающая фея Мелюзина. Она приземлилась на подоконнике, легко спрыгнула, подбежала к детской кроватке, и ребенок, проснувшись, улыбнулся
– Ах, я не могу отменить сказанного прежде, – воскликнула фея, – но вот мой дар: принц станет математиком! И почти все его занудство уйдет в науку. А если что-нибудь и останется сверх того, то такому красивому, доброму, просвещенному и талантливому юноше подданные простят это с легким сердцем.
Вся толпа принялась рукоплескать, а генерал дал отмашку, и пушки загрохотали, рассыпая праздничные салюты по ночному небу.
Золушка
Золушка присела на минутку у очага, но не убереглась, и на нее налетела мачеха.
– Уроки выучила? – спросила она.
– Да успею я, – отмахнулась сиротка.
– Учитель музыки сказал, что ты до клавесина неделю не дотрагивалась.
– Врет! Я дотрагивалась! Пыль с него вытирала.
– Да зачем же тебе в пыли пачкаться? – всполошилась мачеха. – У нас шесть горничных и дворецкий. Они же обидятся!
– Ну и черт с ними, пусть обижаются. Я ведь должна освоить домоводство? Или вы с отцом не собираетесь выдавать меня замуж? Думаете сохранить мое приданое для Мериэтты и Ангелины?
– Что ты такое говоришь, – запричитала мачеха. – Да как ты можешь?! Твой отец о твоем приданом думает больше, чем о своем здоровье. Ты весьма богатая невеста. Но ведь дело не только в деньгах. Надо ходить на балы, иметь хорошие манеры, изящно танцевать, изысканно петь и красиво одеваться. Ведь ты хочешь выйти замуж за красивого, воспитанного и изящного юношу, а не за какого-нибудь грубого, скупого старикана, которому наплевать на твою молодость и красоту. А учитель танцев жалуется, что ты невнимательна и грубишь ему.
– Он все время пристает: «Поднимите ручку, мадмуазель, отставьте ножку, мадмуазель! Да не эту, а другую!» Вечно все не так! То я не так подол приподнимаю, то не так реверанс делаю. Надоел! Не пойду больше на уроки. Пусть он со своими любимицами, Ангелиной и Мериэттой, танцует.
– Да как же ты жить будешь, если и менуэта станцевать не умеешь?! – всхлипнула мачеха.
– Девочки, девочки, не ссорьтесь! – В залу вбежал сияющий отец, за ним – лакей с подносом, на котором лежали свитки, затянутые голубыми ленточками, каждая из которых была скреплена сургучной печатью с королевским гербом. – Нам только что принесли приглашения! Нас всех зовут на Большой весенний бал в королевском дворце.
Ангелина и Мериэтта вбежали следом за лакеем. Обе были в восторге. Ангелина кружилась, раздувая юбки, а Мериэтта скандировала:
– Новые платья! Новые серьги!
– Ну уж нет! – возмутилась Золушка. – Чтобы я снова стояла часами, как манекен, завернутый в шелка и кружева?! А противные портнихи тыкали в меня булавками?! Ни за что! И туфель этих ваших бальных больше не заказывайте мне. Жмут, натирают и целый вечер ходишь на цыпочках.
Все примолкли. Настроение упало.
– Что же делать? – всплеснула руками Мериэтта.
– Я так мечтала об этом бале, – застонала Ангелина.
– Ничего, ничего, девочки, – бодро сказала их мать. – Нам заказываем новые платья, корсеты, ажурные чулки и драгоценные шпильки в прическу. А для Золушки, – графиня вздохнула, – мне придется вновь умолять мою крестную фею. Чтобы одним мановением палочки и платье, и башмачки точно по ноге и заодно на пару часов чтобы выглядела милой, умытой, кроткой и умела танцевать. Я стану перед крестной на колени. Авось не откажет…
Красная Шапочка
Хьюго был любимым сыном своих родителей. Соседи считали, что в семье его балуют. И действительно, сверстники уже сами охотились, имели множество обязанностей, а в свободное время собирались стайками и развлекались без контроля старших. А Хьюго был привязан к маме, редко оставался один и любил слушать сказки. В особенности – страшную сказку про Красную Шапочку. Закончив рассказывать эту историю, мама всегда говорила: «Никогда не разговаривай с незнакомыми девочками! Это очень опасно! И вообще – о чем приличному волку из хорошей семьи разговаривать с людьми? Держись своей бранжи, а то влипнешь в неприятности!» Хьюго верил, конечно, маме-волчице, но ведь запретный плод сладок.
Однажды, прогуливаясь в майском лесу, слушая пение птиц и наслаждаясь ароматом шиповника, он забыл про осторожность и наткнулся на девочку с корзинкой. Хьюго страшно испугался и отпрыгнул в кусты.
– Куда ты? – окликнула его девочка. – Не бойся! Я не сделаю тебе ничего плохого!
– Мама не разрешает разговаривать с девочками, – буркнул Хьюго, – особенно с такими, как ты, у которых красная панамка.
– Ох уж эти взрослые! – сказала девочка с досадой. – Вечно у них разные опасения. А мне мама не разрешает с волками разговаривать. И почему? Разве ты можешь меня обидеть?
– Я? – поразился Хьюго. – Да никогда в жизни! Ты мне очень нравишься. И вообще я не такой. А куда ты идешь?
– К бабушке. У нее тут домик на опушке. Несу ей корзинку пирожков с мясом. На, угощайся, у меня много.
Пирожок был замечательный, мягкий, ароматный и даже еще теплый.
– Пойдем со мной? – спросила Красная Шапочка. – Бабушка тебя наверняка угостит пирожком.
– Это очень вкусно, – облизнулся волк, – но главное другое. Я буду тебя защищать по дороге. Все-таки у меня клыки. Мало ли кто привяжется. А так я буду спокоен.