Мельвир
Шрифт:
Я сбил шаг. Изумленно оглянулся на чародея. Неужели Мелисса и правда могла дать мне в благодарность за помощь что-то подобное?!
– Всегда думал, что однажды она отдаст его мне, - усмехнулся вдруг Мельвир.
Чародей снял с пальца серебряное кольцо с крупным изумрудом и протянул мне. Лишь сейчас я понял, что витой узор на его перстне и талисмане совпадают. Возможно, мать отдала ему кольцо после гибели отца. А кулон собиралась подарить позже, но помешало Проклятье. Не зря же из всего, что было в Старой Башне, она привезла только
Я снял с шеи талисман и протянул вместе с кольцом чародею. (Все это пришлось проделать левой рукой!)
– Возьми. Это по праву твое, - тихо сказал я.
И не важно, как Мелиссара решила этим распорядится. Отец Мельвира однозначно хотел бы, чтобы его артефакты достались сыну. А не Повелителю Темных земель… такому же темному, как и те, кто его убил.
« -Гвир! Зачем ты все разворошил?!
Мама смотрела на меня со злостью. В нашей маленькой комнатушке трудно было навести еще больший беспорядок, чем уже был, но я постарался на славу. Заглянул в каждый укромный закуток. Даже в ее тайник под скрипучими половицами слазил.
– Я искал… что-нибудь… принадлежавшее отцу, - едва слышно прошептал я, глядя себе под ноги.
– Деньги твоего отца я уже давно истратила, - сухо усмехнулась мать. – А больше, кроме пары цветков ничего и не было!»
Не помню, сколько лет мне тогда было. Просто однажды я позавидовал мальчишке, которому отец подарил маленький ножик. И стал искать что-то… Не знаю, пряжку ремня, или старые сапоги… Меня бы устроил даже причудливый камешек с дыркой для шнурка, вроде тех, что рыбаки дарили мальчишкам. Но не было ничего. Отец прогнал мою мать, когда она беременная пришла к нему. Однажды, напившись, она мне об этом рассказала. А еще она часто повторяла, что я похож на этого ублюдка…
Мельвир забрал перстень, но талисман оставил на моей ладони.
– Оставь, пусть будет у тебя, - решил чародей.
– Едва ли твой отец обрадовался бы подобному решению, - заметил я.
Не говоря уже о том, что артефакты, созданные одним мастером и для одного мага, наверняка предназначены для того, чтобы применять их вместе. Так как минимум они будут действовать гораздо сильнее.
– Думаю, он бы не стал возражать, - на губах Мельвира вдруг расцвела улыбка. – Ты бы ему понравился, Гвир!
Я представил, каким был эльвиэ, выбравший в жены Мелиссару, пусть тогда еще не Смертоносную, а просто высокомерную и жуткую главу Светлого Совета.
– Сомневаюсь…
Я лежал на своей постели в роскошных покоях посреди Белой Башни и пытался думать о том, как причудливо порой поворачивается судьба. Отпрыск трущоб, Владыка Темных земель… Каждому, кем я мог бы себя назвать, здесь было не место. И все же, тем не менее, я был здесь, даже не совсем пленник, скорее посол. Но думалось совсем о другом.
«Все деньги,
«А я просила».
«Я пришла к нему, когда носила тебя, но он прогнал меня…»
Изумрудный кулон мерно светился в моей руке, как будто живой. Интересно, какую магию заложил туда отец Мельвира? Может ли быть так, что высокородный ублюдок, воспользовавшийся моей матерью все еще жив? Наверное, давно уже забыл о той истории. Столетия стирают такие ошибки с лица земли, вместе с полукровками.
Камень разгорелся ярче, словно почуяв разраставшуюся внутри злость. Если бы это было возможно, я бы нашел его и убил. Но она даже имени не назвала.
Элию Охотницу я отыскал в саду следующим вечером.
– Хотел бы еще раз попросить прощения! – заявил я со всей отнюдь не свойственной мне учтивостью.
Светлая стояла возле статуи, изображавшей то ли Семерроса Второго, то ли Третьего. Третий вроде как воевал с Белизаром. Услышав мой голос, Элия обернулась. Все такая же прекрасная… Я смотрел на точеные черты ее личика и не мог отвести глаз… До тех пор, пока не мотнул головой, стряхивая наваждение.
– Плетение чар привлечения и иллюзии, да? – сообразил я.
Голубые глаза Элии яростно блеснули.
– Темный, о таком не принято спрашивать! – голос у нее был бархатистый, но в нем таились раскаты грома.
– И снова прошу прощения! – покорно согласился я, стараясь не утонуть в чарующем действии заклинания.
– Что тебе нужно? – казалось, Охотница смилостивилась и ослабила чары.
По крайней мере, теперь я мог думать о чем-то, помимо поцелуев.
– Просто… хотел увидеться.
– Это магия. Ты прекрасно об этом знаешь, - нахмурилась светлая.
На ней был длинное темно-коричневое платье со шнуровкой. Я попытался разглядывать вышитый на нем узор, но это не помогло.
– Облик – да, - тихо подтвердил я.
Как и неестественное, кружащее голову притяжение. Но за кукольной внешностью и захватывающими дыхание чарами пряталось кое-что еще. Дикая и неистовая натура. Которая куда больше подходила Повелителю Темных земель, чем прекрасной светлой… головорезке.
Элия вдруг улыбнулась.
– Выражение у тебя… Словно на привидение смотришь! – хмыкнула светлая.
Наверное, отчасти она и была призраком. Той, кем могла бы быть, сложись все по-другому. Юной, красивой… с нежной улыбкой… Я снова мотнул головой.
– Так всегда? В смысле, со всеми?
– Да, - безжалостно подтвердила Элия. – Кроме Семерых. Они достаточно сильны, чтобы противостоять моей магии.
Я закрыл глаза, чтобы не видеть идеальное, подернутое едва заметной дымкой лицо. Сил, чтобы увидеть ее без чар, у меня достаточно. Вот только, едва ли Охотница мне это простит.
– Как насчет небольшой экскурсии по вашему саду? – улыбнулся я. – Вот этот Семеррос, кстати, чем знаменит?