Мент
Шрифт:
– Это я, Корнилов.
Девушка не шелохнулась. Взял ее руку, попытался нащупать пульс – тщетно.
Приложил ухо к груди – тишина. Подтащив Наташу к свету, осмотрел ее неестественно землистое лицо. Осторожно приподнял веки: зрачки расширены и неподвижны. Явные признаки непоправимой беды.
– Только не умирай… прошу тебя, – умоляюще проговорил Андрей. – Ну, соберись. Все будет хорошо… Давай, дыши… дыши…
«Не то делаешь, не то, – пронеслось вдруг у него в голове. – Будь реалистом. Сколько времени прошло, с тех пор как она перестала дышать? Две
Андрей цеплялся за соломинку, но признать, что девушка мертва, было выше его сил. Резким движением расстегнув дубленку, он попытался ослабить давление бюстгальтера. Сделать это оказалось нетрудно, застежка была спереди. Судорожно вспоминая, как поступают в таких случаях, набрал в легкие побольше воздуха, слегка приоткрыл Наташе рот и, припав к нему губами, сделал выдох.
«Три-пять вдохов, потом проверить пульс на шее… Потом два вдоха и четыре надавливания на грудь в районе третьей пуговицы блузки…»
Проделав все это, Андрей с надеждой посмотрел Наташе в лицо. Оно оставалось таким же землистым.
«Теперь непрямой массаж сердца… – не сдавался Андрей. – Не волнуйся. У тебя все получится».
Внезапно пол ушел у него из-под ног. Прошло несколько секунд, прежде чем Андрей осознал, что получил мощный удар под ребро в области печени. Отброшенный к стене, увидев в метре от себя окровавленное лицо амбала, Андрей почувствовал жгучую ненависть. А нападавший подлил масла в огонь.
– Ну что, кранты тебе. – Губы амбала расплылись в надменной усмешке.
Это были его последние слова. В следующее мгновение Андрей вскочил, последовал удар, второй, третий. Даже когда амбал мешком повалился на пол, Андрей не уставал бить в челюсть, в пах, по ребрам…
«Остановись! – пронеслось где-то в сознании. – Так нельзя! Убьешь его. Не будь зверем!»
– Нет! Не могу! – простонал он в ответ, продолжая чинить расправу.
Удар, еще удар, еще… Перед ним лежал уже не человек, а нечто окровавленное, бесформенное. Внезапно Андрей осознал, что, даже если убьет бандита, это вряд ли принесет ему удовлетворение и уж тем более не воскресит Наташу. Ненависть уступила место омерзению. Андрей осел на пол, уперся спиной о стену и обхватил голову руками.
– Вот и все, – негромко проговорил он, переведя взгляд на лежавшую неподалеку Наташу, словно адресуя эти слова ей.
Она не ответила, и Андрей знал почему. Глядя на Наташу, он уже не пытался убеждать себя в том, что все будет нормально. Он просто старался запомнить ее детское личико. С тех пор как остановилось дыхание, ничего в его чертах не изменилось. Впрочем…
«Нет, что-то не так…» – подумал Андрей. Но что именно? Голова слегка откинута назад, руки разведены в стороны, грудь недвижима, лицо… Изменился цвет лица!
«Ты принимаешь желаемое за действительное. Не больше».
Достал сигарету, нащупал зажигалку и закурил. Не выдержав, вновь перевел взгляд на Наташу.
«Или у нее действительно порозовели губы, или я схожу с ума», –
Лицо ее уже не казалось мертвенно-пепельным. В душу закралось сомнение. На лекциях в училище Андрей слышал, что иногда для оживления бывает достаточно первой фазы искусственного дыхания. Хотя ни одного факта, когда бы это сработало, он не помнил. Да и сами медики относили такие случаи к разряду чудес.
Набравшись смелости, Андрей прикоснулся пальцем к шее девушки и, уловив легкое биение, как сумасшедший заорал:
– Черт возьми! Молодец, Наташка! Бережно подхватив ее на руки, поспешил к выходу из подвала. Взлетел по ступенькам, пнул ногой дверь, выскочил из подъезда, и застыл в нерешительности. Он не знал, как поступить: вызвать «Скорую» и заняться бандитами или плюнуть на все и самому отвезти Наташу в больницу. Внезапно он встретился взглядом с парнем, сидевшим за рулем «бээмвухи». Мгновение – и машина словно бешеная сорвалась с места и исчезла за поворотом. Андрея уже не интересовало, что будет с теми козлами, которые остались в подвале. Он думал только о Наташе. Чем скорее она окажется в больнице, тем больше у нее шансов выкарабкаться.
Подбежав к джипу, Андрей уложил Наташу на заднее сиденье, а сам сел за руль.
«И все-таки этих подонков так оставлять нельзя. Уйдут ведь», – шептал ему разум, однако желание спасти девушку оказалось сильнее. Силясь вспомнить, где находится ближайшая клиника, Андрей развернул машину и направил ее вдоль дома по посыпанной песком дорожке. Перед самым выездом на магистраль путь ему преградил новенький «четырехсотый» «Мерседес». Судя по тому, как неуклюже была развернута машина, за рулем сидел дилетант. Вместо того чтобы среагировать на сигнал, водила «мерса» продолжал болтать по телефону.
– Черт бы тебя побрал! – не выдержал Андрей и, выскочив из машины, решительно зашагал к «четырехсотому». Постучав кулаком по оконному стеклу, потребовал:
– Эй парень, убери свою тачку с дороги!
Одетый с иголочки нувориш, сидевший за рулем, даже бровью не повел.
Продолжая слюнявить трубку, он лишь небрежно махнул рукой, мол, пошел ты…
– Ну, как знаешь! – процедил сквозь зубы Андрей и резко рванул дверцу на себя. В следующее мгновение водитель «мерса» оказался распростертым на снегу в трех метрах от своей дорогой тачки. Скорее с удивлением, нежели со страхом наблюдая, как незнакомец устраивается за рулем его машины, он собрался дать волю возмущению, но захлебнулся слюной и закашлялся.
Проехав метров пять и зарулив на тротуар, Андрей выбрался из салона и поспешил к джипу.
– Ты хоть знаешь, кого зацепил? – пронзительно взвизгнул нувориш, к которому вернулся дар речи. Заметив кровь на куртке и джинсах Корнилова, брезгливо сморщился. – Да ты мне всю машину загадил… – Он вдруг осекся, увидев, как Андрей, резко повернувшись, двинулся на него.
Мрачным его предположениям не суждено было сбыться: Андрея интересовал лишь мобильный телефон, который оставался в руке хозяина «мерса»…