Менялы

Хейли Артур

— Дальше, — не отставал Уэйнрайт, водя пальцем по странице.

Истин отвечал медленно. Некоторые записи относились к баскетбольным матчам. Иногда Истин выигрывал, хотя поражений было гораздо больше. Минимальная ставка равнялась ста долларам, максимальная — тремстам.

— Ты играл в одиночку или в компании?

— В компании.

— Кто в неё входил?

— Еще четверо парней. Все работают. Как я.

— В банке работают?

Истин помотал головой:

— В других местах.

— Они тоже проигрывали?

— Бывало. Но им везло

больше, чем мне.

— Как их фамилии?

Молчание. Уэйнрайт не стал допытываться.

— Ты не играл на бегах. Почему?

— Всем известно, что бега — дело грязное, там все куплено. В футбол и баскетбол играют честно. Мы разработали систему.

О качестве системы говорило количество поражений.

— Ты имел дело с одним букмекером или с несколькими?

— С одним.

— Фамилия?

Молчание.

— Деньги, которые ты крал из банка, где они?

Уголки рта Истина опустились. Он жалобно пролепетал:

— Уплыли.

— Остальные тоже?

Утвердительный понурый кивок.

— Мы вернемся к этому позже. Сейчас давай закончим с нашими деньгами. — Уэйнрайт коснулся шести тысяч долларов, лежавших между ними. — Мы знаем, что это ты украл их в среду. Каким образом?

Истин помолчал, потом пожал плечами:

— Вы, наверно, и об этом знаете.

— Да, ты прав, — резко ответил Уэйнрайт, — поэтому не тяни резину.

— В прошлую среду, — начал Истин, — из-за гриппа не хватало людей. И я был за кассира. Перед открытием банка я вошел в хранилище, чтобы взять запасную кассу. Там была Хуанита Нуньес. Она открывала замок на своей кассе. Я стоял рядом. Хуанита не заметила, что я подсмотрел её комбинацию.

— И что?

— Я её запомнил. И как только представилась возможность, записал.

Под нажимом Уэйнрайта всплывали все новые и новые факты.

Помещение банковского хранилища было огромным. В течение дня контролер хранилища работал в похожей на клетку кабинке у самой двери, в которую был вмонтирован замок-таймер. Контролер был постоянно занят — он пересчитывал, выдавал и принимал деньги, регистрировал ввоз и вывоз кассовых сейфов. Никто не мог войти или выйти из хранилища без его ведома, однако на тех, кто там уже находился, он не обращал никакого внимания.

В то утро Майлзу Истину позарез нужны были деньги. На прошлой неделе он проиграл пари, да с него ещё требовали уплаты старых долгов.

— Ты уже выбрал льготную ссуду в банке. Задолжал финансовым компаниям. А тут ещё букмекер? Так?

— Так.

— Ты ещё был кому-нибудь должен?

Истин утвердительно кивнул.

— Ростовщику-акуле?

— Да, — признался юноша.

— Ростовщик тебе угрожал?

Майлз Истин облизнул губы.

— Да, букмекер тоже. Их угрозы остаются в силе. — Его взгляд скользнул по шести тысячам долларов.

Постепенно кусочки головоломки складывались в единую картину. Уэйнрайт кивнул на деньги:

— Это ты обещал уплатить акуле и букмекеру?

— Да.

— Сколько каждому?

— По три тысячи.

— Когда?

— Завтра. —

Нервно взглянув на стенные часы, Истин поправился: — Сегодня.

— Вернемся к среде. Итак, ты запомнил цифровую комбинацию кассового сейфа Хуаниты Нуньес. Как ты ею воспользовался?

Когда Майлз Истин рассказал подробности, все оказалось до смешного просто. Он пошел обедать одновременно с Хуанитой Нуньес. Перед обедом они вкатили свои сейфы в хранилище. Обе кассы были на замке и стояли рядом.

Истин быстро поел и вошел в хранилище. Контролер зарегистрировал приход Истина и продолжал работать. В хранилище больше никого не было.

Майлз Истин направился прямо к кассе Хуаниты Нуньес и открыл её, сверяясь с записанным на бумагу цифровым кодом. Вынуть три пачки денег, закрыть и запереть сейф оказалось делом считанных секунд. Он рассовал деньги по внутренним карманам пиджака — нигде ничего не оттопыривалось. Затем он покинул хранилище, отметившись у контролера, и возобновил работу.

Помолчав, Уэйнрайт спросил:

— Значит, все то время, пока мы беседовали с девушкой — кстати, ты тоже задавал ей вопросы, — и позже, когда мы разговаривали с тобой наедине, деньги были при тебе?

— Да, — ответил Майлз Истин, и при воспоминании о том, как легко ему это удалось, он слабо улыбнулся.

Увидев это, Уэйнрайт резко подался вперед и ударил Истина по обеим щекам. Сначала — внутренней, потом — тыльной стороной ладони. На лице Истина остались два ярких пятна. Он весь сжался, а на глазах у него выступили слезы.

— Я не вижу ничего смешного в твоем поступке. Абсолютно ничего, — угрюмо произнес шеф службы безопасности. От его внимания не ускользнуло то, что Майлз Истин боялся физической боли.

Был час ночи.

— Следующий этап, — провозгласил Нолан Уэйнрайт, — письменные показания. Ты собственноручно должен изложить на бумаге все то, что только что рассказал.

— Нет! Ни за что! — В Истине проснулся инстинкт самосохранения.

Уэйнрайт пожал плечами:

— В таком случае мне здесь больше делать нечего. — Он принялся рассовывать по карманам шесть тысяч долларов.

— Вы не имеете права!

— Серьезно? Попробуй мне помешать. Я сдам их в банк — ночному дежурному.

— Слушайте, вы не докажете… — Истину слишком поздно пришло в голову, что серийные номера купюр нигде не были зафиксированы.

— Возможно, мне удастся доказать, что это те самые деньги, которые ты спер в среду, а возможно, и нет. Если нет, ты всегда сможешь востребовать их обратно.

— Они нужны мне сейчас! Сегодня! — взмолился Истин.

— Да-да, конечно, для букмекера и для акулы. А может, для дюжих парней, которых они пришлют. Ну что ж, постараешься им объяснить, куда делись деньги, хотя вряд ли они станут тебя слушать. — Шеф службы безопасности впервые взглянул на Истина с нескрываемым злорадством. — Ты действительно попал в переплет. Они ведь и вдвоем могут заявиться, один переломает тебе руки, другой — ноги. С них станется. Или это для тебя новость?