Менялы
Шрифт:
— Если вы на это не пойдете, — возразил Уэйнрайт, — вы свяжете мне руки и будете мешать работать.
— Ваша работа не требует, чтоб вы нанимали осужденного вора.
— А вы никогда не слышали о том, как одного используют, чтобы поймать другого?
— Тогда используйте такого, который не обманывал бы этот банк.
Они продолжали спорить, временами ожесточенно. Под конец Алекс все же сдался.
— А Истин понимает, какому он подвергается риску? — через какое-то время спросил он.
— Он это знает.
— Вы рассказали ему об убитом? — Алекс узнал о судьбе Вика от Уэйнрайта
— Да.
— Мне по-прежнему эта затея не нравится — нисколько.
— Вам понравится ещё меньше, если потери от поддельных карточек «Кичардж» будут все увеличиваться, как они увеличиваются теперь.
Алекс вздохнул:
— Ну ладно. Это ваш отдел, и вы имеете право вести дело по-своему, поэтому я и сдался. Но я возлагаю на вас одну обязанность: если у вас появятся основания думать, что Истину угрожает непосредственная опасность, немедленно вытягивайте его из игры.
— Я так и собирался поступить.
Уэйнрайт был доволен, что победил, хотя разговор получился куда более трудный, чем он рассчитывал. Однако ему показалось неразумным раскрывать сейчас все карты — к примеру, говорить, что он надеется взять посредником Хуаниту Нуньес. В конце концов, рассуждал он, об основном они договорились, так зачем утруждать Алекса деталями?
Глава 6
А Хуаниту Нуньес раздирали сомнения и любопытство. Сомнения объяснялись тем, что она не доверяла вице-президенту по безопасности банка Нолану Уэйнрайту и недолюбливала его. Любопытство же объяснялось тем, что очень хотелось знать, зачем он хочет её видеть, причем явно так, чтобы никто об этом не догадывался.
Ей лично нечего тревожиться, заверил её Уэйнрайт вчера, позвонив ей по телефону в центральное отделение банка. Ему просто хочется, сказал он, конфиденциально поговорить с ней.
— Речь идет о том, не согласитесь ли вы помочь одному человеку.
— Вы имеете в виду себя?
— Не совсем.
— Тогда кому же?
— Я бы предпочел сказать вам об этом наедине.
По тону Уэйнрайта Хуанита почувствовала, что он старается держаться дружелюбно. Но она не откликалась на его дружелюбие, помня, каким бесчувственным и черствым он был, когда её подозревали в краже. Память об этом не стерло даже принесенное им потом извинение. И она сомневалась, что когда-либо что-то могло её стереть.
Тем не менее он был в «ФМА» начальством, а она просто младшей служащей.
— Ну что ж, — сказала Хуанита, — я на месте, и когда я в последний раз проходила мимо, переход был открыт. — Она полагала, что либо Уэйнрайт придет к ней из башни, либо велит ей явиться туда. Но тут её ждало нечто неожиданное.
— Лучше всего, миссис Нуньес, нам встретиться не в банке. Когда я вам все объясню, вы поймете, почему. Давайте я заеду за вами на машине, и мы поговорим по дороге.
— Этого я не смогу. — Она насторожилась ещё больше.
— Вы имеете в виду — сегодня?
— Да.
— Ну а завтра?
Хуанита медлила, пытаясь решить, как быть.
— Я вам сообщу.
— Хорошо, позвоните мне завтра. Как можно раньше. А пока, пожалуйста, не говорите никому об этом разговоре. — И Уэйнрайт повесил трубку.
И вот наступил следующий день —
Ее по-прежнему мучили противоречивые чувства. Ей случалось, думала Хуанита, чувствовать беду, и она улавливала её признаки сейчас. Сначала Хуанита хотела спросить совета у миссис Д'Орси, которую она видела за столом управляющего, на возвышении. Но потом засомневалась, вспомнив о предостережении Уэйнрайта никому ничего не рассказывать. Это тоже, как и все остальное, подогрело её любопытство.
Сегодня Хуанита занималась оформлением новых счетов. Перед ней стоял телефон. Она посмотрела на него, сняла трубку и набрала внутренний номер службы безопасности. Спустя мгновение низкий голос Нолана Уэйнрайта спросил:
— Вы сможете встретиться со мной сегодня вечером?
Любопытство одержало верх.
— Да, но ненадолго. — Она объяснила, что может оставить Эстелу лишь на полчаса — не больше.
Спускались сумерки, когда Нолан Уэйнрайт припарковал свой «мустанг» к тротуару перед домом, где жила Хуанита Нуньес, в «Форум-Ист». Спустя мгновение она появилась в дверях главного входа и аккуратно прикрыла за собой дверь. Уэйнрайт перегнулся, открыл дверцу, и Хуанита села в машину. Он помог ей пристегнуться, затем сказал:
— Спасибо, что пришли.
— Полчаса, — напомнила ему Хуанита. — И все. — Она не пыталась держаться дружелюбно и уже начинала волноваться за Эстелу.
Начальник охраны банка кивнул. Два квартала они проехали молча, затем свернули влево, на более оживленную улицу с двусторонним движением, вдоль которой тянулись ярко освещенные магазины и закусочные. Уэйнрайт сказал:
— Я слышал, молодой Истин заходил к вам.
— Откуда вы узнали? — вскрикнула она.
— Он мне сказал. Он также сказал, что вы его простили.
— Раз он сказал, значит, вы уже знаете.
— Хуанита… можно я буду так вас называть?
— Это мое имя. Поэтому называйте так.
Уэйнрайт вздохнул:
— Хуанита, я уже говорил вам: я сожалею, что между нами все так сложилось. Если вы по-прежнему обижаетесь на меня, я вас не виню за это.
Она немного смягчилась:
— Хорошо, лучше скажите, что вам нужно.
— Я хочу знать, готовы ли вы помочь Истину.
— Так, значит, о нем речь.
— Да.
— А зачем? Ему что, прощения недостаточно?
— Если вы меня спросите, — больше чем достаточно. Но он сам сказал, что вы могли бы…
Она перебила его:
— Какая нужна помощь?
— Прежде чем сказать вам, я хочу, чтобы вы обещали, что сказанное сегодня дальше нас не пойдет.
Она пожала плечами:
— Говорить мне некому. Но я вам обещаю.
— Истин будет вести одно расследование. Для банка, хотя и неофициально. Если у него получится, это поможет ему реабилитировать себя, а как раз этого он и добивается. — Уэйнрайт замолчал, объезжая медленно двигавшийся трактор с прицепом. — Работа рискованная, — продолжал он. — И будет ещё рискованнее, если Истин станет докладывать мне напрямую. Нам нужен кто-то, кто служил бы передаточной инстанцией в оба конца, — нужен связник.