Мерей
Шрифт:
— Меня просто достало это лицемерие. Люди не святы, их жизни не облачены в белое, а смерти уготованы зачастую мучительные. Не стоит винить льва за то, что он съел антилопу. Тебя же не волнуют обстоятельства смерти одной отдельно взятой свиньи или коровы, которая в виде стейка попала к тебе в тарелку?
— Но я не убивала это животное своими руками.
— Человеку даны клыки не для того, чтобы он ел исключительно траву. Если ты принимаешь решение есть мясо, то не
— Но я не убиваю своими руками. Я с таким же успехом могу отказаться от мяса.
— Можешь, но будучи человеком. Мир стал совершенно иным, и благодаря этому, можно быть тем, кем хочешь. Хищник, пока сыт, может спокойно сидеть рядом с барашком, но стоит появиться голоду, и он без раздумий перегрызёт ему горло. Так и с людьми. Пока система существует — человек может выбирать, кем ему быть, но стоит чему-то случиться, и даже от самого миролюбивого общества не останется и следа. Вся разница лишь в том, что некий забойщик снял с тебя ответственность и груз моральных догм.
— Но это его работа, не каждый наслаждается процессом. А то, что я видела, это именно наслаждение.
— Потому что мы не пытаемся лицемерно прикрыть белым пальто свою чёрную суть. Мы хищники и способны наслаждаться этим. Я не предлагаю тебе кидаться в омут с головой, но хотя бы избавь меня от своего осуждающего взгляда. Ты можешь поступать, как считаешь нужным, но осуждать свой вид ты не вправе! — гнев потихоньку разрастался в груди, делая дыхание частым. В комнате воцарилась тишина. Напряжённо-тягучая, ужасная. Мерей молча смотрела ему в глаза и явно не собиралась ничего говорить, — А теперь иди к себе и подумай над моими словами.
Мерей
— Ты готова?
Голос парня ворвался в тишину бархатистыми раскатами. Обернувшись, она улыбнулась. Пусть и хотелось спать с невероятной силой, но пришло время выйти в мир. Удивительно, но за пару дней Хэмми удалось договориться о её зачислении в академию искусств. Пусть пока не на первый курс, а на подготовку, но даже это был огромный шаг.
— Немного волнуюсь, — призналась девушка, опустив взгляд.
— У тебя всё получится. Пока будешь ходить на лекции в качестве слушателя, пару раз в неделю, подготовишься и на следующий год поступишь со всеми.
— Спасибо.
— За что?
— За всё это. Ты в последнее время так потратился на меня, столько всего сделал, что даже неудобно.
— Не так уж сильно я и потратился, — пожал плечами он, показывая, что для него это действительно мелочи.
— Прости за неприличный вопрос, но откуда всё это? Ты соришь деньгами, но я сомневаюсь, что ты прям хорошо зарабатываешь на концертах.
— Ничего страшного. Сами по себе концерты и правда приносят немного денег. Но я занимался
— Понятно.
— Ты готова?
— Да, — кивнула Мерей, отложив карандаш для глаз, — Ты уверен, что хочешь поехать со мной? Я могу и сама добраться.
— Уверен. Я всё равно ничем не занят.
Взяв сумку, девушка направилась к выходу, следуя за Хэмми. Машина была припаркована возле входа. Вечером было сложно найти место для того, чтобы припарковаться, но у Хэмми это как-то получалось, хотя возможно, дело было во времени.
За последние пару дней им удалось сблизиться и делать всё то, что обычно делают парочки. Пользуясь моментом, Мерей удалось уговорить его посмотреть популярный сериал. Так же они вместе готовили и много говорили, поэтому вынужденное заточение не ощущалось пыткой. Хотя и было немного странно отойти от уже привычных прогулок в лунном свете.
Наблюдая за городом, девушка словно не узнавала его. В лучах солнца он выглядел таким живым, некоторые деревья тронул жёлтый и красный цвета, а люди спешили по своим делам. Мир вокруг был подвижным, ему не было дела до проблем отдельно взятых личностей. Оставалось только гадать, когда Андре ворвётся в её жизнь подобно урагану, сметая всё на своём пути.
К тому моменту, когда они подъехали к зданию академии, Мерей уже окончательно накрутила себя, из-за чего принялась покусывать ноготь большого пальца.
— Может, вернёмся? — так и не решившись выйти из машины, произнесла она, бросив взгляд на Хэмми.
— Хорошо, если ты этого хочешь. Но подумай сейчас о том, как будет тяжело в следующий раз. Ты можешь бегать сколько угодно, но поступая так, ты лишаешь себя возможности развиваться. Ты же хочешь учиться?
— Хочу.
— Тогда возьми себя в руки и зайди туда. Никто не будет тебя оценивать, ты просто посидишь на лекции.
— Я не боюсь плохой оценки.
— Тогда чего ты боишься?
— Андре. Я не могу перестать думать о нём, что если он появится? Сейчас я могу спокойно уехать куда угодно, а если я подружусь с кем-то, привыкну. Тогда будет тяжело уезжать, а если он решит меня шантажировать жизнью близких мне людей?
— Так, успокойся, — резко одёрнул её парень, после чего взял за руки и посмотрев прямо в глаза, продолжил, — Сейчас ты сама должна выбрать, жить в страхе или жить полной жизнью. Я приму любой твой выбор, но если сбежишь сейчас, можешь сильно пожалеть.
Его слова, несмотря на ровный и лишённый эмоций тон, придали уверенности. Он предлагал ей поддержку, явно желал помочь, и был прав. Жизнь в бегах — это не жизнь. Вспомнив своё состояние в ночь встречи с музыкантом, Мерей внутренне содрогнулась, представив, что так будет всегда. Подняв глаза на Хэмми, она кивнула, после чего вышла из машины.
Боясь передумать, она бодрым шагом направилась к входу. Спросив у охранника дорогу к деканату, она без проблем нашла нужный кабинет, получила расписание и сразу же пошла искать аудиторию.