Мертвец
Шрифт:
Упырь что-то там ещё выстукивал по клавиатуре, но и выстукивал как-то так, трупацки, как будто костяшки по клавишам цокают, повеситься хочется. А повода свалить я всё никак не мог придумать.
Хочешь города посмотреть? — спросил Упырь.
Какие города?
Разные. Барселону, Дублин, Токио. В этих городах камеры стоят, можно на них по компьютеру выйти. Давай посмотрим? Давай?
Даже губа затряслась. И вдруг я подумал. Кто самый опасный враг? Самый опасный враг — это самый близкий друг.
Ну
Я вернулся к монитору, и мы полчаса разглядывали площади, мосты, стадионы, парки, соборы и рестораны.
Но это тоже в общем-то оказалось интересно. Города. Больше всего мне понравилось, что города все разноцветные, у каждого свой цвет. Одни синие, другие оранжевые, некоторые белые и зелёные, а в некоторых вообще была ночь. Красивые. А в одном городе прямо на площади жарили рыбу или каких-то других трепангов, и так вкусно жарили, что я даже пожалел, что отказался от пиццы.
Нравится? — спросил Упырь, когда мы обогнули весь шарик два раза.
Ничего. А почему именно эти города? Почему нету... ну, Филадельфии?
Не знаю... — растерянно сказал Упырь. — Можем ещё фотоальбом поглядеть. Поглядим?
День всё равно пропал. Во всяком случае, вторая половина. Чего терять было? И я ещё двадцать минут сидел и смотрел фотоальбомы. Собор Парижской Богоматери, Диснейленд, сфинкс и пирамиды. Самого Упыря на фотках не встречалось, наверное, он снимал.
Я вытерпел. Все пирамиды, всех дромадеров, все эти лавки с золотом, думал, что всё уже. Но Упырь не унимался. Он запинал альбомы под кровать и сказал, что у него есть сноуборды. Мы отправились в кладовку.
В кладовке обнаружились не только сноуборды. Там были обыкновенные лыжи, горные лыжи, микролыжи, водные лыжи и даже какие-то песчаные лыжи.
Папка в Египте на них катался, — пояснил Упырь.
Разве может нормальный человек иметь такую чёртову кучу лыж? Зачем такая куча лыж? Зачем песчаные лыжи? Впрочем, кроме песчаных лыж, там было и другое спортивное оборудование: ролики, теннисные ракетки, велосипед, а в углу скучала свеженькая боксёрская груша. Причём видно, что груша не из дешёвых. Да и всё остальное тоже не с распродажи.
А тут есть где кататься? — Упырь подышал на свой борд, протёр его рукавом.
Есть, — ответил я.
Это хорошо. Я люблю кататься. А грибы у вас растут?
Растут.
Упырь продемонстрировал мне электрическую сушилку для грибов — сушит, но не жжёт. По-моему, чушь. Бабка грибы в печке сушит, на соломе, получается здорово, лучше, чем в любой сушилке.
А рыба?
И рыба растёт, — сказал я.
А у нас эхолот! Сейчас покажу...
Я верю...
Но Упырь всё равно показал. Эхолот.
Тут такая штука... —Упырь принялся демонстрировать мне достоинства аппарата. — Можно
Я терпел. Кусал потихоньку язык, чтобы не взбеситься.
Надо только правильно отъюстировать всё. А потом можно купить японскую леску и финских воблеров...
Тут мне в голову пришла идея.
Пойдём посмотрим флюгер, — предложил я.
Флюгер? Точно... Про флюгер я и забыл совсем. Ну пойдём... А про Секацкого не будем больше?
Да у меня уже времени мало, мне надо матери помочь, — соврал я.
Давай и я помогу!
Ну да. Я ей дома буду помогать... Картошку окучивать будем. И этих... колорадских жуков собирать.
Колорадских жуков?! — Упырь аж язык от восторженности вывалил.
Я испугался, что влетел ещё и на вечер. Конечно, что такое вечер после целой вампирской недели... Но я тут же успокоился, понял, что путь спасения нащупан.
Ага, — кивнул я. — В этом году просто немерено их, говорят, опять из Канады завезли. Новый вид, сок такой жгучий, что даже резиновые перчатки прожигает.
Упырь потух. Потёр себя по щеке. Жучиный сок — опасная штука.
Ну ладно, пойдём.
Мы спустились вниз и вышли на улицу. Никакой карусели на заднем дворе не было, был пруд. Самодельный, но аккуратный, с высокими бортиками. Над прудом возвышался флюгер, он шевелился с жестяным звуком. Мы сидели в доме, а тут ветер, потянуло со стороны реки...
И флюгер оказался самый обычный. А пруд глубокий, дна не видно. Ценный пруд.
Папа сюда карпов специальных посадит, — сообщил Упырь. — Знаешь, такие карпы есть — по пятьсот долларов. Сам карп красный, а на спине оранжевые и белые пятна. Один уже тут живёт.
Упырь стал плюхать пальцами по воде, и откуда-то со дна всплыла здоровенная рыба радужной расцветки. Рыба вопросительно поглядела на Упыря, а тот сказал:
В Москве на Птичьем рынке его купили. Он комаров ест. Полезный.
Телефон у тебя есть?
Кате хочешь позвонить? — спросил Упырь.
Я помотал головой.
На, позвони. — Он достал мобильник.
Да не хочу я никому звонить! — рыкнул я. — Не хочу! Просто спросил, на всякий случай...
Ладно... — Упырь спрятал телефон. — Как скажешь...
Мы стояли у пруда, над головой скрипел флюгер. Предупредительный, гад, а пошёл бы он со своей предупредительностью...
Катя хорошая, — неожиданно сказал Упырь. — Я с ней не очень знаком, но знаю, что она хорошая.
С чего ты взял? А может, она дура?
Нет, не дура. Они в августе на раскопки уезжают.
На какие ещё раскопки?
Это я удивился.
Да, про августовские раскопки я не слышал. В ближайшее время намечалась большая метеоритная экспедиция, это да, а вот раскопки... Про раскопки ничего.