Мертвый инквизитор
Шрифт:
– Вы не можете использовать заклинания.
– Любые зелья действуют на вас с силой 50 %.
– Нет ощущения вкуса.
Ну и на сладкое то, что повергло меня в состояние легкого шока:
Бонусы:
– Вы знаете язык жестов.
– Любые зелья действуют на вас с силой 50 %.
– Нет ощущения вкуса.
Бонусы от откушенного языка! Которые больше чем на половину совпадают со списком штрафов! Ух, покажите мне того гения, что придумал это все, уж я ему и язык вырву, и языку
Спустя еще десять воскрешений мне только и оставалось что признать – клетка моя была создана настоящим мастером. С такими параметрами я не мог разрушить гроб или освободиться каким-нибудь другим способом – сам или с посторонней помощью. Ну, например, очаровать проползающего мимо червяка своей Харизмой, состарить дерево несгибаемой Волей или положиться на Удачу…
Перспектива вечно вертеться в этой барокамере меня совершенно не прельщала. И вообще, надо бы составить список дел и наметить цели, к которым нужно стремиться, чтобы не просто выжить, но и обрести желанную свободу.
А планы мои оказались довольно просты и продиктованы суровой реальностью. Или, правильнее будет, виртуальностью? Итак, мой план-минимум выглядел примерно так:
1) Выжить.
2) Выбраться из этого треклятого гроба. (Прим.: сменить точку привязки)
3) Встать на ноги в этой игре.
Собственно, все это логично вытекало из моего плана-максимума:
1) Снять ограничения своего аккаунта и выйти на связь с внешним миром. (Прим.: не привлекая внимания администрации.)
2) Отыскать свое тело и обеспечить его безопасное изъятие.
3) Выбраться из виртуала в реальный мир.
4) Исчезнуть с горизонта «Виртукома»…
Вот и все. Как два байта переслать, верно?
Впрочем, хоть и мизерный, но кое-какой шанс осуществить свои планы у меня все же был. В конце концов, ловушка эта наверняка была типовая, а не индивидуально разработанная для меня. А я у меня любимого кто? Правильно – программист интерфейсов для виртуальных систем!..
Поэтому уже после двести-не-помню-какой реинкарнации я залез в специальный раздел настроек интерфейса, предназначенный исключительно для опытных пользователей.
– Вива! – не сдержал я радостного вопля, когда увидел интерфейсное окно настройки и разработки пользовательских модификаций. – Есть доступ!
Конечно, это вовсе не означало, что я смогу влезть в игровой код или что-то изменить в игровом мире. Нет, уж за этим-то разработчики следили особенно внимательно. Просто человек, знакомый с программированием, мог немного модифицировать стандартный интерфейс игры, используя для этого встроенный редактор и набор функций, специально открытых разработчиками для этих целей.
Но даже с этим скудным набором при должном умении и фантазии можно было здорово облегчить себе жизнь, а при
Глава 3. Восставший из мертвых. Многократно
Стук становился все настойчивее и настойчивее. Я поначалу хотел было отозваться, постучать в ответ, но вовремя одумался: не хватало еще, чтобы моего потенциального спасителя Кондратий хватил, когда он услышит из гроба ответный стук.
Хотя, с другой стороны, хороший человек глумиться над трупами не станет. А то и вовсе добьет меня, как лишнего свидетеля. Впрочем, уж к чему-чему, а к смерти я уже привык. Так что я затаился и, переждав еще несколько смертей от удушья и возрождений, наконец-то дождался своего «освободителя».
Крышка гроба с противным треском раскололась от очередного удара, и на меня посыпались комья земли. Хоть и пытался я прикинуться «покойничком», но набившаяся в глаза и в нос земля спутала мне все планы, заставив оглушительно чихнуть.
– Эй, смотри, Гварл, этот живой! – раздался сверху удивленный скрипучий голос.
– Хозяин велел таскать ему мертвяков, – рассудительно отозвался второй голос, не менее противный, чем первый.
– Твоя правый. За живых нам хозяин не платить. Давай его назад копать! – пришел к неутешительному для меня выводу хозяин первого голоса.
Комья земли забарабанили по моему лицу, не давая вставить ни слова: похоже, слова у него не расходились с делом.
– Твоя стой, Мургл. Хозяин платить за каждый мертвяк.
– Так этот мертвяк живой еще.
«Ну, допустим, не еще, а опять», – сказал бы я, если бы у меня был язык, а во рту не было плохо пережевываемого комка земли.
– Теперь будет совсем мертвый, – раздалось сверху, и одновременно в моей груди поселилось нечто горячее – так мое виртуальное тело теперь чувствовало боль.
Внимание! Вы погибли и были воскрешены в точке возрождения!
«А этот второй та еще жадина! Готов убить ради лишнего медяка! Ну, ничего, вот выберусь отсюда», – было моей первой мыслью, когда я возродился.
Кстати, насчет выбраться! Судя по всему, я определенно куда-то двигался, перемещаясь весьма непривычным для меня способом. Незаметно приоткрыв глаза и осмотревшись, я увидел перед собой сперва свои ноги, задранные вверх. Потом – толстые пальцы, сильно сжимавшие меня за щиколотки. Короткие пальцы заканчивались грязными и довольно длинными ногтями. Впрочем, и сами руки были изрядно перепачканы землей.