Мертвый Мир

Монстры. Опасные твари, что могут выйти из Разлома и погубить целый мир. Трещина мира, что может привести к концу всего живого. Вначале слабые, монстры становятся сильнее со временем. И если не найти ключ к закрытию: монстры нескончаемой лавиной хлынут из Разлома и заполонят собой весь мир. Когда монстров станет слишком много, начнут открываться иные трещины, остановить появление которых не сможет уже никто. И мир погибнет.

Уснет.

На время. Пока не понадобится одному из правящих Домов ради ресурсов или с иной целью. И

тогда у мертвого мира есть шанс возродиться. Небольшой, но шанс есть.

Теорию возрождения миров Икара знала поверхностно. Или не знала вовсе. И, все же, нашла тех, кто имел к возрождению миров если не прямое отношение, то косвенное.

Наемники. Превосходные воины и маги, Жрецы. Те, кто способны быстро и без серьезных последствий вырезать огромное количество монстров. Следопыты и охотники, что должны успеть найти и убить ключевых монстров. И генералы правящих Домов. Только они могли организовать Рейд и продумать стратегию успешного завершения. Вплоть до убийства главного монстра мертвого мира.

Именно в дом наемников пришла Икара после заточения в щели между мирами. Пол года обучения езде на сюр дорого стоили. Но иной возможности научиться бродяге пользоваться артефактом, не существовало. Любая низшая раса могла надеть ботинки с колесами на ноги. Вот только для скоростной езды и прыжков к потолку этого не достаточно.

* * *

– Икара, - к огромному удивлению наемник вспомнил девчонку.

Сулх. Смешная раса с каплей крови Высших рас. Светлая кожа, заостренные уши с кисточками на концах. Большие глаза. Очень хрупкие и, в то же время, живучие создания с высокой регенерацией. Некоторые из которых рождались с единственной целью: закрывать Разломы.

– Ты до сих пор Жрица?

Перед Икарой на стуле сидел мужчина. Дикарь. Мохнатые уши на голове бело-серого окраса с редкими черными вкраплениями. Большой и массивный хвост им тон. Сильнее всего поражали глаза: зеленые, с вертикальным зрачком. Что-то звериное и кошачье угадывалось во всем облике. Только более суровое и дикое.

– Да, - честно ответила Икара.

Пальцы на коленях сложились в мимолетный символ. Так использовали свои силы Жрицы: для своеобразного колдовства пальцы обеих рук необходимо свести вместе. И извлечь магию нужного вида и формы. И то и другое возможно лишь после долгих лет тренировок. Именно столько надо, чтобы маленькая Жрица в свои десять лет закрыла первый Разлом.

Или ты, или тебя.

Над столом возникла яркая вспышка и почти тут же пропала. Взгляд прищуренных глаз смутил. Пришлось бормотать слова оправдания:

– Показать быстрее, чем доказывать.

– Согласен, - задумчиво произнес Морзан, - Не сочти за грубость, но выглядишь ты неважно. Идем. Примешь душ и ляжешь спать. А завтра поговорим. В форме курьера весь день?

Икара открыла рот, но не смогла подобрать нужных слов. Ей так просто дадут угол в доме переночевать? Не зная даже о половине злоключений последнего полу года? Его Икара провела, запертая в клетке между мирами с приговоренным к смерти демоном. Зартан. Некогда генерал одного правящего Дома. Сейчас: вечный узник клетки.

Стоящий в дверях Морзан ожидал пока девчонка подберет

свою сомнительную обувь с пола и подойдет к нему. Почти на две головы ниже. Большие серые глаза кажутся неестественными. Чистый серый цвет без малейшего изъяна. Занятный оттенок.

– Умеешь ездить на сюр?

Морзан пропустил девчонку в коридор. Вышел следом.

– Да.

– Удивлен.

Второй этаж дома, знакомая комната без каких-либо перестановок. В прошлый раз Морзан позволил Икаре спать на этом самом диване. А там за дверью: душевая. Икара хорошо помнила обстановку.

Оставила сюр у дивана, сама прошла к окну и выглянула на улицу. Темноту разрывали фонари, бегали тени.

На остановившегося рядом мужчину Икара подняла голову. За ней наблюдали с интересом, но без видимой тревоги. Или презрения. Что было бы актуально в сложившейся ситуации.

– Почему?
– прозвучал над головой спокойный голос, - Почему ты пришла ко мне? Асмалор говорил, ты живешь у демона. И твоя жизнь связана с одним из них. Но ты выбрала это место для ночлега.

Все запутано. И запутывается еще сильнее в детской голове. Было ли это страхом?

– Мой демон сказал, что убьет, если пропаду дольше, чем на два дня, - негромко отозвалась Икара, - Куда бы не пошла сейчас, ему станет известно обо мне. Что?

Чужой смех все-таки смутил. Икара с полным непониманием посмотрела в лицо мужчине. Морзан весело скалился клыками.

– Никогда не слышал, чтобы низшие звали демонов своими, - ухмыльнулся Морзан, - Там душ. Вот полотенце. Попробую найти в доме одежду для тебя.

– Спасибо, - смутилась окончательно Икара.

Это надо было ляпнуть такое! В клетке Сирджея было время подумать обо всем и даже больше. Привыкла к мысли быть игрушкой Генерала, даже ловила себя на желании увидеть того. Настолько привыкла, что ляпнула не подумав. Надо следить за языком и словами.

Отсутствовал Морзан недолго. Икара разобрала стук в дверь будучи еще в душевой: небольшая внутри, но есть все, что надо. Даже моющие растворы! На свой страх и риск вылила немного на себя. Надоело ходить грязной.

– Одежда на диване. Твою отдам в чистку.

Возразить было некому. Приоткрытая дверь закрылась так же быстро и резко, как была открыта.

К выходу Икары комната пустовала. Стопку болотной ткани с черными вставками нашла на диване. Немного велика, но подтягивается многочисленными ремнями. Похоже, Морзан разорил местного парня из призраков. Тот был немногим выше Икары, да и телосложение не настолько разнится. Мужскую одежду узнать не сложно.

Спать легла в рубашке с чужого плеча. Похоже, Морзан дал одну из своих. Из плотной ткани со шнуровкой на груди. Такая пойдет только дикарю и никому больше. Для Икары мужская рубашка стала туникой. Рукава длинные-длинные.

Мягкая, несмотря на внешний вид.

Под одеялом удалось расслабиться. Даже голоса снизу и редкий грохот не мешали. Не к такому привыкла за последние пол года.

* * *

Икара смотрела к подножию дивана, изучая темную обувь примерно своего размера. Накануне вечером их точно не было. Осмотрела бегло комнату, но чужое присутствие не уловила.