Мертвый рай
Шрифт:
– Ага, и сделают антибликовое покрытие на кожинский монитор! – с неуместной, горячечной какой-то веселостью отозвался Ткач. Прежнее спокойствие его покидало. Спокойствие быстро сменялось болезненной расторможенностью, азартом каким-то.
«И все-таки он псих», – вяло подумал Денис. Отошел в сторону. Лишь бы не видеть эту ухмыляющуюся рожу.
– Не дрейфь, кочерыжка. – Дурного оптимизма у Славки прибавлялось пропорционально тому, как Денис впадал в вязкую пучину депресняка. Но безумный спич Славки завораживал, гипнотизировал. Иногда, казалось, в словах Ткача даже вспыхивали искорки здравого
– Я смотрел сроки в файлах «Мертвого рая»… Эксперимент в самом разгаре… Прерывать программу сейчас нельзя… Вот-вот начнется настоящая работа… Скоро совсем… После завершения испытаний тандемов оператор-«рабочий материал»… Мы – по-прежнему лучшие операторы… А самый лучший еще не выбран окончательно… Мы нужны Кожину… Позарез… Все трое… Можем диктовать условия… Если действовать осторожно… Если сообща…
Славка шпарил и шпарил. Без умолку, без передышки. А Денис смотрел на него и не узнавал. Неужели кровавая работа может так сильно преобразить человека? Складывалось впечатление, будто, окунувшись с головой в убийства, Ткач нашел себя настоящего, истинного, сокрытого. И раскрылся, реализовался на все сто. На все двести. Триста… Отсюда – и немыслимые для него прежнего смелость, решимость, энергичность.
Наверное, именно так, а не из чрева матери появляются на свет главари заговорщиков, организаторы дворцовых переворотов и харизматические вожди. Не особенно вслушиваясь уже в речь Славки, Денис задумчиво мерил шагами комнату за спиной новоявленного оратора.
– Предлагаем Кожину сделку… – захлебывался Славка. – Становимся полноправными членами команды… Вкалываем как прежде, нет – лучше, и держим язык за зубами… Честно работаем на «Мертвый рай»… Работаем на федералов после завершения эксперимента… Взамен – только одно: эвакуация в Периметр… Если Кожин пойдет на повышение – попадем с ним в столицу… Курантов наслушаемся… Только нужно обдумать гарантии безопасности… У меня есть кое-какие мыслишки…
Закончить сбивчивый монолог ему было не суждено. Глухой удар, всхрап на полуслове… С удивленно-блаженным выражением на лице Славка повалился на пол.
Завизжала Юла.
– Вот-вот, послушай пока свои куранты. – Денис бросил на пол сломанную стойку торшера. Из нее действительно вышла сносная дубинка. Впрочем, оружие не смертельное – Славка жить будет.
– За-чем? Зачем ты это…
Юла опять взирала на Дениса распахнутыми глазами. Недоуменно, со страхом.
Зачем?… Да, милая барышня, -самый хитовый вопрос сегодняшнего вечера. Вечера «зачемов» и «почемумов».
Денис ответил после краткой паузы, тщательно подбирая слова:
– Если Славка принял решения за всех, если втянул меня и тебя по уши в дерьмо, не потрудившись при этом поинтересоваться нашим мнением, то, я думаю, мы тоже имеем право обсудить сложившуюся ситуацию без его участия.
Он глянул на распластанное тело, добавив мысленно:
«А еще это тебе за Ночку, гад!»
Юлька тупо хлопала глазами. Порой ее тормознутость способна вывести из себя. Особенно если не знать, что за растерянным видом маскируется работа мечущейся
– Выбор у нас небольшой, – проговорил он, демонстративно соединяя концы оборванного телефонного кабеля. Это было проще и быстрее, чем без помощи хозяина настраивать коммуникационные компьютерные программы. – Либо сдать Ткача Кожину, забыть обо всем услышанном и надеяться на милость федералов. Либо поддержать бунт на корабле и подписаться под Славкиным ультиматумом. В любом случае придется связываться с посольством. Но сначала мне бы хотелось услышать твои соображения. Итак…
– А если мои соображения не совпадут с твоими, ты меня тоже треснешь по башке? – осторожно спросила девушка.
Она что, правда, так сильно его боится? Наверное…
Дребезжащий телефонный звонок древнего проводного аппарата заставил вздрогнуть обоих. Денис был ближе, поэтому именно он и поднял трубку. Старая, антикварная, из отменного, крепкого пластика. Кто бы мог предположить, что оператору наружки и ходячих жмуров в наше-то время придется использовать такую допотопную связь для решения вопросов жизни и смерти!
Денис поднес трубку к уху.
– Слушаю…
И услышал. Голос. Которому ничуть не удивился.
– Ты прав, Денис, выбор у вас небольшой, – вкрадчиво сказала трубка голосом Кожина. – И это будет только ваш выбор. Но прежде чем вы его сделаете, хочу сообщить одну вещь. Информация, так сказать, для размышления.
Федерал говорил по существу, без свойственных ему длительных вступлений и предисловий. Значит, дело серьезное. Ну да, конечно! Участник тайного проекта выпотрошил секреты босса, разболтал их коллегам, да еще и задумал шантаж.
Кстати, уже по первым же словам посла ясно: Кожин прекрасно осведомлен о беседе операторов. Следовательно, насчет жучков Славка не врал.
– Какую? Какую вещь? – Трубка предательски дрожала в руке.
Денис представил, с каким маниакальным упорством посол или его люди пробивались к ним по всем каналам связи, чтобы вот так сразу, сиюсекундно, воспользоваться только-только восстановленной телефонной линией.
– Ничего особенного. – Кажется, Кожин почувствовал страх собеседника – повеселел, стал более уверенным. – Сейчас к вам в гости направляются несколько славных ребят. А точнее, целая толпа оргов. Так что настоятельно не рекомендую выходить на улицу.
Пауза.
Долгая-долгая пауза. Блеф? Или нет?
Павел Алексеевич сейчас с одинаковым успехом может вешать им лапшу на уши в воспитательно-профилактических целях или при помощи детектора движения, действительно наблюдать из своего Катафалка-Призрака за приближающимися к Славкиной квартире группировщиками. Впрочем, групировщиками ли?
– Оргов или, может быть, имитаторов? – спросил Денис.
Он очень старался говорить спокойно. Получилось из рук вон плохо.
Опять пауза. Правда, на этот раз совсем короткая. Почти незаметная.