Мертвый разлив
Шрифт:
Спустившись к колеснику, Вадим выкатил его на шоссе, по-прежнему пустынное и теперь окончательно промокшее, тихонечко поплюхал домой. Блюстители на виду так и не появились. Видимо, посчитали, что ночные художества их не касаются: была, мол, охота подставляться под пули да секачи (тем паче, под молнии) –
Все-таки странные нынче пошли маньяки, вяло рассуждал Вадим, петляя по разбитому асфальту. Раньше они, как будто, в стаи не сбивались, бродили по одиночке. А тут: невзирая на кастовую принадлежность, нате вам! Пара трудяг и управитель – хороша компашка! Что ли, и впрямь из бывших охотников – на прежние развлечения потянуло? Уж не ради ли выживания они сплотились, и что еще могло их сблизить? А в общем, не так далеко ушли они от благостного дяди Проши: разве добыча покрупней да круг подобия – уже. Такое ощущение, будто город и вправду сдвигается в безумие. Постепенно, шажок за шажком. А жалкие психи – только издержки грозного процесса. И куда он нас заведет?
А ведь неспроста две линии моего частного расследования сегодня сошлись в точку! – вдруг подумал Вадим. У этих ребят есть общее – помимо того, что те и другие за последнее время утомили меня до чертиков. А где-то рядом притулились Мстители, избирательные убийцы, эти непостижимые и кошмарные Псы Господни, пожирающие грешниц из этических, видимо, соображений. И далась им плоть именно блудниц – у нее что, иной вкус? Мало нам было Потрошителей!..
Наверное, сегодняшняя акция тоже не обошлось без “пророка” Серафима, как раз и предлагавшего поддержать кровавый почин Мстителей, сплотиться вокруг маэстро в священной и грозной ярости. А заодно выстроить
Вообще, “Серафим и Ко ” – это пройденный этап, сказал себе Вадим. Пора разобраться с самими Мстителями. И с теми, кто за ними стоит. Вот с завтрашнего утра и займусь, решил он, благо понедельник. Неделька-то, оказывается, – тю-тю! Как говорится: “Завтра будет новый день – привет!”
Закатив двуколесник в знакомый подъезд, Вадим вернулся к общаге и сквозь то же оконце проник внутрь: последнее время он наловчился взбираться по стенам не хуже Джекки Чана – и практики хватало. С минуту постояв под холодным душем, только что не шипевшим на его коже, Вадим наконец обрушился на постель и почти сразу заснул, до лучших времен отстранившись от всех сегодняшних впечатлений.
Последнее, что он ощутил: мягкие лапки Жофрея, осторожно укладывавшегося у него на груди. То ли котейка зябнул из-за потери крови, несмотря на пышную шерсть, то ли ему просто захотелось компании. И сквозь сон Вадим еще долго слышал негромкое мерное урчание, похожее на похрапывания гномика.