Мертвый ворон кричит о любви

Костя полдня морально готовился к этой встрече. Он был спокоен, собран и действовал по заранее составленному плану: освободил гостиную от своих вещей, перенеся все в спальню, сварил борщ, устроил генеральную уборку, хотя дом и без того жирно намекал, что его хозяин педантичный

зануда, который даже тряпочки для пыли складывает ровными стопками в специальный ящик. Зазвонил телефон – это снова была мама Киры.

– Еще не приехала?

– Нет.

– Да где же ее носит?! И трубку не берет! Я сто раз звонила! Наверное, опять заблудилась! Ты обязательно мне напиши, как она приедет!

– Хорошо.

Костя отключился, прежде чем Кирина мама успела еще что-то сказать. Сильнее телефонных разговоров он ненавидел разве что навязчивых незнакомцев, пытающихся завязать бессмысленную беседу в лифтах, очередях и общественном транспорте. Костя взглянул на настенные часы – Кира и правда задерживалась. Хотя она всегда предпочитала выходить заранее, закладывая время на форс-мажоры, которые с ней постоянно случались. Например, Кира никогда не могла с первого раза найти нужный выход из метро. И даже со второго. Обычно она сначала металась под землей, а потом продолжала ту же суету на поверхности: постоянно сверялась с пешеходным навигатором, резко меняла направление, натыкалась на прохожих и только каким-то чудом наконец доходила до цели. Когда Кира получила права и пересела за руль маминой машины, ситуация не улучшилась. Если в городе случались пробки, Костя подозревал, что это Кира колесит по улицам, споря с навигатором, поворачивая и паркуясь в неположенных местах. За всю свою жизнь он еще не встречал человека, который бы так скверно ориентировался в пространстве. Поначалу Костя даже думал, что Кира придуривается. Но, понаблюдав за ней некоторое время, просто принял это как факт.

Он рассеянно поправил диванные подушки, и в это время в дверь оглушительно застучали. Парень мученически вздохнул, в который раз напомнив себе о том, что должен быть гостеприимным и вернуть долг семье, когда-то его приютившей. Он был спокоен, собран и… морально не готов. Открыв дверь, Костя даже отшатнулся. На пороге вместо Киры стоял куст на ножках, держащий в вытянутой руке кошачий лоток и тычущий им в Костю вместо приветствия.

– Да возьми уже, у меня руки сейчас отвалятся! – возмутилась Кира.

Костя поспешно забрал из ее рук лоток, а также тяжелую кадку с чудовищным растением и аккуратно поставил на пол в коридоре. Следом, шумно дыша, ввалилась Кира. Она сразу скинула с плеча туго набитую тряпичную сумку и принялась расшнуровывать огромные грязные ботинки. На спине у нее Костя заметил желтый рюкзак с прозрачной передней стенкой, в которую, словно космонавт в иллюминатор, таращился черный кот. Каштановые волосы Киры были в полном беспорядке, а серо-зеленые глаза лихорадочно блестели. Видя, что она никак не может справиться со шнурками, Костя опустился на колени и помог развязать тугие узлы. Когда-то он целый вечер учил Киру завязывать аккуратные бантики, но, видимо, она все позабыла. От этой мысли ему даже стало чуточку грустно, хотя он сам не понял почему. Костя убрал обувь в шкаф и скользнул взглядом по вещам, сваленным на полу.

– Это все, что я успела спасти из огня, – пробормотала Кира, нервно покусывая губы.

– Кошачий лоток? – изогнул бровь Костя.

Он мог понять кота, сумку, даже комнатный цветок, но это…

– Лжетьма ходит только в него. Я пыталась как-то поменять на более красивый, но он бастовал. Пришлось на помойке искать его старый лоток. Короче! – Кира поставила на пол рюкзак и выпустила из него кота. – Это его любимый горшок. Каждый имеет право на сентиментальную привязанность к определенным вещам.

– А почему Лжетьма? У вас же была кошка Тьма?

Костя все сильнее ощущал, что теряет связь с привычной логичной действительностью,

погружаясь в иррациональный хаос. Так всегда случалось, когда Кира была рядом.

– Это наш свежий кот. Мы думали, это Тьма, увезли с дачи в город. Он жил с нами неделю в квартире. На следующие выходные вернулись, а Тьма у домика орет, голодная и злая. Мы ее опять в город забрали. Дома уже стали сравнивать внимательно. Оказалось, это кот и кошка. Мы пытались потом найти хозяев Лжетьмы, но безуспешно.

– А как вы сразу…

Но Кира не дала ему закончить мысль:

– У меня нет привычки заглядывать котам под хвост. А Тьму мама с собой в Сеул недавно забрала. И может, хватит меня уже на пороге держать? Кстати, рада тебя видеть! Когда мы последний раз встречались? На маминой свадьбе? Целый год прошел!

Костя кивнул, пропуская Киру вперед, попутно рассказывая, что и где находится в его двухкомнатной квартире. «Свежий» кот Киры путался под ногами и орал. Пока гостья мыла руки и раскладывала свои нехитрые пожитки, Костя написал сообщение Кириной маме о том, что все хорошо. Год назад она внезапно выскочила замуж за приезжего корейца и переехала в Сеул. В теории Кира должна была к ней присоединиться, как только окончит университет, где она училась на психолога. Отца у Киры не было, во всяком случае, Костя о нем никогда не слышал. Казалось, что уютному миру мамы и дочери вовсе не нужен глава семьи, они хорошо справлялись и без него. Костя, до двенадцати лет проживший в полной семье, никогда не понимал, как можно жить без отца. Но потом прочувствовал это на собственной шкуре. Одно время он пытался в чем-то стать отцом самому себе и даже Кире. Но это была лишь отчаянная попытка одинокого мальчика как можно дольше удержать в памяти образ любимого папы.

Костя привычно заставил взметнувшиеся эмоции осесть на дно памяти и пошел на кухню. Он налил борщ в тарелки, аккуратно нарезал хлеб, достал из холодильника сваренный накануне компот. Хотел было почистить чеснок, но так и не решился. Когда он жил один, то всегда ел чеснок вприкуску с борщом. Но теперь к нему переехала Кира. Конечно, это было временно, пока специальная бригада убиралась в ее квартире, чистила вещи, стены и пол от сажи, делала ремонт. Но все же стоило хотя бы попытаться создать для Киры комфортную обстановку. А запах чеснока она ненавидела. Костя хорошо помнил, как Кира морщилась и вполголоса жаловалась ему за столом, когда ее мама решила бороться с частыми болезнями дочери при помощи народных средств. В те дни чеснок у них был везде, кроме чая. И Костя как мог выручал Киру, позволяя незаметно перекладывать дольки чеснока к себе в тарелку.

После гибели родителей в автокатастрофе забота о маленькой смешной Кире стала для Кости настоящим спасением. С ней он чувствовал себя взрослым и нужным, тем, кто многое может и умеет, а значит, способен справляться с трудностями. А проблем в жизни у Кости тогда хватало. Нелепая авария по дороге в школу лишила его любящих родителей. Родных, которые захотели бы взять сироту на воспитание, у него не было, и Кирина мама – их соседка, приютила мальчика у себя и даже как-то договорилась с органами опеки. Она заботилась о нем как о родном сыне, водила по врачам, интересовалась увлечениями и старалась уделять ему столько же внимания, как и Кире. Костя жил в их семье целых четыре года, пока в шестнадцать лет не переехал в общежитие колледжа.

Квартиру родителей они сначала сдавали, переводя деньги на счет Кости. Достигнув совершеннолетия, он ее продал и купил жилье поближе к университету. Но все равно продолжал поддерживать отношения с Кирой и ее мамой, которые стали ему второй семьей. Поначалу Костя часто их навещал, приезжал на выходные и праздники. Но самостоятельная взрослая жизнь, совмещение работы и учебы отнимали очень много сил, постепенно частые встречи становились все реже. Костя сам не заметил, как отдалился от Киры и ее мамы, но несчастье снова свело их вместе, только теперь пришел черед Кости предоставить Кире кров.