Месс-менд. Роман
Шрифт:
В ту же минуту из котла показались три всклокоченные головы, и на мостовую один за другим выпрыгнули Лори, Виллингс и Нэд.
– Она уходит!
– простонал Лори, глядя вслед удаляющемуся матросику, - Братцы! Сорроу не велел нам заговаривать с ней на улице, чтоб не испортить дела. Но он ничего не говорил насчет прогулки. Понимаете?
– Ладно, не дураки, - ответил, ухмыльнувшись, Виллингс, - кому это помешает, скажите, пожалуйста, если мы проводим ее до дому, деликатно, разумеется!
Они взяли друг друга под руки, нахлобучили
Некоторое время они шли молча, останавливаясь, когда останавливалась Вивиан. Но, перемахнув в двух местах через заборы и миновав чью-то черную лестницу, Нэд шепнул товарищам:
– Ребята, дело пахнет перцем. Мисс Ортон охотится за этими двумя нищими, что идут впереди. Не подпортить бы нам всю историю.
– Глядите, она зашла им за спину! Ай, что это такое?
Все трое схватили друг друга за руки и уставились как сумасшедшие на странную сцену: Вивиан, дойдя до стены красного дома, подкараулила старика и горбунью, шмыгнувших в подворотню. Но в ту же секунду каменная плита под ней дрогнула и, прежде чем она успела вскрикнуть, черное отверстие образовалось в стене, длинная черная рука схватила ее за кушак, и через секунду на улице уже не было ни матросика, ни отверстия.
Лори с проклятием бросился к стене, забарабанив в нее кулаками.
– Ослы! Идиоты! Собаки!
– кричал он в отчаянии.
– О чем мы думали! Мы не сумели даже спасти ее от гибели!
– Лори!
– вскричал Виллингс.
– Не ори! Еще не все пропало. Смотри-ка, это Мойка-стрит, 81, здесь, в этом самом доме она и жила. Пойдем-ка, спросим швейцариху, разыщем кого-нибудь!
И все трое как безумные кинулись в подъезд.
– Мистрисс Василова!
– заорал Виллингс, ухватив привратника за плечо. Тот молча указал наверх. Они побежали по лестнице, перепрыгивая через ступени.
40. ПОЛОЖЕНИЕ ЗАПУТЫВАЕТСЯ
Сорроу застонал и посмотрел на часы. Мисс Ортон должна была бы вернуться. Ей сказано - мчаться во весь дух. Он лежал за ширмой на ее кровати и грыз себе губы от невыносимой боли. Глаза, лицо, руки, шея ныли от незаметных ожогов, все тело горело, как исколотое иголками. Временами терпение его иссякало, и он начинал стонать, содрогаясь всеми членами.
– Сорок, пятьдесят, шестьдесят минут… час с четвертью… Черт возьми!
Тррах!
– в дверь стукнули что есть силы, потом распахнули ее, и в комнату вместо Вивиан влетели Лори, Виллингс и Нэд. Они оглянулись во все стороны, заметили Сорроу и бросились к нему, отчаянно жестикулируя.
– Она-таки нашла вас!
– судорожно проговорил Сорроу.
– Ребята, вы должны вытащить меня отсюда и доставить домой. Я плох, очень плох.
– Мисс Ортон погибла! Она провалилась! В стену!
– закричали все трое в один голос, не проявляя ни малейшего беспокойства по поводу здоровья их патрона.
–
– сердито простонал Сорроу.
Но они продолжали, перебивая друг друга, кричать одно и то же до тех пор, пока Сорроу не запустил в Нэда подушкой, а в Лори табакеркой.
– Виллингс, валяй, в чем дело, - проговорил он, морщась от боли, покуда Лори и Нэд подбирали вещественные доказательства его гнева.
– Провалилась, Сорроу, ребята не врут, - мрачно начал Виллингс. Он описал по порядку сидение Вивиан на тумбе, сцену с нищими, двойную слежку и роковое исчезновение в стену.
– Заблудилась-таки, - задумчиво молвил Сорроу, - а на что ей понадобилось выслеживать нищих - ясно из конца этой истории. Вот что, друзья мои. Хныкать сейчас не время. Я напал на след черной шайки и знаю, что мне делать. Каждая секунда дорога. Ты, Нэд, лети сейчас в аптеку за китовым жиром. Ты, Виллингс, отправляйся за извозчиком, чтоб вывезти меня восвояси, а тебе, Лори, нужно остаться со мной, чтоб послушать слова два…
– Но мисс Ортон, мисс Ортон!
– завопили все трое в один голос.
– Молчать и слушаться!
– крикнул Сорроу, и на этот раз Нэд и Виллингс повиновались ему.
Лори подошел к кровати и сел, понурившись, у его изголовья.
– Лори, - начал Сорроу, гримасничая от боли, - я обжег себя чуть не до смерти. Я нарушил запрет Тингсмастера и пустил в ход кристалл радионатрия. Мне, видишь ли, надо было разглядеть через стену этих молодчиков. Я их видел. Восемь штук, Лори, один к одному, и все загримированы под Рокфеллера… Но кристалл здорово меня прожег… Ох, китовый жир! Хоть бы поскорей китового жиру!
– Сейчас, Сорроу, - успокоительно пробормотал Лори, - я тебя слушаю, доканчивай.
– Заговорщики не верят Рокфеллеру. Они, пожалуй, уберут его, как только захватят документы. Завтра у них совещание в Токсовском лесу, запомни, - Токсовский лес, - тебе придется обшмыгать этот лес вдоль и поперек… Ох!
Сорроу издал нечеловеческий вопль и опрокинулся на подушку, потеряв сознание.
– А мисс Ортон?
– вырвалось у Лори. Это было, впрочем, последним эгоистическим возгласом с его стороны. Нэд прибежал с банкой китового жира, Виллингс привел извозчика. Втроем они растерли несчастного Сорроу и перенесли его вниз. Он не пришел в себя ни от долгой тряски по мостовой, ни от забот русского доктора, разысканного по соседству.
Наступила ночь, а Сорроу по-прежнему лежал без сознания. Виллингс, Нэд и Лори, сидевшие у его изголовья, взглянули наконец друг другу в глаза. Это уже не были прежние ребята, беспечные, как суслики. Страшная ответственность обрушилась на их плечи. Лори, самый младший, казался теперь старше всех. Он проговорил шепотом:
– Первое дело, надо телеграфировать Мику. Он должен получить телеграмму скорей, чем письмо, посланное с Мак-Кинлеем и Бьюти. Ты, Виллингс, возьмешь на себя обработку телеграфиста.