Мессия
Шрифт:
— Что? Какое еще объявление? — округлил глаза Метьюс.
— Вы не видели? — не меньше Гая удивился Саймон. Кей достал из заднего кармана пластиковый лист ультратонкого планшета, несколько раз кликнул пальцем по экрану и протянул бывшему космонавту. — Вот, смотрите.
Гай прочел:
«Долгожданное событие! Первое публичное выступление Мессии в методистской церкви Лайвли-Лейн, Балтимор. Спешите! Вход бесплатный! Количество мест ограничено!»
— Алекс! — Гай вскочил со своего места. — Алекс, ты знал об этом?
Прочтя объявление, Алекс пожал плечами и вернул
— Нет, первый раз вижу.
— Видимо, как я и предсказывал, кто-то из твоих дружков журналистов не смог удержать язык за зубами! Мало того, он еще и растрезвонил по всей Сети, где меня можно найти. И мы все прекрасно видели, чем это закончилось!
— Гай, успокойся, — Алекс попытался усадить возбужденного товарища на место. — Мы найдем, кто это сделал. И в следующий раз будем осторожней…
— В следующий раз? Ты сказал, в следующий раз? Пойми же ты, наконец, следующего раза не будет. Я и на эту-то встречу согласился лишь потому, что хотел положить конец всем этим глупым разговорам о том, что я Мессия. И что получилось в итоге? Все с точностью до наоборот! Пострадали люди. Меня чуть не сцапали полицейские. И сейчас я трясусь по бездорожью, в компании незнакомых мне людей…
От переполняющей его злости и раздражения Гай что есть сил саданул кулаком по стеклу ближайшего окна. Стекло зашаталось, но выдержало. Лара испуганно вскрикнула.
— Черт! — выругался Метьюс, дуя на разбитый от удара кулак. Он явно сломал пару пальцев, но сейчас его это не волновало. Он знал, что через минуту кости срастутся. А вот ворох проблем, свалившийся на него из-за выступления в церкви, ему предстоит разгребать еще очень долго.
К коттеджу, который конгрессмен Стоун гордо называл своей загородной резиденцией, они подъехали уже вечером. Двухэтажное здание, построенное в викторианском стиле, поражало своей красотой. Судя по всему, Роджер вложил немало средств для создания этого чуда архитектуры.
Коттедж расположился на краю живописной поляны, в центре которой был установлен фонтан из белого мрамора. Подъездная дорожка была посыпана искусственным гравием, фосфоресцирующим в темноте. Глядя на эти светящиеся камни, Гай почувствовал, что они рождают у него какие-то смутные воспоминания. И только он ухватился за ниточку, ведущую к чему-то очень важному, как двери микроавтобуса, открылись, и в салон вбежал взъерошенный мужчина, потрясающий в воздухе ручной телекамерой.
— Невероятно! Потрясающе! Вы все-таки приехали! — расталкивая остальных пассажиров, мужчина бросился к Гаю и отчаянно затряс ему руку. — Меня зовут Ден Даррел, режиссер. Но вы не подумайте обо мне плохо, я не из числа этого плебса, считающего, что обладание какими-то статуэтками и премиями дает им право считать себя творцами! Нет! Решительно нет! Только авторское кино способно встряхнуть этот пропахший формалином мир. И мы с вами, Гай, вы и я, сделаем самый потрясающий документальный фильм за всю историю этого несчастного человечества!..
— Эй, мистер, успокойтесь! — Саймон встал на защиту Гая, опешившего от напора незнакомца.
— Вы кто? — Даррел с вызовом посмотрел на Кея, при этом бородка режиссера забавно встопорщилась. — Вы друг Гая? Отлично. Отлично! Мне нужно будет взять у вас интервью! Нет! Мне нужно будет взять
— Мистер Даррел? — наконец решил вмешаться конгрессмен и поманил режиссера на выход. — Предлагаю вам прямо сейчас пройти в мою резиденцию и выбрать наиболее подходящее для съемок помещение.
— О, благодарю вас, мистер Стоун! Гай, я с вами не прощаюсь! Мы еще увидимся! И с вами, дамы и господа, я тоже не прощаюсь. Чао!
Конгрессмен и режиссер скрылись за дверью парадного входа, а вслед за ними в помещение проследовали люди, пригибающиеся под тяжестью всевозможного кинооборудования.
Кевин, помощник Стоуна, покинул водительское сиденье и обратился к пассажирам:
— Прошу за мной, я покажу вам ваши комнаты.
— Простите, э, Кевин? А что это за сумасшедший киношник?
— А, вы о мистере Дарреле, — улыбнулся Кевин, — это известный документалист. Правда, большая часть его заслуг обусловлена скандальными и провокационными темами для его фильмов. Но конгрессмен Стоун к нему благоволит.
— Мистер, вы хотели меня видеть? — на пороге кабинета Роджера Стоуна появился обладатель ярко-зеленого ирокеза.
— А, Джон, проходите! — конгрессмен приветливо улыбнулся и жестом указал юноше на одно из пустых кресел. — И если вас не затруднит, прикройте за собой дверь.
Как только юноша сел, лицо Стоуна моментально преобразилось. Вместо радушного джентльмена за массивным рабочим столом возник деловой человек, который не намерен был тратить ни секунды своего драгоценного времени на бесполезные любезности или разговоры о погоде.
— Итак, Джонни, что тебе удалось узнать о наших гостях?
Юноша достал из внутреннего кармана своей военной куртки планшет и принялся читать монотонным голосом.
— Кристофер Бохенен. Любитель экстремальных видов спорта. Безработный. Постоянного места жительства не имеет. Пару раз подозревался полицией в аферах.
— В каких именно?
— Альфонс. Вытягивал деньги из богатеньких старушек в обмен на услуги сексуального характера. Но без особого криминала, ни одна старая леди от его рук не погибла.
— Наверное, именно поэтому он и соскакивал у копов с крючка. Старушки — существа сентиментальные и всепрощающие. В общем, парень мелкий жулик и решил попробовать провернуть пару грязных делишек, находясь в компании Мессии.
— Все может быть, — пожал плечами Джон и принялся читать дальше: — Элвис Маккормик. Ну, его вы знаете.
— Ты узнал, какого черта его принесло в Балтимор?
— Есть пара гипотез. Недавно Элвис проигрался в пух и прах в нелегальном интернет-казино, и сейчас он должен кругленькую сумму весьма опасным людям.
— Кому именно?
— Сложно сказать. Так как казино незаконное, то поиск настоящих владельцев займет очень много времени. Попробовать?
— Нет, ни к чему. В целом с Маккормиком тоже все ясно. Для него это шанс вернуть себе былую популярность, чтобы было чем расплатиться с интернет-мафией. Пожалуй, я смогу использовать старого горлопана.