Месть богини
Шрифт:
Войдя, воитель посадил жену на вырезанный из серебристо-серой кости стул и опустился рядом (Добрые братья «великодушно» оставили Элии единственное свободное место рядом с Нрэном). После этого лорд оглядел всех присутствующих и с легким недоумением в голосе обратился к принцу Моувэллю, своему родителю:
— Отец, ты воскрес?
— А я…э… еще не умирал… — оторопело отозвался тот, удивившись настолько, что выронил вилку из пальцев и вышел из состояния обыкновенно глубокой меланхолической задумчивости.
— Как? —
Подавившись воздухом, Моувэлль спросил:
— А что, должен был?
— Да, — отрезал Нрэн, начиная медленно звереть. Все еще сдерживая себя, лорд обернулся к Лейму и сухо поинтересовался у паренька:
— Эллар, что они сделали с тобой?
— Ничего, брат, не волнуйся, со мной все в порядке, — поспешно заверил его подросток, серьезно переживая за состояние любимого старшего брата.
— Ты тоже решил поиздеваться надо мной? — недобро нахмурился воитель.
Лейм съежился и отрицательно замотал головой.
С грохотом отодвинув стул, Нрэн встал, рявкнул:
— Надоело! — и стукнул кулаком по столу. Тот с треском переломился пополам, посуда со всем ее вкуснейшим содержимым, к глубокой скорби принца Кэлера, со звоном посыпалась на пол. Семейный завтрак был безнадежно испорчен.
— Ну зачем ты так!!! — укоризненно пробасил Кэлер.
Боги вскочили и приготовились по первому сигналу короля вязать безумца. Слуги тихо, но очень споро скользнули к выходу из зала.
— Милый, — раздался мелодичный голос принцессы, — тебе что-то не нравится?
Девушка положила изящную ручку ему на локоть. Мужчина резко обернулся к богине, и, слегка успокоившись, значительно тише пояснил:
— Весь этот бред! Что здесь происходит, демоны побери?
— А что тебе кажется странным, любовь моя? — участливо, как врач тяжелобольного, спросила принцесса.
— То, что ты не помнишь ни моего, ни своего имени, или притворяешься, что не помнишь, что спрашиваешь, давно ли мы женаты, то, что они сделали с Элларом, повернув его возраст вспять, и сотворили фантом отца, который мертв уже лет десять, — обстоятельно перечислил Нрэн. Бог мог спокойно вынести очень многое, но при мысли о том, что над ним насмехаются родичи, готов был разозлиться всерьез.
— Папа, ты тоже понимаешь? — обратилась принцесса к отцу, подразумевая происшедшее с кузеном.
Лимбер кивнул и попросил Рика:
— Сынок, повтори, что там было написано на той плите, которую ты скинул на Нрэна?
— «… Познает вновь, что было прежде», — процитировал рыжий, прибавив для перестраховки: — И я вовсе не скидывал ее, она сама… А на другой стороне…
— А вот это касается только тебя, — оборвал его король, имея в виду фразу о кратчайшему пути в могилу — весьма вероятной дороге для неугомонного сплетника.
— Не пора ли прекратить нелепую шутку? — процедил воитель, скрестив руки.
— Милый,
— Хватит! — в сердцах бросил лорд и развернулся, чтобы уйти. Более участвовать в идиотском спектакле он был не намерен.
— Нрэн! Тьфу, Брианэль! Остановись, пожалуйста! — в сердцах воскликнула девушка.
— Да? — бог нехотя повернулся к принцессе. Нрэн был зол, но ведь остановиться просила его «любимая супруга».
— Я сказала тебе правду! — решительно объявила богиня.
— Ладно, допустим это не шутка, тогда что? Я тебя слушаю, — мужчина выжидательно уставился на короля.
Пока шел разговор, по одному движению густой брови Лимбера из зала исчезли все родственники, кроме Рика, Элии и самого короля, причем сделали они это с явным облегчением: кому охота подставлять свою шею под горячую руку взбешенного Нрэна. Сестру, конечно, жалко, но она — стерва хитрая и все равно выкрутится. Одной улыбочкой с Нрэном управится! Вот и отец так считает, иначе б не отослал их прочь.
— На каком Уровне и где мы, по-твоему, находимся? — спросил монарх Лоуленда, решив бить Нрэна на его же поле — с позиции логики.
— На двести шестьдесят втором, в Альвионе, Мире Узла, разумеется, — удивился лорд столь дурацкому вопросу.
— Проверь, так ли это, — посоветовал король.
Родичи посмотрели на воина. Он пожал плечами, закрыл глаза, расслабившись внешне и сосредоточившись на своей божественной сути, потянулся к Источнику. Через пару секунд лорд нахмурился и недоуменно констатировал:
— На двести пятьдесят седьмом. Странно…
— На двести шестьдесят втором прошла одна из твоих прошлых инкарнаций. После того, как тебя э… заколдовали, ты вспомнил часть ее, причем настолько явно, что она перемешалась у тебя с памятью об этой и почти заместила ее.
— Почему я должен верить, что правда такова, и это не дурацкая шутка Рика, дядя? — подозрительно спросил Нрэн, кладя руку на рукоять массивного меча. — Насколько я знаю, души богов, совершенствуясь с каждой инкарнацией, поднимаются лишь выше, а не спускаются вниз.
Поняв, что обстановка снова накаляется, принцесса подошла к кузену и погладила его по руке. Из кипящего котелка бога словно выпустили излишний пар. Он «великодушно» разрешил королю:
— Рассказывай.
— Бывает всякое, — дипломатично начал Лимбер. — Иногда души опускаются вниз, сами желая этого или с чьей-то «бескорыстной» помощью, а может быть, мы слишком много грешили, даже по меркам Сил, или нарушили один из Законов Великого Равновесия, тогда нас понизили на основании приговора. И еще, заметь, судя по твоему восприятию, мы путешествуем по инкарнациям все вместе. Это тоже крайне интересный и редкий случай.