Месть гор

Интераль Риана

девушка честная, да? Да. И слава... кому-то там, уж точно не богу. А то я уж

начал думать, что ты меня на веки вечные опозорила. Да уж, гордо звучит: моя

внучка - потаскушка...

Реакция Анари была сиюминутной.

– Ты!.. ты... Да я бы сказала, кто ты!
– прорычала она, глядя прямо в наглые

невозмутимые разноцветные зенки Таркена.

– Ну, давай, валяй, говори, кто же я...

– А вот слушай!..

"Мда, недооценил я внученьку", -

со вздохом подумал Таркен, минут пять

выслушивая не очень-то лестные и не очень-то цензурные эпитеты, метафоры и

сравнения, которыми щедрейше одаривала его любимая внученька. За эти пять минут

он узнал о себе много нового из уст внучки, и причем такого, о чем он и не смел

догадываться. Но смутиться и покаяться и не подумал.

– И это все? А че так мало? Я, может, только во вкус вошел - ты так говоришь

красиво...
– решил поддеть Таркен Анари, которая уже исчерпала запас обиды и

ярости и теперь тяжело дышала.

Он бы добился своего - Анари уже открыла рот для новых излияний, но тут в дверь

беспардонно постучали. Причем даже не постучали - заколотили. Еще чуть-чуть -

дверь разлетится в щепки.

– Анари, открой! У меня к тебе разговор! И не отнекивайся, ты никуда не спешишь!

Да, Тайнар всегда был напористым. Дверь на пути? Выломаем! Дорогу преграждают

нехорошие дяденьки? Дадим в морду! Какие проблемы?!

Анари это понимала слишком хорошо, а посему решила не дожидаться исхода жизни

добротной дубовой двери и медленно направилась к ней.

Таркен же, проведя пятерней по червонно-золотым волосам, подмигнул внученьке и с

разбегу сиганул в окно. Анари помянула "старого шизофреника и маразматика"

добрым (или не очень) словцом, добавив про себя, что он еще и редкостный

предатель.

Она отодвинула засов...

– Ты дверь аккуратнее открывай!
– недовольно прошипел Тайнар, потирая ушибленный

нос.

– Простите, кай-джаирр, как я могла!
– насмешливо скривилась Анари.
– Я так

раскаиваюсь...

– Анари, хоть сейчас не паясничай, хорошо, да?
– попросил Тайка.

– Ладно, не буду, - пожала плечами Анари.
– Ваша светлость что-то хотели?

– Я же попросил...

– Ну, ладно, ладно, приношу нижайшие извинения. Так что ты хотел?

– Особенно ничего. Я просто соскучился, решил заглянуть...
– на губах Тайнара

поселилась легкая, но полная обаяния улыбка.

Впрочем, на Анари она не произвела никакого впечатления. Или же просто ей

казалось, что никакого.

– А вот я как-то не особо скучала, - заметила Анари, привалившись плечом к

стене

прямо около двери (если что, можно быстро улетучиться).
– Ты об этом подумал?

Врываешься ни здрасьте ни до свидания, и теперь еще и душу топчешь, да?

– Я, что ль, душу топчу?
– дернул темной бровью Тайка.
– И что же в твоей душе

такого, что можно затоптать?

– А не скажу - затопчешь еще!

– Да ладно...

Он подошел к ней и остановился напротив. Провел согнутым пальцем по ее щеке.

– Не надо, Тай, - качнула головой Анари.

– Прости.
– Он опустил руку.

– Слушай, а ты все еще зовешь меня замуж?

– Да!

Тайнар быстро поднял взгляд на Анари. В его золотисто-карих глазах читалась

такая надежда, радость и торжество, что Анари стало жаль его обламывать.

– Так вот, пара-тройка причин, почему я не могу быть с тобой, - начала она, а

лицо Тайки превратилось в каменную маску.
– Во-первых, я тебя не люблю. Во-вторых,

зелен виноград, чтобы жениться. И в-третьих, разница в сословном положении - кто

ты, и кто я.

– Так последнее... а в чем проблема-то? Я откажусь от всего! Мне ничего не надо!

– в глазах Тайки загорелся нездоровый маниакальный огонек.
– Думаешь, я горжусь

тем, что я кай-джаирр? Да щас прям! Мне это мешает! Не поверишь, как мешает!

Только скажи - и я брошу все! Я вообще из клана уйду, я хочу жить, как все!

– Вот только жертвоприношений тут не хватало, - скривилась Анари.
– Нет, Тая,

пусть будет все, как есть!

– Но я не могу без тебя!

Он слегка склонился к ней, причем намерения его были ясны, как божий день -

поцеловать захотел. Анари не успела отвернуться, и его губы все-таки прильнули к

ее.

Анари от возмущения заколотила кулаками по плечам Тайки и кое-как отстранилась

от него. "Так она же меня попросту использует! Вертит мной, как кошка хвостом!"

– вдруг осенила мысль разочаровавшегося Тайнара. Ладно, раз по таким правилам

играем...

– А в прошлый раз ты посговорчивее была, - мстительно прошептал он, глядя, как

Анари демонстративно утерла губы.

Всю комнату огласил звонкий шлепок - звук пощечины. Голова Тайнара мотнулась в

сторону - оплеуха вышла довольно-таки увесистой - и он непроизвольно коснулся

кончиками пальцев до пострадавшей, начавшей гореть щеки, на которой потихоньку

расползался красный след от удара.

При напоминании о происшествии, которое месяц назад было, Анари закусила удила и