Месть Мафии

Ван Дей Фредерик

– Теперь ты все знаешь, – заключил он свой рассказ, – и я попрошу тебя рассказать мне, что ты делал все это время?

– Не стоит и говорить.

– Ты, конечно, сейчас же после приезда в Нью-Йорк поселился в смежной комнате?

– Да, но этим и ограничилась моя работа. Я все это время жил припеваючи и ничего не делал.

– Познакомился ли ты с кем-нибудь?

– Кое с кем, да, но все это ничего не стоит.

– Стало быть, тебе не удалось познакомиться с членами союза "Черной руки"?

– К сожалению, нет, хотя это было бы весьма интересно.

– В

общем я доволен этим, так как я решил внести некоторые изменения в известные тебе мои планы. Дело в том, что я пришел к убеждению, что тебе не следует пытаться попасть в союз в качестве участника, а что ты должен будешь пасть его жертвой.

– Приятная перспектива, нечего сказать.

– Поэтому ты где-нибудь поблизости откроешь итальянскую банкирскую контору.

– Это звучит более симпатично.

– Затем я дам понять моим приятелям, что ты человек весьма богатый, бросивший свою родину из-за несогласий во взглядах с прокурором, что твое имя Антонио Вольпе служит тебе только псевдонимом, что ты парень покладистый и что из тебя можно будет выжать порядочную сумму.

– Веселые виды на ближайшее будущее, – сухо заметил Дик и прибавил: – А не лучше ли будет, если ты будешь говорить обо мне только хорошее? Ведь члены союза "Черной руки" так или иначе возьмутся за меня. Тогда дело становится безобиднее, и ты можешь сыграть роль преданного друга.

– Пожалуй, это верно. Но я, конечно, лишь весьма неохотно дам согласие на твое убийство.

– Ты просто душа-человек.

– Причем я устрою так, что твое убийство будет возложено на меня, – заявил Ник Картер, улыбаясь. – Я обязательно должен кого-нибудь убить, чтобы заслужить доверие членов общества. Вот почему я и изменил свой план, так как тебя я скорее всего сумею укокошить.

– Великолепно! Быть по сему! – воскликнул Дик, – а члены мафии, конечно, подумают, что ты на самом деле совершил убийство, и потому почтят тебя полным доверием.

– Будем надеяться. Но теперь я должен идти.

– Не придти ли мне совершенно случайно в Атлантический сад?

– Нет, пока не двигайся с места, Дик. Нас еще не должны видеть вместе, – ответил Ник Картер и ушел.

* * *

Ровно в половине одиннадцатого Ник Картер вошел со стороны Бовери в большой Атлантический сад.

Как всегда по субботам, ресторан был переполнен, и сыщику стоило большого труда получить отдельный столик.

Ему было нелегко удержать этот столик исключительно за собой, так как масса прибывающих гостей домогалась присесть к нему.

Около четверти двенадцатого в зал вошли кавалер с дамой. Они направились прямо к тому столику, за которым сидел Ник Картер, и присели к нему, не спросив даже разрешения.

Так как сыщику не было поручено задать пришедшим какой-либо вопрос и таким образом удостоверить их личность, то он решил до поры до времени не обращать на них никакого внимания и предоставить им начать переговоры. Он нисколько не сомневался в том, что это была именно та чета, которую имел в виду

Меркодатти, тем более, что беглым взглядом он убедился, что, как изящно одетая дама, так и ее кавалер – родом из Италии.

Спустя несколько времени кавалер встал и ушел так тихо и незаметно, что даже Ник Картер обратил на это внимание лишь тогда, когда он уже подходил к выходу из зала.

Дама осталась на своем месте.

Она была красавица, каких мало, и своим страстным, южным лицом напоминала только что распустившийся пышный цветок граната.

Ник Картер еще думал над тем, как теперь быть, как вдруг заметил, что на него устремились ее черные глаза.

– Давно ли вы уже находитесь в этой стране, мистер Спада? – спросила она.

Стало быть – пароль. Ник Картер немедленно ответил:

– Для меня существует одна только страна, все мои помыслы постоянно там.

– Вы говорите об Италии?

– Именно, об Италии.

Беседа прекратилась.

Но Ник Картер взглянул на большие стенные часы, на которых было без десяти двенадцать, и произнес:

– Не пора ли нам уходить?

– А куда вы еще собираетесь в столь поздний час?

– Я условился быть в определенном месте.

– Ах, вы условились быть в определенном месте, – как-то машинально повторила она.

Хотя они теперь уже обменялись условленными репликами, прелестная незнакомка все еще не собиралась уходить. Она не вставала с места и устремила на Ника Картера свои большие, черные глаза с выражением, смысл которого сыщик не мог разгадать. Взгляд ее выражал бесконечную печаль и горе. Ему даже казалось, что она хотела сообщить ему нечто весьма и весьма важное.

Наконец она собралась с духом, перегнулась через стол и шепнула Нику Картеру.

– Известно ли вам, что вы затеваете и куда я должна проводить вас?

– Я знаю только то, что я должен встретиться с вами здесь, а затем без рассуждений довериться вам, – ответил Ник Картер.

– Неужели, – настойчиво продолжала молодая женщина, – вас не предостерегает внутренний голос, не говорит вам, чтобы вы не подвергались ожидающей вас опасности?

– Нет! Да я, говоря правду, и не задумывался над этим, – спокойно возразил сыщик.

– Вы не доверяете мне? Сознайтесь.

– Рассудок велит относится к каждому человеку с недоверием, пока можно будет убедиться, что доверие не будет обмануто, – уклончиво ответил сыщик.

Она взглянула на стенные часы.

– У нас есть еще несколько минут времени, – шепнула она, – как бы я хотела, чтобы вы мне поверили. Как бы я хотела быть вашим другом.

– Почему бы нам и не подружиться? – ответил Ник Картер, пожимая плечами.

– Я нисколько не в обиде на вашу неотзывчивость, так как вы, конечно, должны предполагать, что я испытываю вас, как это уже делал сегодня Меркодатти.

– А если я на самом деле так предполагаю? Что вы тогда сделаете?

– Что-то такое в вас производит на меня впечатление, что я так искренно хочу вам помочь, но... – впрочем тише. Надо уходить.