Месть троллей
Шрифт:
— Да. И Рувон хочет, чтобы вы добрались туда. Кроме того, — сказал винак, и его ухмылка стала еще шире, — эти железные люди нам нравятся еще меньше, чем вы.
— А почему мы должны туда добраться? — резко спросил Стен.
— Там происходит такое, что должно было оставаться тайной для людей. Железные люди будят старые тени, которым в этом мире больше нет места.
— Старые тени? — озадаченно переспросил юный влахак. — Какие еще старые тени?
— Тени боли, предательства и одиночества, человек. Тени, которые сбежали под землю
— Я не понимаю тебя… Хочешь ли ты сказать, что масриды… что Альбус Сунас заключил договор с духами темноты?
— Вы люди так мало знаете, — надменно сказал эльф и отвернулся.
— Спасибо за помощь, — крикнул Стен вслед удаляющемуся эльфу.
Через несколько шагов винак исчез среди зелени, и Стен с Вангелиу остались одни.
— Знай, вы должны сами найти свой путь, человек, — прозвучал голос эльфа еще раз. — Мы не сможем последовать за вами…
— Да, понятно! Удачного пути, друг! — попрощался с ним Стен и повернулся к Вангелиу. — Что все это значит?
— Ты знаешь Рувона? — удивленно спросил Вангелиу.
— Что значит — знаю, мы просто однажды встречались. А что? Кто он, черт возьми?
— Рувон является чем-то вроде предводителя северных кланов, — объяснил старый прорицатель. — Король винаи, если хочешь.
— Он не показался мне особой королевских кровей. Очень опасный? Да. Король? Нет. Но что означает весь этот разговор о старых тенях?
Старик огляделся по сторонам и сказал:
— Сыро что-то здесь. Давай-ка вернемся в дом.
Застонав, Стен последовал за прорицателем и подумал: «О духи! Ну неужели никто не может просто сказать, что здесь происходит?»
Придя в хижину, где их радостно приветствовали остальные влахаки, Вангелиу сел так близко к огню, что от его одежды повалил пар, вздохнул и начал:
— Слова винака подтверждают мои опасения.
И замолчал, глядя в огонь. Стен переспросил:
— Опасения?
— На этой земле есть могучие существа и могучие места. Там, где сейчас возвышаются стены монастыря Стариг Яцек, раньше было священное место прорицателей нашего народа. Место, где мы раз в год летом собирались, чтобы провести ритуал. Там есть бездонный колодец, он доходит до самых глубин земли, до самых костей мира. На дне колодца спит нечто, создание, которое ищет забвения и спокойствия и сон которого мы продлевали своими ритуалами.
— Создание? Дух? — спросила Висиния, и Вангелиу кивнул. Старик склонился над огнем. Блики пламени отражались в его глазах.
— Дух, да. Когда-то мощный и сияющий, теперь больной и темный. Мы утоляли его боль, лечили его раны, но мы не могли излечить его полностью. С тех пор как масриды прогнали нас, никто больше не заботился о Духе. Мы думали, что люди Альбус Сунаса не станут обращать внимания на духов земли, надеялись, что Дух будет спать, даже если мы больше не будем проводить ритуалов. Шли годы, много прорицателей погибло на жертвенных
— Масриды делают что-то с этим Духом! — понял Стен. — Так они воздействуют на землю и камни, чтобы навредить троллям.
— По всей вероятности, да, — ответил Вангелиу. — И я боюсь, что они даже не подозревают, с чем связались.
— Что ты имеешь в виду? — озадаченно спросила Флорес.
— Если Дух проснется, Влахкис накроет темнота, — мрачно предсказал старый. — Боль побуждает Дух совершать злые дела, его дыхание отравляет землю.
— Он такой могущественный? — спросил потрясенный Стен, и Вангелиу молча кивнул.
— И как он называется? — поинтересовалась Лейка. — Как получилось, чтобы такой могущественный Дух был известен немногим?
— Все знают одно из его имен, когда-то его называли Белым Медведем, — тихо сказал Вангелиу.
Неожиданно все заговорили разом, возник страшный шум. Неслись громкие восклицания, и прошло некоторое время, пока влахаки немного угомонились.
Висиния первой задала мучивший всех вопрос:
— Как такое может быть? Белый Медведь — дух-покровитель нашей земли! Он благоволящий и мудрый. Почему он должен принести зло? И почему никто не знает об этом?
— Дух болен, он ранен. Его предали, и он сбежал под землю. Но, даже если он спит, его влияние очень велико, а сны неспокойны. Почему никто об этом не знает? — пожав плечами, спросил Вангелиу и сам дал ответ: — А сколько людей еще интересуется старыми легендами? Сколько посвященных погибло на жертвенных кострах ордена Бога солнца? Старые пути забываются, со смертью каждого прорицателя знаний все меньше. Ты верила в легенды о Раду Святом, дитя?
— Я не знаю, — призналась Висиния. — Но…
— Ладно, — успокоил ее старик. — Таковы законы мира. Ничто не помнится вечно.
— Моя сестра всегда будет чтить старые пути, — серьезно ответила Висиния. — Если наша борьба будет успешной, то прорицатели будут вновь советниками воевод.
— Возможно. Но до этих дней я, скорее всего, уже не доживу Я ушел от преследований только потому, что нашел друзей, которые меня защищают. Без них… — сказал Вангелиу, оставив фразу неоконченной.
— Тем важнее остановить Цорпада, — мрачно констатировал Стен, и все были согласны.
— Там снаружи несколько трупов. Но главное — осталось несколько масридских коней. Мы должны поймать их, чтобы вы могли отправиться в путь, — предложил Стен. — Выехать нужно как можно скорее, чтобы иметь хоть какое-то преимущество. Скачите ночью, делая отдых лишь тогда, когда совсем выдохнетесь. Вы должны обязательно добраться до Мардева.
— Ты прав, — согласилась Висиния. — Нужно торопиться. Костин и Лейка попробуйте поймать коней, нам нужно шесть.
— Пять, — вмешался Сарган. — Я не поеду с вами.