Месть вора

Седов Б. К.

Я бросил взгляд на мило смутившуюся Конфетку. А ведь и не скажешь по ней. Впрочем, как и по Кате. Вот только та светленькая, а эта – жгучая брюнетка с волосами цвета воронова крыла. Чуть-чуть пониже своей товарки. Чуть-чуть похудее (хотя куда уж худее). И с куда более тяжелым характером…

Леха был единственным пацаном в группе, кто не имел погоняла. Правда, иногда его звали «взрывник» или «сапер», но ни то, ни другое к нему не прилипало. Просто Леха, и все.

В том, что касается взрывного дела, Леха знал все. Или почти все. Слухи о его феноменальных способностях в этой области даже каким-то образом достигли Чечни, и однажды оттуда явились два эмиссара-вербовщика, предлагали огромные деньги

за контракт с одним из полевых командиров, но Леха лишь рассмеялся в ответ. Ему и в Питере жилось очень даже неплохо. Заказов хватало, оплачивались они весьма хорошо, и он, мягко сказать, не бедствовал. Кстати, Леха был единственным членом группы, кто был женат, да к тому же еще имел трехлетнюю дочку. При этом жена отлично знала, чем занимается муж, но ничего против этого не имела. Леха приносил домой приличные бабки, был замечательным семьянином, а большинству женщин большего и не надо. На все остальное они просто закрывают глаза…

Сережа Гроб считался профессиональным киллером, и на его счету числилось более десяти успешно выполненных заказов, притом о трех из них в свое время во всю глотку кричали средства массовой информации. Гроб владел, пожалуй, всеми способами умерщвления, начиная с элементарного отстрела из пистолета с глушителем и заканчивая отравлением боевыми ОВ или инсценировкой автомобильной аварии. Это был человек совершенно без нервов и без принципов. Присмотревшись к нему повнимательнее, я решил, что если бы ему заказали пятилетнего ребенка, то он выполнил бы заказ, не задумываясь. А еще мне показалось, что в группе его недолюбливают и опасаются, – никогда нельзя даже примерно определить, что у Гроба на уме. Но он выполнял огромный объем работы, с какой не справился бы никто, кроме него; он был незаменим, а потому приходилось мириться с его обществом…

Айрат с погонялом Акын был мастером спорта по скалолазанию, а кроме того, имел черный пояс по карате. В свое время он провел шесть лет на кичи по 111-й, часть 4 [45] , был очень авторитетным фраером, приближенным к положенцу на зоне, а, откинувшись, сразу вписался в серьезную кодлу, занимавшуюся гоп-стопом на Московском шоссе. Все шло как по маслу – кодла бомбила фуры, не гнушаясь любым товаром, пока год назад РУБОП при поддержке ГИБДД не прижало им хвост. При этом ментовская операция была настолько стремительной, что зашифроваться никто не успел, и почти все пацаны оказались на «Лебедевке». Но Акыну на этот раз подфартило. В это время он как раз отдыхал в Таиланде, и мусора каким-то чудом упустили его из виду. Вернувшись, Акын полгода болтался без дела, дожидаясь ареста, пока не получил предложение от Комаля, с которым несколько лет назад чалился в одной зоне и даже в одном отряде. Акын без раздумий согласился, а группа заполучила в свои ряды неоценимого боевика, способного, словно японский ниндзя, тенью просочиться туда, куда, казалось бы, не проскользнет и мышь. А прокуратура, проводившая следствие по делу о разбоях на Московском шоссе, пока так и не обратила на него внимания. И было похоже, что уже и не обратит…

45

111-я статья УК – умышленное причинение тяжкого вреда здоровью.

Мишка Ворсистый, мой старый добрый кореш, откинулся год назад по помиловке, проведя на кичи три с половиной года по 158-й статье. Месяца три отдыхал, проживая старые сбережения, а когда они закончились, удачно обнес две богатые квартирки. Но на третьей чуть не спалился. После этого с домушничеством Мишка завязал и очень охотно отозвался на предложение Комаля войти в «группу специального назначения».

Да, ее так и называли – группа специального назначения. Ведь есть

же спецназ у ментов и военных, у гэрэушников и гэбистов, так почему бы братве не обозвать подобную структуру точно так же. Западло? Да ну! Глупости, излишняя щепетильность. Пусть будет спецназ.

Итак, члены «группы специального назначения» вот уже два часа хлебали кофе и чай у меня в гостиной, безуспешно пытаясь выискать хотя бы одну лазейку, через которую удалось бы подобраться поближе к Хопину. Рассматривали вариант за вариантом, начиная с более или менее реальных и заканчивая совершенно фантастическими. И в конце концов, когда серьезные терки переросли в пустой базар, было решено сначала провести еще одну как можно более тщательную рекогносцировку и лишь после нее возвращаться к вопросу планирования операции. А пока…

– Девчонки, на кухню, – распорядился Комаль. – В холодильнике есть все, что нужно. Что приготовить, сообразите сами. Акын, Ворсистый, в лавку за водкой. Хоть бухнем. Все ж какая-то польза. А то день сегодня совершенно пустой. Так ничего и не надумали… Денис, ты не против?

– Да пейте. Не против, – пожал я плечами. – Вот только вечером мне, возможно, потребуется трезвый Эл. И еще кто-нибудь из группы.

– А чего?

– Мы же собирались сегодня еще обсудить, что делать с остальными моими должниками. Брат, жена, прокуроришка, доктор…

– Ах да, – шлепнул ладонью себя по лбу Комаль. – Совсем забыл. Так сейчас сядем за стол и, пока не выпили, все решим.

– Не так, – сказал я. – Сейчас пойдем в кабинет – я, ты, Электроник и… кого бы ты порекомендовал?

– Какие требования?

– Должен отлично водить машину, отлично знать город, при необходимости незаметно проследовать за объектом.

– Это за бывшей женой и брательником? – Комаль почесал намечающуюся лысину. – Тогда либо Акын, либо кто-нибудь из девчонок. Но не думаю, чтобы Акын отлично знал город. Он в основном живет в Любане и Тосно. Тебе как Светка?

Я состроил кислую мину.

– Не очень. По-моему, я ей чем-то не нравлюсь.

Комаль хитро улыбнулся и хлопнул меня по плечу.

– А по-моему, наоборот. Просто ты еще не знаешь эту красавицу. У нее все наизнанку. Если бы она себя вела себя с тобой корректно и ровно, я смело бы заложился на то, что ей на тебя наплевать. Но уж больно много внимания она к тебе проявляет. К тому же постоянно испепеляет тебя своим огненным взором. Исподлобья. Не ощутил пока жара?

Я рассмеялся.

– Нет.

– А я вот заметил. Так решено? Берешь Конфетку? К тому же она совершенно не пьет и не расстроится, если ты сегодня оторвешь ее от стола и погонишь работать. Решено, Знахарь?

– Ладно, пусть будет Конфетка, – без особой радости согласился я. – Зови их с Электроникой в кабинет…

Вчетвером мы провели в кабинете не меньше часа – обсуждали детали предстоящего наезда на Ангелину и Леонида. Все здесь вроде срасталось как нельзя лучше. У Электроника было необходимое оборудование; у Конфетки – совершенно незаметная красненькая «девятка», каких навалом по всему Питеру. Оставался один нерешенный вопрос: какая у Ангелины с Леонидом машина? И где они ее держат? В гараже? На стоянке? Около дома?

– Придется торчать возле подъезда, – вздохнула Конфетка. – Пасти. А у них вообще-то хоть есть машина?

– Да уж думаю, есть.

– Так чего терять время? – Конфетка решительно поднялась из кресла. – Поехали, встанем возле подъезда. Авось повезет, все узнаем уже сегодня.

– Поехали, – согласился я. – Эл, одевайся. Комаль, остаешься за старшего. Следи, чтобы эти не очень здесь безобразили.

А в гостиной в это время уже стоял дым коромыслом. Шесть человек расположились вокруг журнального столика – Катя на коленях у Крокодила, – и Ворсистый травил бодягу про свою очередную возлюбленную.