Месть?
Шрифт:
— А Его Светлость куда-то ушел? — поинтересовалась я, отправляя в рот дымящуюся паром ложку второго блюда.
— Ну да, вот как только вышел из вашей-то комнаты, так сразу и поехал куда-то! — поделилась новостью Лисента. — И ничего никому не сказал, только глянул сурово — и всё!
— Извини, что вам всем из-за меня попало! — воспользовалась я случаем. — Я ведь не знала даже, что кто-то пытался меня отравить, решила, что у меня аллергия началась на что-то. Так что передай, пожалуйста, всем, что я сожалею о случившемся инциденте.
Девушка вновь разрумянилась, но в этот раз, кажется, от удовольствия, что именно ей
— Что вы, Ваша Светлость! — пролепетала она. — Никто же на вас не сердится! И это хорошо, что никто из наших не был виноват! Мы тут люди простые, ни на кого зла не держим. Да и Его Светлость с нами очень щедр и добр! Так что никто из прислуги не осмелился бы на вас покуситься, ведь вы — его жена!
Так, старательно делая друг другу комплементы, мы провели последние полчаса. Пока я уже не спеша доедала вкусный десерт, Лисента на самом деле прошлась по комнате с влажной уборкой, вытирая невидимую пыль и поправляя на сантиметр-другой стоящую в комнате мебель. И когда очередь дошла до подоконника, она поднялась на цыпочки, чтобы рассмотреть что-то у парадного подъезда, и воскликнула:
— А вот и сам герцог! Ого, и леди Зарина с ним! Значит, ее тоже отпустили! Это очень хорошо! Она очень строгая, но справедливая, так что все мы ее хоть и боимся, но очень уважаем! Пойду всех обрадую! Можно?
— Можно! — усмехнулась я, и девушка вихрем полетела к своим товаркам, совсем забыв про пустую посуду.
Но я не стала ее останавливать. Как и Лисента, я была рада, что с экономкой всё решилось положительно, поэтому просто начала ждать, когда меня посетит Его Светлость герцог Густав Ксорд. Интересно, насколько он честолюбив? Найдет ли в себе силы перебороть гордость и признать свою ошибку?
Глава 26
В мою комнату Его Светлость так и не зашел. Не скажу, что сильно ждала и жаждала услышать его извинения, но осадок на душе остался. Значит, вот так, да? Ни во что меня не ставите? Ну конечно, кто я такая, чтобы вводить меня в курс дела или спрашивать моего мнения!
Зато зашла леди Зарина. И выглядела она непривычно тихо и скромно. Пришибленно, что ли? Неужели так подействовали несколько часов, проведенные в полицейском участке? Как бы то ни было, женщина робко постучала в дверь, а когда я разрешила войти, чуть ли не в ноги мне бросилась.
— Спасибо вам, Ваша Светлость! Мне сказали, что вы за меня заступились перед Его Светлостью герцогом. Простите меня, что не доглядела и допустила страшную оплошность! Но вчера вечером мне передали, что на заднем дворе меня ждет какой-то почтенный старик, который хочет со мной поговорить. Я вышла и долго искала его, однако так и не нашла. Вероятно, старик не дождался и ушел. А в это время, оказывается, в дом пробралась какая-то девушка и принесла вам отравленную еду. Мне очень жаль, что вам пришлось страдать!
Я видела, что экономка говорит от чистого сердца и действительно раскаивается в том, что не сумела предотвратить несчастье.
— Прошу вас, леди Зарина, встаньте! — попросила я. — Случившегося уже не вернуть, и я понимаю, что вы тоже оказались жертвой обмана, ведь не зря совпали эти два события. Я думаю, никакого старика и не было, а если и был, то приходил лишь для того, чтобы заставить вас выйти из дома. В любом
— Без сомнения, леди Эвелина! — горячо уверила меня женщина. — Я лично буду всегда следить за вашей безопасностью!
В общем, разошлись мы с ней вполне довольные друг другом. Пусть и через испытания, но в этом доме у меня тоже начали появляться сторонники, а значит, от одиночества я страдать не буду.
Оставшиеся часы пролетели быстро. Меня накормили вкусным ужином, причем леди Зарина не отходила от меня ни на шаг. Она принесла даже книги, чтобы я могла читать, а перед сном взбила подушки и собственноручно укрыла меня пушистым пледом.
— Его Светлость дома? — спросила я перед тем, как сладко уснуть.
— К сожалению, у него появились срочные дела, и он вынужден был уехать, — подсластила пилюлю экономка.
Спасибо, что попыталась оправдать его перед молодой женой. Главное, чтобы среди прислуги не поползли слухи о том, что наш брак — лишь для отвода глаз короля, и личная жизнь их хозяина после женитьбы не поменялась ни на йоту. Было бы обидно чувствовать жалость или презрение со стороны своих слуг…
Без особых потрясений прошла неделя. Моя жизнь в доме герцога начала налаживаться. Мы изредка встречались с хозяином дома. Пару раз он заходил ко мне в комнату пожелать доброго утра и поинтересоваться моим здоровьем, еще пару раз мы встретились в столовой, куда меня иногда уговаривала спуститься леди Зарина. В остальное время ко мне приходили поболтать Летти с Рози, ненавязчиво меня переодевая и причесывая в процессе разговоров. Я было попыталась сопротивляться, говоря, что все равно ни с кем не вижусь, но меня быстро одернули, передав дословно слова Его Светлости: «Леди Ксорд должна выглядеть на высоте в любое время суток!» Поэтому меня переодевали аж по три раза, принося платья изумительной красоты и разных расцветок и фасонов.
Как-то раз в гости пришли Элеонора с Софи, которая все уши прожужжала своей рыжей воспитательнице, как у меня красиво и богато! Естественно, поплакали, пообнимались, посмеялись, вспоминая прошлую жизнь, по-быстрому обменялись новостями, и Элеонора быстро ушла, чуть ли не насильно таща за собой сестренку.
— Граф Седрик обещал зайти, нужно проследить, чтобы приготовили его любимую копченую макрель с анчоусами! — смущенно оправдалась она. — В последнее время он редко заходит, совсем про нас забыл!
— Передавайте ему сердечный привет от меня! — попросила я, улыбнувшись.
Ох, не зря, кажется, Элеонора так старается ему понравиться! Уверена, этот друг семьи очаровал ее своими манерами!
— Он, кажется, сам собирался на днях навестить тебя, дорогая! — вспомнила женщина. — Так что скоро сама с ним встретишься!
— Хорошо! — обрадовалась я.
Всё же этот седой и худой, но очень живой старичок с карими, с золотыми крапинками глазами успел привязать меня к себе. И, общаясь с ним, я словно возвращала своих родителей, потому что именно он был самым близким их другом и советчиком!