Месть
Шрифт:
Подъехав к дому подруги Шейны, Лили увидела, что ее дочь сидит на ступеньках крыльца. Девочка поспешила к машине, неся в руках свой спальный мешок, который она бросила на заднее сиденье, прежде чем сесть на переднее. Она была не причесана, вид утомленный.
— Что-нибудь не так? — спросила Лили. — Почему ты так рано собралась домой?
Шейна достала из сумочки щетку и начала приглаживать волосы, глядя в панорамное зеркало.
— Это какой-то детский садик. Все, на что они способны — хихикать и кривляться, как обезьяны. — Шейна достала из сумочки розовую губную помаду и аккуратно наложила ее на губы. Удовлетворенная,
— Шейна, в Камарильо есть только одна такая школа, и ты это знаешь. Если ты потерпишь еще год, то станешь учиться в средней школе, куда переходят ученики из начальных. Там у тебя появятся новые знакомые.
Внезапно Лили подумала, а не узнал ли кто-нибудь об изнасиловании. Такая возможность была для нее страшнее всего на свете.
— Шейна, может быть, тебе кто-то сказал что-нибудь… ты понимаешь… о том, что произошло?
— Нет, — ответила дочь, и ее глаза затуманились.
Они стояли у светофора и Лили испытующе заглянула в глаза дочери.
— Ты говоришь мне правду?
— Конечно, мама. Никто мне ничего не сказал, а сама я тоже никому ничего не говорила. — Она нисколько не разозлилась на Лили за то, что та усомнилась в ее словах. Это тоже было не в характере прежней Шейны. — Я много думала и поняла, что рано или поздно ты опять переедешь из нашего дома.
Лили попыталась было уверить дочь, что не собирается никуда переезжать, но Шейна не дала ей раскрыть рот.
— Выслушай меня до конца, ладно? Я хочу переехать вместе с тобой. Мы сможем поселиться в Вентуре, не в том доме, конечно, а в другом, и тогда я смогу пойти в среднюю школу в Вентуре. Там начинают учиться с девятого класса, и на следующий год я смогу поступить туда. Это было бы здорово.
Не веря своим ушам, Лили глубоко вздохнула. В глубине души она мечтала о подобном повороте дела. Это решало бы все проблемы.
— А как быть с папой? Мне казалось, что ты не хочешь оставлять его одного.
— О, теперь с ним все будет в порядке. У него появилась подруга, ты знаешь об этом? — Она осеклась, закрыв рот рукой. — Мне не стоило этого говорить, тем более что я обещала ему молчать.
Они приехали домой. Лили открыла гараж и увидела, что джипа Джона на месте нет.
— Да я все равно все знаю. Он вчера ходил на свидание.
Она подумала о себе и Ричарде, о том, как она сможет смотреть ему в глаза после вчерашнего, зная, что теперь она не вправе критиковать Джона за его поведение.
— Он имеет полное право на личную жизнь. Мы разъехались и собрались разводиться, поэтому…
Бросив спальный мешок в самый дальний угол гаража с таким видом, словно с вечеринками с ночевкой навсегда покончено, Шейна последовала за матерью на кухню. Она взяла банан, очистила его и начала есть, собирая свободной рукой крошки со стола. Потом зашла в свою комнату и вернулась оттуда с Дай на руках. Пока они разговаривали, Шейна держала маленькую собачку на руках.
— Мама, эта подруга у него уже очень давно. Я точно знаю, я слышала, как он подолгу разговаривал с ней по телефону, когда ты допоздна задерживалась на работе. Иногда женщина звонила сама, и тогда я снимала трубку. — Она откусила кусок банана, глаза ее смотрели ясно и были широко открыты. — Я не могла себе представить,
Как раз в этот момент Лили подняла кофейник, но, чтобы он не выпал у нее из рук, она поставила его на стол, а чашку подставила под его носик. Вскипевший кофе полился на стол. Лили попыталась вытереть кофе бумажным полотенцем. Шейна выбросила банановую шкурку в мусорный бак под раковиной, взяла губку и вытерла кофейную лужицу.
— Ну, а если я тоже встречу какого-нибудь человека, ну, ты понимаешь… если я соберусь на свидание? От этого ты тоже почувствуешь себя больной? — Лили произнесла эти слова, хотя не могла себе представить, что после вчерашнего будет когда-нибудь ходить на свидания. Как бы то ни было, весть о том, что у Джона уже давно кто-то есть, заставила ее пожалеть о том, что сегодня утром она не дала ему хорошего пинка. Она взяла на себя всю вину, а он спокойно спрятался за ее спину. Она дала себе клятву, что в следующий раз, когда он соберется на свидание, она проследит за ним и впрыснет ему дозу его же собственного лекарства.
Шейна бросила в раковину губку и всплеснула руками.
— Папа будет ходить на свидания… Ты будешь ходить на свидания… Вот дела… наверное, черт побери, я тоже начну ходить на свидания. Мы будем семьей, которая ходит на свидания.
Шейна всегда избегала ругательств. Лили поняла, что девочка всерьез расстроилась.
— Мы всего только люди. Любой человек нуждается в другом человеке, хотя бы просто для дружеских отношений.
— Да я не сержусь, мамочка, — ответила Шейна, улыбаясь. Она даже подошла к матери и обняла ее сзади за талию.
— Ты такая красивая, мама, ты по-настоящему красивая, и потом, ты намного моложе папы.
Лили обернулась и посмотрела на дочь — глаза Шейны сверкали, брови выгнулись подковками.
— Любой парень может только мечтать о свидании с такой женщиной, как ты. А я знаю, что папа собирается привести в дом какую-то старую скучную тетку, которая изо всех сил будет стараться играть роль любящей матери. Кроме того, папа занянчит меня до смерти. Он постоянно гладит меня, целует и вообще относится ко мне, как к маленькому ребеночку, как будто я его кукла. — Она состроила гримасу. — Я не могу этого выносить. Я больше не маленькая девочка.
Шейна посмотрела Лили прямо в глаза. Этот взгляд сказал больше, чем могли бы выразить тысячи слов. Лили точно знала, что сейчас ощущает ее дочь, она знала, что пройдет немало времени, прежде чем она станет нормально чувствовать себя с мужчиной, если даже это ее родной отец. Хотя Лили была уверена, что в поведении Джона и его обращении с Шейной нет ничего, кроме отцовской любви и привязанности, она понимала, что Шейна больше не в состоянии выносить такое обращение с собой.
— Нет, Шейна, ты больше не младенец. Ты, без всякого сомнения, молодая женщина. — Лили почувствовала, что ее глаза наполнились слезами. Она приложила пальцы к глазам, как бы собираясь удержать ими готовые закапать слезы. — Ты не можешь себе представить, насколько я рада, что ты хочешь жить со мной. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты была счастлива.