Месть
Шрифт:
– Кто не ошибается.
– Один адвокат, которого я встретил в баре, посоветовал мне обратиться к вам, - продолжал он, игнорируя мою реплику.
– Тут вообще выбор маленький. Маленький город. В Брейдентоне, конечно, больше выбор, но я приехал на мотороллере, поэтому решил выбирать из того, что есть здесь, и подешевле. Ваша цена самая низкая.
– Спасибо вам за доверие, - сказал я.
– Не смейтесь надо мной, мистер Фонеска. Я парень деревенский, но не дурак. Мы можем смеяться вместе, но не друг над другом.
– Извините, - сказал я, - я горожанин и иногда могу обидеть нечаянно.
– Извинение принимается, - ответил Маккини, отправляя в рот очередной кусочек того загадочного кушанья, которое в дымящейся металлической миске Гарри поставил теперь и передо мной вместе со стаканом темного пива.
– Фирменное блюдо, - пояснил Гарри.
– Мандарин-начо.
Он отошел, и я посмотрел на Маккини.
– Вы торопитесь?
– спросил он.
– Нет.
– Вы будете со мной откровенны?
– Я попытаюсь, - сказал я, отхлебывая пиво и с подозрением рассматривая бурое месиво в миске.
– Как идут ваши дела?
Тут «Брэйвс», вероятно, отмочили что-то особенное. Гарри и другие болельщики громко охнули, кто-то крикнул: «Смотри, что творят!»
– Дела? Плохо, - сказал я.
Маккини кивнул:
– Значит, у вас будет время заняться как следует тем, что я вам предложу.
– Это зависит от того, что именно.
– Сколько вам лет, мистер Фонеска?
– Называйте меня Лью, - ответил я.
– Сорок один.
– Кто вы? Итальянец? Мекс?
– Итальянец.
Он кивнул и взял еще кусочек начо.
– Вы хороший человек?
Я пожал плечами.
– Наверное, нет, но я человек честный. Могу доказать: если хотите, посмотрите мой офис.
– Проходимцы тоже разоряются. Просто не умеют воровать как следует. Но вам я верю, - сказал он, вытирая тарелку хлебом.
– Спасибо. Что вы хотите мне поручить?
Эймс хотел поручить мне поиски своего бывшего партнера по имени Амос Спрейг, чей след привел его в Сарасоту.
– Я искал его через его сестру в Юме, через зубного врача, к которому он ходил в Траки, через торговца машинами, у которого он купил «Додж-пикап» в Тексаркане, - объяснил Эймс, - а здесь упустил. Мне нужна помощь.
– Можно спросить, почему вы потратили год на поиски Амоса Спрейга?
Два дельца, сидевших позади меня, громко расхохотались. Один из них поперхнулся.
– Мы были партнерами, дьявол его подери. Собачья работа, но можно кое-что получать, если знаешь толк в своем деле, - сказал Маккини.
– А в один прекрасный день Амос снял деньги с нашего совместного счета и уехал на грузовике фирмы.
– Сколько он взял?
– Миллион четыреста тысяч долларов. Оставил в банке тысячу восемьсот. Я купил мотороллер и живу на остальное.
– Вы хотите вернуть
– спросил я.
– Я хочу, чтобы Амос Спрейг умер, - ответил он.
– Я не могу жить и умереть достойно, пока это дело между нами не кончено.
– Значит, я должен найти Амоса Спрейга и сказать ему, чтобы он отдал деньги, или...
– Сказать мне, где он, и я пущу ему пулю в лоб.
– Четко и ясно, - сказал я.
– Какие...
– Деньги на расходы и часть оплаты вперед, - перебил Маккини.
– Я не...
– У меня осталось не больше пятисот долларов, я даю вам половину и неделю времени. Если вы не отыщете его за неделю, я устроюсь на работу и накоплю денег, чтобы нанять кого-то, кто сможет его отыскать. Если вы поймаете его и заберете деньги, я отдам вам двадцать тысяч. Все просто, правда?
– Это по-честному, - сказал я, чокаясь с ним почти пустым стаканом.
– Что вы можете рассказать мне о Спрейге?
Он сообщил мне достаточно, чтобы я мог разыскать Спрейга, у которого было новое имя, новая жена, новые зубы и репутация филантропа. Я нашел его и сделал ошибку: сказал Эймсу. Они стрелялись на побережье, как в старину. Вышло так, что я видел это и потом дал показания, что Спрейг вынул пистолет и выстрелил первым.
Эймс решил остаться в Сарасоте. Пожалуй, он был теперь моим лучшим другом.
Я вошел в комнату, и Эймс закрыл за мной дверь.
Берил Три сидела на стуле от письменного столика, стоявшего у окна. Стул она перенесла поближе к ванной, за кровать. Шторы на окне были задернуты, горела только маленькая лампочка. Берил Три сидела, сложив руки на коленях.
– Он звонил, - сказала она.
– Эймс звонил вам?
– Нет, Дуайт. Он позвонил. Сказал, что, если я не уберусь и не перестану искать Адель, он придет и убьет меня. Он знает, что вы тоже ищете его. Велел передать вам, чтобы вы прекратили.
Она потрогала синяк на щеке.
Я подошел к кровати, сел и посмотрел ей в лицо. Она держалась прямо, голос ее дрожал, и глаза были устремлены куда-то вдаль. Было ясно, что она очень близка к серьезному срыву.
– Как он узнал, где вы?
– спросил я, наклоняясь и беря ее за руку.
Почувствовав прикосновение моих пальцев, она вернулась, или почти вернулась, на землю и посмотрела на меня, словно пытаясь понять, кто я такой.
– Помните, я говорила вам, что видела его у кафе через дорогу? Он выследил меня, видел, как я входила в эту комнату. После его звонка я сразу набрала ваш номер. Ответил мистер Маккини. Наверное, у меня был такой голос... Он спросил, что случилось, сказал, что он ваш друг. Я рассказала ему, и...
– Я чинил твой кондиционер, - сказал Эймс, держа пистолет на бедре. Пистолет был почти такой же, как тот, из которого он застрелил своего партнера, - прямо из старого вестерна.
– Пытался починить.