Места

Пригов Дмитрий Александрович

Изучение воспоминания Праги

1v| o2621 Москва не кажется мне Прагой И есть тому на то причины Что кажется в Москве нам правдой То в Праге – радость дурачины А Прага ведь еще полправды Невольно – а полдурачинна Париж – не Мо… Москва – не Прага У каждого на то причины1v| o2622 Помню, помню Карлов мост Возле Староместских мест Возле Малостранских мест Между ними Карлов мост Он один на свете есть Помню, помню Святой Витт На Градчанах он стоит Где другие вкруг стоят Словно

древний стоит лес Одичавший он стоит Помню, помню тиху Влтаву Тиху, тиху словно деву Набережными не сжату Эту, эту бы мне Влтаву В жены б мне – да уж женатый1v| o2623 Вот и славный наш Карлсбад Где с Тургеневым влюбленным Здесь соседствовал Карл Маркс Одним летом отдаленным Тож соседствовал с ним Гоголь, но уже в России Мы ж соседствуем с иным Здесь в Карлсбаде и в России Здесь в Карлсбаде и в России Мы соседствуем с иным С чем – сказать я вам не в силе С чем-то очень неземным1v| o2624 Здесь жил Суворов Александр Из Альпов возвратясь В генералиссимуса сан Прекрасный облачась Он редкий русский, кто поправ Знамен враждебных шелк В Россию с Запада, но прав И не отступая шел

Изучение сокращения гласных

1v| o2625 Лёт ммртвого птаха Над чрною житью Он мртвел летаха Над Влтавой жидкой И над Пршикопом Я зрел ту птаха Как пел он прекрасно Посмертно летаха1v| o2626 Вот я птцу ли гльку ли льтящу Иль про чрвя рзмышляю плзуща Или звря ли бгуща в чаще Я змечаю ли дльны уши Странно, но на все есть слово Здесь ли в Прге, иль в Мскве ли рдимой Даже в Лндоне – тоже слово На естство оно первдимо1v| o2627 Не видно ни птцы и ни врна Ни звря и ни звриной же млости Ни члвека ни члвеческой вльности Отчизна на время затврна До времени будущей млдости1v| o2628 Ой ты рече… ой реченька бстрая Унеси этот град эту Мскву Словно пули прастален он встрая К моему он приставлен виску И тебя будут реченьку бструю Славить будет всяк зврь и вся льства Что снесла эту пулю ты вструю Этот город по имени Мсква И с тобою мы реченькой бстрою Не заняв у соседей мстерства Мы над грешною змлею построим Новый город по имени Мсква

241 платонический диалог 13 эротем и частушки

1977

Предуведомление

Издание этого сборника совпадает с весьма значительным и даже не одним, а с пересечением нескольких, а конкретнее – трех, весьма значительных для любого деятеля сферы искусств, событий.

Дело в том, что… в том что… В чем же дело? Да и дело ли это! Дело ли это, говорить с читателями о своих личных делах не в рифму! Да, да, вы правы, вы глубоко правы, вы правы даже еще глубже, чем я не прав. Но вы правы про меня, а про себя неправы. К сожалению, статус органиченно-самопечатающегося поэта неизбежно оставляет меня в стороне от широких охотничьих троп литературоведов, а поскольку такой зверь, как поэт, жить без охотника на себя (в результате, к этому приходишь) не может, то приходится мне регулярно, из сборника в сборник, закончив очередной, натягивать поверх вонючей поэтической шкуры воротничок, манжеты и белые перчатки и выходить на не совсем предназначенную для поэта тропу в надежде поймать, уж ладно – кого другого, а то – себя.

И, в итоге, ловлю я таки себя, но не целиком и с опозданием и в неимоверных страданиях, которые постороннему литературоведу не случились бы. Правда, скорее всего, возможно, по-видимому, наверное, может быть, думается мне, у него свои муки.

Помоги ему, Боже! Вот в чем дело. Хотя, нет, дело вовсе не в этом. дело в том, что мне исполняется 37 лет, да, 37 лет, моему поэту исполняется 20 лет, а числу моих стихотворений – 3000, три тысячи.

Человек, проживший 37 лет, имеет право кое-что сказать, человек, 20 лет проживший в искусстве, имеет кое-что сказать о творчестве, а поэт, написавший три тысячи стихотворений, имеет право (не скажу «долг», о долге речь ниже) что-то сказать о поэзии. И в результате я (поскольку речь во всех этих эвфемизмах шла именно обо мне) высказываю довольно банальную, на первый взгляд не требующую столь массированной подготовки и, боюсь, такого количества прожитых и проработанных лет, истину. Все, что ты делаешь, должно быть необходимо тебе самому, потому что, не дай Бог, если чьими-то темными усилиями в тебя втемяшится благородная мысль, что все это нужно кому-то другому, или другим и, когда окажется (а так бывает), что это никому не нужно – то что же останется тебе? Эльба? Черная речка? Глушь степей Молдавии? Кремлевская стена?

Поэт ничего не должен народу, но и народ (что усвоить гораздо труднее, вернее смириться с этим) ничего не должен поэту. Они свободны. Именно эта свобода и связывает их и ставит на свой постамент, где они уже вместе.

Соответственно, я никогда не был служителем русского народа, русского характера, русской идеи, но только русского языка, не ведающего про всевозможные акциденции русского, но принявшего в свои мясо и кровь их яды, гормоны и панацеи, и если я тоже принял их, то единственно – через язык.

И вот так вот я прожил 37, а вернее, только 20 лет. Все, написанное мной (напомню: 3000 стихотворений, не считая поэм, пьес, рассказов, рисунков и скульптур), составляет уже собственную географию. Каждый следующий сборник должен смотреться в соответствии и относительно всех прочих, он есть отзыв на них, на их сложившуюся уже собственную культуру. Трудно, конечно, при условии непечатания требовать от читателя, которому случайно попался на глаза (имеющие тенденцию сразу узаконивать за поэтом одну определенную стилистику) единственный сборник, чтобы он представил (я уж не говорю – отыскивал) некие другие, но трудно и не требовать этого. Потому что это должно быть так. Я пишу не отдельные стихи. Я пишу поэтическое пространство.

Сборник, представляемый сейчас нашему вниманию, сам есть маленькая модель всего моего творчества. Он состоит из трех разно-перекликающихся частей. В каждой из них нашли продолжение мотивы моего предыдущего творчества. В первой многие, известные моим регулярным читателям, темы приобрели ребристую поверхность в диалогическом преломлении. Внимательному читателю сразу бросится в глаза, что диалогов не 241 (как обозначено на обложке), а гораздо, гораздо меньше. Надеюсь, что от его внимания не ускользнет также и незримое, но реальное присутствие отсутствующих диалогов, неодинаковость и значимость лакун.

То же самое касается и эротем, где обязательность версификации словно выстраивает стремящееся быть прихотливым и необязательным содержание.

А частушки? Что о них скажешь? Они и есть – частушки.

241 ПЛАТОНИЧЕСКИЙ ДИАЛОГ

(Я И ПЛАТОН)

Диалог № 3

ПЛАТОН Там было летоЯ Там было и этоПЛАТОН Там было летоЯ Но там было и тоПЛАТОН Там было летоЯ Но там было и то и этоПЛАТОН Там было летоЯ То было где-тоПЛАТОН Там было летоЯ Но это было здесьПЛАТОН Там было…Я Ну, ну, ну!ПЛАТОН Там……………Я Ну!ПЛАТОН …………………Я Согласен

Диалог № 45

ПЛАТОН Гражданэн, на вам ныткаЯ Не на вам, а на васПЛАТОН На мэнэ?Я Не на мэнэ, а на мнеПЛАТОН Я и говорю: на вам ныткаЯ Едрить твою мать!

Диалог № 76

ПЛАТОН Широка страна моя родная Много в ней лесов, полей и рекЯ Я другой такой страны не знаю Где так вольно дышит человекПЛАТОН От Москвы до самых до окраин С южных гор до северных морейЯ А дальше что?ПЛАТОН Дальше – что-то неземное!

Диалог № 62

Я Скажи мне кудесник любимец богов Что сбудется в жизни со мной?ПЛАТОН Тебя очень скоро на радость врагов Могильной засыплет землеюЯ Так что же мне делать? Куда мне бежать В чей край мне укрыться богатый?ПЛАТОН Без разницы это – бежи не бежи Другим попадешься врагам ты

Диалог № 94