Место отсчета

Басов Николай Владленович

– Беременных? – спросил Квадратный.

Пестель посмотрел на него.

– А ты думал, у них детей под капустой находят?

– А мне они прошлый раз так не понравились, – старшина повернулся к Ростику.

– Когда это? – заинтересовался Пестель.

Пришлось ему рассказать, что это не первая встреча волосатиков с разведчиками.

– Как они себя называют? – спросил Ростик.

– Ну, путем весьма серьезных расспросов, – Пестель чуть усмехнулся, чувствовалось, что о контакте с волосатиками он знает многое, возможно, сам принимал участие

в этой работе, – мы выяснили, что они величают себя бакумурами. Или как-то похоже. Но сейчас, кажется, утвердился именно такой термин – бакумуры. – Он помолчал. – Советую запомнить, судя по всему, их тут в окрестностях немало.

– Может, это против них Шир Гошоды камни выставляют? – произнес вслух Ростик, но, разумеется, ответа не получил.

– А что начальство думает по этому поводу? – спросил старшина.

– Ничего не думает, – отозвался Пестель. – Использовать их как-то без языка – не получается. Воевать с ними – бессмысленно. Да и не нужно. Их покормишь, пару раз объяснишь, что брать вещи нельзя, они и сами перестают. Похоже, тут мы имеем классический случай взаимопроникновения цивилизаций на бесконкурентной основе. Я слышал, – Пестель вдруг усмехнулся, – ими отец Петр очень заинтересовался.

– Который? Поп? – спросил Квадратный. Он помолчал. – Это дельный мужик, я помню во время восстания… Может, у него что-то получится?

– Пока об этом рано говорить. Слишком недолго они по городу разгуливают. К ним даже на постах еще не привыкли, чуть не каждый раз тревогу объявляют.

И все-таки, как бы там ни расписывал Пестель бакумуров – относилось это к городу. А тут они носили оружие, и из кустов волосатики вышли не с дружественными намерениями. Поэтому на ночь остановились в отлично укрепленной расселине между двух высоких скал. Тут можно было держать оборону против любого противника, а против бакумуров хватило бы одного автомата. И то – Квадратный провел почти два часа, устанавливая в траве невидимую сигнальную систему из колышков, веревочек и дюжины колокольчиков, сделанных из банки от тушенки.

Глядя на его старания, Пестель только головой покрутил.

– Теперь из-за этих колокольчиков они за тобой на край света потащатся.

– Пусть попробуют, – мрачно ответил старшина, серьезно поглядев по сторонам.

– Нет, колокольчики – не выход.

– А что выход?

– Собаки.

– А сколько их, кстати, осталось? – сразу заинтересовался Ростик.

– Никто не знает, – теперь пришла очередь помрачнеть бывшему абитуриенту биофака. – Их почти всех съели. Но пока мы надежды не потеряли, ищем, может, и найдем пару овчарок.

– Да, овчарки были бы в самый раз, – мечтательно вздохнул старшина, закончив свою работу.

– Может, шакалов приручим? – спросил Ростик.

– По мне лучше – червеобразные из Чужого города, – предложил старшина. – Мне кажется, они бегают довольно быстро, и с нюхом у них все в порядке.

– Они разумные существа, – возмутился Пестель. – Ты что же – рабство предлагаешь ввести?

– Что это вообще такое – разумное

существо?

– А вот это выяснять не будем, – решил вдруг Ростик. – Иначе можно до такого докатиться…

– Эх вы – романтики, – отозвался Квадратный, но больше не спорил, уселся у костра и стал привычно готовить ужин.

Весь следующий день они расстреливали жирафов, свежевали их, откладывали мясо и шкуры в одну сторону, а кости и требуху в другую. Теперь в их действиях появилась некоторая наработанность. И пожалуй, они стали более неаккуратными. В самом деле, теперь Ростик не переживал по поводу не очень хорошо рассеченного куска мяса, он знал, что этого мяса вокруг слишком много, и рубил своим мечом кровавые туши почти с таким же хладнокровием, как старшина.

Пестеля, привыкшего к исследованиям самых разных тварей, эта работа ничуть не поразила, на что втайне Ростик все-таки надеялся. Биолог с самого начала пытался прокомментировать не совсем привычную, по его мнению, жирафью анатомию, но скоро умолк – слишком много оказалось работы. К полудню следующего дня, как и было договорено, приехал караван тех же машин. Только теперь, помимо шоферов, в кабинах сидело по автоматчику. Они пояснили:

– Прошлый раз на машины пытались напасть крупные пернатые… Никто их даже разглядеть толком не успел.

– Крупные пернатые? – заинтересовался Пестель. – Это же новый вид!

– Новый или старый – не важно, – охранник поиграл автоматом так, как этого никогда не сделал бы опытный солдат. – Пусть только попробуют сунуться, мигом узнают…

Квадратный молча оценил боевые навыки новобранцев, усмехнулся и стал командовать погрузкой еще более решительно.

На этот раз людей было больше, и управились с работой куда скорее, чем прошлый раз. Закончив работу, кто-то из перевозчиков передал новость – это последняя их поездка. С самого верха, то есть от Председателя Рымолова, пришел приказ экономить горючее.

Ростик обменялся понимающим взглядом с Пестелем. Но, в общем, он не возражал, последний – значит, последний. Чище будут и больше земель объедут.

Посоветовав шоферам получше рассматривать пернатых, если с ними еще раз столкнутся, а не лететь прочь, забыв даже оглядываться, старшина скомандовал разведчикам трогаться дальше. Так обе группы и разъехались – одна назад, в город, а вторая – на юг. На таинственный, далекий, манящий юг – обещающий открытия, впрочем, как и вся эта земля.

Глава 10

Выглядели они все довольно экзотично – глухие доспехи, автоматы, подсумки, недлинные, но такие нелегкие мечи, тяжелые шлемы, как правило, помещенные на переднюю луку седла, но иногда водружаемые и на голову, арбалеты, отбитые у насекомых, колчаны стрел и сумки, сумки… Лошади, потряхивая головами и хвостами, мерно перебирали ногами. В движении лошадиных крупов было больше памяти о тысячелетиях, чем во всех томах по истории. Только было это на Земле, в неимоверной дали, и, может быть, даже в иные времена.