Место Снов
Шрифт:
Гномы буйствовали почти полчаса. Потом ликование прекратилось, на площадь вытащили столы, и Зимин понял, что пришло время фуршета. Он вылез из фургона и направился к восседавшему за центральным столом Поленову.
– Приятного аппетита, – сказал он, приблизившись.
С достаточным вызовом сказал.
Гномы насторожились. Некоторые положили руки на дубинки и пращи. Вообще, как успел понять Зимин, гномы в Стране Мечты весьма настороженно относились к чужакам, подозрительные были гномы, напряжные.
Но Зимину очень хотелось
Гномы смотрели с напряжением.
– Это наш помощник, – сказал Поленов. – Он недавно в нашей чудесной стране, немного оголодал. Он безобидный.
Гномы расслабились и вернулись к поеданию рыбы, яблок, сыров и пряников. Пиршество продолжалось. Откуда-то прикатили большущую, в рост человека бочку, пробили в дне дыру и принялись разливать по глиняным кружкам мутную пенистую жидкость. Воздух наполнился запахом кислых яблок, и Зимин решил, что гномы разливают сидр.
Тогда Зимин, у которого от рыбы разыгралась жажда, тоже решил попробовать сидра. Вообще-то раньше он никогда ничего крепче бабушкиного кваса не пробовал, но пить очень хотелось, а ничего, кроме сидра, на запивку не предлагалось. Поэтому Зимин притянул к себе большую, наверное, даже литровую кружку с напитком и осторожно попробовал. Сначала языком.
Больше всего сидр напоминал прокисший яблочный сок с небольшим добавлением сахара. Но вкус был ничего, освежающим. Похожим на крепкий квас. Зимин сделал большой смелый глоток. Так и есть. Слухи о том, что новичкам сразу дает в голову, были сильно преувеличены.
Зимин поднял кружку и выхлебал до половины. Со стуком бахнул кружку об стол. Сидр подстегнул аппетит, Зимин с удвоенным усердием набросился на печеные яблоки и пряники. Пряники были оригинальные, в виде голов гномов, по вкусу как тульские, только корицы побольше и почему-то с тмином, Зимин съел два.
И снова запил сидром.
Очередная порция сидра освежила Зимина еще больше, Зимин вылез из-за стола и подошел к Поленову.
Поленов тоже уже хорошенько освежился и был весел.
– У меня к тебе дело, – сказал Зимин и подмигнул.
– Ну? Хочешь выступить в роли Джульетты? – спросил Поленов. – Я могу посодействовать, оказать протекцию, так, по большому знакомству…
– Я не хочу играть Джульетту, – сказал Зимин. – Я хочу, чтобы ты сделал мне татуировку.
– Зачем?
– Просто.
– И что же ты хочешь? – Поленов поглядел на Зимина с лукавством. – Хо Ши Мина [51] ? Или, может, этого, в черном шлеме? Многие заказывают. А может… или, может, ты русалку хочешь? Я могу наколоть тебе отличную русалку, с такой большой… хвостом. Людям тоже нравится.
51
Хо
С Поленовым сделался непредсказуемый приступ меланхолии, он всхлипнул и утер лицо рукавом. Зимин подумал, что с русалками, видимо, связаны не самые безоблачные моменты жизни художника.
– Многие, многие накалывают на спине русалок… – грустно сказал Поленов.
– А пошел ты со своею русалкой! – Зимина повело. – Сам себе русалку на спине наколи! Мне не русалку надо!
– Двух русалок хочешь?
– Да не хочу я вообще русалок! Ни одну, ни двух!
– А чего же ты тогда хочешь?
Поленов спросил с таким искренним удивлением, будто ему никогда ничего, кроме русалок в количестве одной или двух штук, накалывать не приходилось.
– Помнишь рыцаря Персиваля? Помнишь, как на плече ему татуировку делал?
– Тебе?
– Да не мне…
– Как не тебе? Ты же Персиваль? Я же прекрасно помню, что ты Персиваль! И татуировку делал я Персивалю. Значит, тебе. Ты что, еще одну хочешь? Нет, ты все-таки хочешь две русалки! Но за две придется заплатить как за две, я даром работать не буду, я вам не бетономешалка…
И Поленов погрозил Зимину пальцем.
– Да не мне, – Зимин не мог понять, прикалывается Поленов или нет, – а тому Персивалю, предыдущему.
– А, – улыбнулся Поленов. – Я так и знал, что ты не тот. Что ты са-мо-зва-нец… Ну а тому я уже сделал. Или он тоже еще одну хочет? Ну так пусть сам ко мне обратится, персонально, мне посредники ни к чему…
– Я тебя простым серьезным языком спрашиваю, – сказал Зимин. – Ты чего чудишь? Ты мне сделаешь татуировку?
– Хоть две, – заверил Поленов. – Одну русалку с крупной чешуей, а другую с мелкой, зернистой…
– Мне не чешую… тьфу ты, мне не русалок надо.
– Так я и знал! – Поленов снова погрозил пальцем. – Тебе все-таки нужен Хо Ши Мин! Но за него я беру как за трех русалок, не меньше, и половину вперед…
– Хватит! – тихо зарычал Зимин. – Хватит!
Поленов неожиданно пришел в себя.
– Помнишь, я говорил тебе, что у меня не все портреты получаются?
– Ну, помню… Помню!
– А ты не боишься?
– Чего?
– Что не получится? Что буду я делать татуировку, сделаю, а потом ты посмотришь, а там совсем другое? Не то, чего ты ожидал?
– Не боюсь.
Поленов забарабанил по столу пальцами. Пробарабанил от блюда с мелкой щучьей икрой, по подозрению Зимина изобилующей печеночными сосальщиками и другой гадостью, до тарелки с маленькими калачами, кроме соли, не изобилующими ничем.
– Так ты сделаешь? – с надеждой спросил Зимин.
– Посмотрим. – Поленов набрал горсть калачей и с хрустом их прожевал. – Посмотрим…
Поленов снова стал несерьезным и веселым.
– Веселись пока, дурилка. – Поленов щелкнул пальцами, гномы налили ему кружку. – Потом уже совсем невесело будет…