Мета
Шрифт:
Быстрым шагом я двинулся к одному из южных выходов. Как я понял, стена вокруг города уже не особо требовалась. Большая часть зверья в округе была истреблена, либо опасалась приближаться к Усть-Корсе. Начальный поток мутантов первых лет схлынул — подавляющее большинство элхоргов давно сгинуло. Однако за стеной следили, поскольку она оказывала успокаивающее психологическое воздействие на жителей города. Да и не сказать, чтобы угроз не было совсем.
По слухам, Некроморф на западе Корсы с каждым годом наглел все больше. За пределами стен также нашли свой приют многочисленные “грязные” беженцы, которых
Еще одна серая зона — это доки. Усть-Корса в первую очередь задумывалась как важный логистический узел, поэтому с портовой инфраструктурой здесь был полный порядок. Разумеется, после падения необходимость в порту отпала чуть ли не полностью, хотя запасы угля во временном хранилище еще многие годы позволяли согреваться беженцам. В доки постоянно проникали беженцы, которые тут же становились частью разветвленных банд, у которых имелись сторонники и среди граждан. Из известных банд это: Кавказ — Сила, Русское Братство и Каратели СС. Как можно догадаться, поделились они по национальным идеологиям. Расовые вопросы серьезно обострились после Падения, и гетто в Корсе стали явлением обычным.
Также можно упомянуть небезызвестную Церковь Солнца, набирающую силу, а также мощный и дружный еврейский квартал, который считался самым тихим и безопасным местом в Корсе. Но, насколько я понял, в бандах было не так много мета-людей, большинство представляли обыватели. Также ходили слухи о двух сильных враждующих организациях, членов которых звали карпы и совы — по фамилии основателей Николая Карпина и Илоны Совиных. Поговаривают, что там мета-люди могут найти достойный заработок. Такой подход мне лично импонировал, в отличие от всяких “кавказско-русских карателей СС”. Это и есть зачатки благородного рода, пускай их нынешняя деятельность и не совсем благородна. Время в итоге все расставит по своим местам.
Усть-Корса представляла из себя запутанный клубок противоречий и людских судеб, держащихся вместе благодаря общей беде и желанию выжить. Официальных граждан в городе насчитывалось около двухсот тысяч, а с нелегальными мигрантами и до двухсот пятидесяти может дойти. В душе каждый мечтал подняться выше в социальной иерархии, особенно получая суперспособности. Многих мета-людей официальный Корпус Противодействия Мета-Угрозам привлекал слабо: платили там средне, а взамен приходилось постоянно подвергать свою жизнь опасности. Отработав положенный срок и получив щедрое предложение со стороны, часть суперов охотно меняла нанимателя.
Помимо вечных разборок и банального крышевания различных лавок корсанские банды занимались и полезной для города деятельностью. Например, организовывали частные рейды в другие города. В Корсе существовал Департамент Снабжения, но он в основном занимался доставкой товаров первой необходимости, вроде топлива, запчастей для техники, труб и металлопроката, разных химических ингредиентов и прочего. Весь ширпотреб взяли на себя совы и карпы, организовав целые склады товаров в доках. Однако схроны
Возле ворот уже собралось несколько групп желающих причаститься к мета-миру. Многих провожали родители и другие родственники. Раздавались стенания и рыдания. У некоторых остались вторые половинки, которые не желали отпускать свою пассию на столь опасное мероприятие. Несколько пар, судя по всему, решили пройти испытание вместе. Плохая идея, ибо шансов выжить обоим сразу намного меньше, чем одному. Я приглушил свою ауру, естественно, и на меня никто отдельного внимания не обращал. О том, что меня раскроют, я не сильно опасался — уже придумал легенду и отговорки.
Любопытно, что мокнущие под дождем испытуемые поделились на три небольшие кучки, из которых сходу я выделил разве что “грязных”, поскольку рядом с ними дежурил вооруженный отряд из Контроля. Вглядевшись, я даже узнал парочку, которую видел в той самой Бирже Труда на Вольной Станции. Все-таки толстяк продал нескольких подопытных для мета-инициации. Вряд ли их ждет что-либо хорошее.
Две другие группы отличались разве снаряжением. Из тех что победнее выделялась дружная тройка парней. Я подошел к ним и спокойно представился:
— Привет. Я Артоф Кройц. Рад знакомству с соратниками по инициации.
— Воронцов Дмитрий, — представился черноглазый брюнет в синей куртке.
— Привет, Артоф… Что за имя такое? — проворчал патлатый русоволосый парень.
— Имя отличное, — усмехнулся я краешком губ.
— Не сказал бы. Владимир Куренной, — протянул он мне руку.
— Что за имя такое? — пожал я протянутую ладонь.
— Имя отличное! — вернул он мне мой ответ. — Ого, ну у тебя и клешни!
— Это чтобы девушек щупать удобнее было, — перебрал я пальцами в воздухе с хищной ухмылкой.
Воронцов коротко рассмеялся, остальные улыбнулись.
— Какой смысл знакомиться сейчас, — буркнул третий молодой человек, с большим носом, жиденькой бородкой и неестественно яркими оранжево-рыжими волосами. — Если большинство из нас не переживет инициацию?
— Опять твой вечный пессимизм, Леха. Мы же решили, что все вместе пройдем через испытание и станем суперами.
— Статистика с этим не согласна, — съязвил он.
— К черту статистику! Мы вместе вызвались добровольцами, вместе и покинем зону! — экспрессивно заявил Воронцов. — Этот мрачный тип — Алексей Вязов. Не обращай внимание, он постоянно бухтит.
— Понятно. Вы городские, значит? — поинтересовался я.
— Можно сказать и так, хотя мы не всю жизнь прожили в Корсе, — ответил Куренной. — Здесь мало коренных жителей выжило.
— Коренных мало, зато Куренных много, гы…
— Да иди ты! — парень с озвученной фамилией ударил друга в бок.
Помимо дружной троицы на этой стороне дороги стояло еще около четырех десятков в основном молодых людей разного пола и расы. Они активно переговаривались, знакомились и не выказывали особого пренебрежения друг к другу.