Метеорит в подарок!
Шрифт:
– Как тут интересно! – воскликнул мальчик. – Видно, поместье было огромным. А деревья какие большие! Вековые дубы. Жаль, что их мало осталось. Должно быть, когда-то здесь был большущий парк, как в Музее-усадьбе «Останкино», где раньше графы Шереметевы жили.
– А здесь тоже было поместье каких-то графов, не помню их фамилию. И парк был, – ответил Артем и указал на неохватный дуб и два параллельных ряда огромных старых пней. – А вот здесь проходила главная аллея.
– Почти сто лет прошло, а пни никто так и не выкорчевал. И вместо того чтобы восстановить усадьбу,
– А дальше и вовсе свалка, – сказала Лешка, и будто в подтверждение ее слов тишину нарушил рев двигателя. Мимо них проехал грузовик, груженный битым стеклом.
Венечка взглянул налево и увидел высокие серые кучи, между которыми петляла неровная дорога. По-видимому, сюда свозили мусор не только из Медовки, но и из окрестных поселков. Причем некоторые нерадивые водители ленились довезти свой малоприятный груз до места и сваливали его где попало, оттого повсюду валялись консервные банки, пластиковые бутылки, грязные пакеты… А ветер разносил мусор по округе и увеличивал площадь загрязнения.
– Свалки бытовых отходов – один из основных факторов глобального потепления. Особенно опасна органика. Она разлагается и выделяет больше метана, чем автомобили и промышленность, вместе взятые, – поправив очки, сказал вундеркинд Венечка. Он много читал и много всего знал, за что его уважали и сверстники, и взрослые.
– Но, согласись, если не обращать внимания на мусор и пни, то здесь очень красиво, – сказала Лешка.
Усадьба стояла на небольшом пригорке, главная аллея спускалась вниз, к молодой березовой роще, за ней темнел небольшой лесок, далее, вплоть до горизонта, простиралось широкое желтое поле, а в синем высоком небе сверкали перистые облака. Грязная свалка резко контрастировала с этим великолепием природы. К счастью, ветер дул в сторону мусорки и уносил прочь исходящий от нее дурной запах.
Артем взобрался на толстую стену и огляделся:
– Ну и где ты собираешься искать свой метеорит?
– Он должен быть где-то здесь. А вы не стойте, помогайте! – воскликнул Ромка и раскрыл свою сумку.
– Знать бы, что искать. Он должен быть оплавленным, это я точно знаю, – сказал Венечка и вступил в когда-то самую большую комнату дворянского дома. Он сразу попал в крапиву, обжегся и ойкнул.
– Ищите не камень, а воронку или хотя бы обугленную траву, – скомандовал Ромка, а сам взялся за свой самодельный металлоискатель и, бормоча «вообще-то я здесь уже проходил», стал целенаправленно водить медным щупом по земле.
Лешка ничего искать не собиралась. Она взобралась на самую высокую стенку, увенчанную каменным наличником и, болтая ногами, обвела глазами окрестности.
– А когда-то здесь было еще красивее. Вот это, – носком ноги Лешка указала на отшлифованные временем спекшиеся остатки кирпичной кладки, до сих пор сохранившей круглые очертания, – бывшие колонны. Значит, здесь был центральный вход в дом. Представьте себе середину девятнадцатого века. Все эти поля принадлежат живущему здесь помещику. На полях трудятся крепостные крестьяне. А хозяева поместья
Но Ромка грезы сестры нисколько не поддержал.
– Ни за что не согласился бы тогда жить, – оторвавшись от возни в траве, отозвался он. – Тоска зеленая у них была тогда, вот что. Лошадей хорошо иметь вместе с автомобилем, а они тогда и понятия не имели, что такое автомобиль. Да у них еще электричества не было! Мне плохо становится, когда на час свет отключают, а они вообще о нем представления не имели. Это только в кино про старинную жизнь у них светло, а на самом деле тогда небось даже богачи по вечерам в полутьме сидели. Ни по телефону позвонить, ни телик посмотреть. Я уж молчу о компьютерах.
– Я же не говорю, что хотела бы там жить, а побывать бы не отказалась. Съездила бы туда на машине времени, посмотрела, что и как, и вернулась бы обратно. – Лешка взялась за ветку дерева и поднялась во весь рост. – Интересно, где у них тут что было. Может быть, вот здесь, в большой зале, стояло фортепиано, над ним висела большая люстра со свечами, а вот на этих стенах были развешаны картины…
Она на миг замолчала, а потом прислушалась. Вдали послышались негромкие шаги. К ним приближался какой-то человек.
– Атас, – прошипел Ромка и нырнул под куст. Лешка мигом слетела со стены и затаилась за ней. Артем с Венечкой тоже скрылись из виду.
А на дорожке сначала мелькнула движущаяся тень, потом появился высокий мужчина в джинсах и светлой футболке, с фотоаппаратом в руках. Он оглядел руины, приблизился к стене и зачем-то отколупнул от нее кусочек. Затем отошел подальше, сфотографировал обломки стен, деревья, пни, прошагал влево, заснял еще и свалку и пошел назад. Ребят мужчина не заметил, и, как только он скрылся за деревьями, Ромка выбрался из своего укрытия.
– Странный какой мужик, вам не кажется? Интересно, чего ему тут понадобилось? А что, если он тоже метеорит ищет?
– Ага. Именно в тот момент, когда и ты, – отряхиваясь от пыли, усмехнулась Лешка.
– Но он не просто так сюда приходил. Ты, Темка, заметил, как он разглядывал все вокруг? Мне казалось, он меня сквозь стену увидит.
– Заметил, – кивнул Артем. – Развалины живописные, вот он их и рассматривал.
Лешка стряхнула с себя еще несколько сухих травинок и дернула плечом:
– А может, это самый что ни на есть обыкновенный турист. Знакомится с Медовкой, осматривает окрестности. Мы когда сюда в первый раз приехали, то тоже все облазили, и здесь тоже были. Привык ты, Рома, осторожничать. Не понимаю, зачем мы вообще от него прятались. Лучше бы подошли к нему и спросили прямо, что он здесь делает, если тебе это так интересно.
– Ты же первая испугалась! – воскликнул брат и сорвался с места.
Он выбежал на дорогу, но незнакомец уже скрылся за поворотом, а оттуда послышался гул двигателя.