Меж двух огней
Шрифт:
Отец скривился, будто я была глупым ребенком.
— Лучше быть по правую руку от дьявола, чем на его пути.
После десяти ходов он убрал половину моих фигур на доске, а потерял только всадников и королеву. Отец всегда был готов отдать королеву, если это было ему выгодно. Он смотрел на меня серыми глазами, но как король, а не отец. Он убрал моего короля и сухо сказал:
— Конец одной игры — начало другой.
Узел завязался в моем животе, я понимала, что он говорит не о доске.
Снаружи послышались рожки. Сердце замерло в горле.
Люди отца отодвинули скамейки, схватили копья и щиты. И хоть провозгласили мир, они собирались выглядеть яростно перед людьми Короля-молота. Несколько стражей окружило мачеху и ее дам, а рядом со мной встал только один солдат.
Ахерн был рядом со мной с копьем и щитом. Его сильная фигура и борода цвета охры напоминала отца. Хоть он и был одним из внебрачных детей, он был для меня почти братом. Я могла взять его за руку, но сейчас едва могла сдержать дрожь в коленях.
Воины Короля-молота прошли в озаренный факелами зал, постоянный рев волн разносился по замку. Но мое сердце колотилось еще громче. У людей Короля-молота были железные шлемы, кольчуги, а толстые щиты в форме капли были крупнее, чем щиты наших людей из телячьей кожи. Хотя я знала, что нельзя так говорить здесь, но воины Короля-молота выглядели достаточно большими, чтобы проглотить десятерых воинов отца на ужин. Я молчала. Мачеха часто говорила мне, что леди должна молчать. Отец всегда заявлял, что никто не захочет слушать девочку, особенно, когда присутствовали короли и лорды. Снова послышался рожок, а потом глашатай возвестил:
— Его величество король Морган, лорд Южного Уэльса, хозяин замков Кэрлеон и Кэрвент!
Я прошептала имя будущего мужа. Морган. Я почти забыла, что у Короля-молота было настоящее имя, как у всех христиан. Все же он был человеком. Мне стало лучше, пока одинокая фигура не появилась на пороге зала. Он был в короне из скрещенных оленьих рогов, под ней был металлический шлем со стальной маской. Несмотря на небольшие проемы для рта и глаз, маска выглядела как лицо железного гоблина. Я не могла двигаться, застыла от пустого взгляда Короля-молота, стоявшего на пороге. Даже рот отца открылся. Только звук моря и треск факелов раздавался в просторном зале.
Шаги Моргана звучали тяжело, клацали, как подковы, по камню. Он нес за спиной большой боевой молот. Вряд ли кто-нибудь в зале смог бы его поднять. Король замер перед моим отцом и мачехой, а потом повернулся ко мне. Король-молот снял перчатки, оглядывая меня. Даже сквозь прорези маски я чувствовала, что его взгляд оценивает меня, как рыцарь оценивал бы лошадь. Мои щеки пылали, я вонзила ногти в ладони. А чего я ждала? Он был Королем-молотом, а не очаровательным трубадуром с арфой. Он пришел не свататься, а забрать меня. Король снял шлем-маску и улыбнулся.
Я сглотнула. У него была короткая и ухоженная каштановая бородка, серые глаза сияли, как звезды. Морган снова дружелюбно улыбнулся. У него были на месте все
Медленно поклонившись, я выпрямилась. Он все-таки король, он лишь изображал тепло. Наверное, его уже тошнит от того, какой страшной будет его жена. Морган был старше меня лет на десять, может, больше. Он мог получить любую королеву, а выбрал девушку, похожую на ворону. Я могла догадаться о его мыслях. Морган видел земли отца, глядя на меня. Видел зеленые луга, камни и копейщиков Дифеда в моих глазах. Я была новой частью его растущего королевства, только и всего.
Отец кашлянул. Если бы ситуация не была такой напряженной, я бы подавила смешок при виде отца, потерявшего дар речи. Он и Король-молот поклонились друг другу, их воины скалились по краям комнаты. Отец не сводил взгляда с короля Моргана.
— Представляю мою дочь, леди Бранвен из Дифеда. Пусть она принесет вам много сыновей!
Я покраснела от уха до уха. Король-молот нахмурился и кивнул. Он взял меня за руку, его пальцы были крупнее и шершавее моих. Я ощущала себя маленькой, как мышка, рядом с ним. Отец вскинул руки, сообщая менестрелям, что пора играть на лютнях и флейтах. Звякали кубки, веселье наполнило зал. Служанки улыбались, принося солдатам обеих армий медовуху. Отец склонился к уху Моргана.
— Отойдем в мои частные покои, лорд Морган.
Король-молот нахмурился, когда отец назвал его «лорд», а не «король», но все же кивнул в ответ. Он был молчаливым. Что же мой неистовый отец думал о нем? Король-молот отпустил мою руку, но я осталась рядом с ним, не зная, что делать дальше. Вмешалась с реверансом мачеха, хлопая ресницами, глядя на короля Моргана.
— Мой сеньор, я организую пир в честь вашей свадьбы. Простите, что столы плохо приготовлены, но мы поздно узнали о помолвке.
— Не стоит, королева Гвендолин. Я ухожу на рассвете в Кэрвент. Мы сыграем свадьбу там.
— О, я-ясно, — пролепетала мачеха.
Она снова присела в реверансе, глаза остекленели от отвлеченных мыслей. Слова Моргана явно расстроили ее, но я не удержалась от мрачной улыбки. Я хотя бы избавлюсь от общества напыщенной мачехи, пытающейся сделать меня леди после лет холода. Но на меня тут же опустился груз брака. Завтра я покину дом у моря навеки, буду принадлежать незнакомцу из чужого замка на востоке.
Отец не обратил внимания на недовольство королевы, как и на меня, он проводил Моргана к комнате. Я шла за ними, не зная, что мне делать. Отец резко бросил взгляд на меня. Он явно не хотел, чтобы кто-то мешал его разговору с Морганом, но я не хотела остаться с мачехой и общительными служанками в зале. Я не любила праздники. Чтение книг аббата Падрэга у огня в моей комнате всегда привлекало меня сильнее, чем пьяные песни в зале. И я замерла, со мной был лишь страж Ахерн, а потом король Морган обернулся и взял меня за руку.