Между

Рутиэн Альвдис Н.

Сын Рианнон встал. Ветер трепал его просоленные волосы, обсохшие за время этого разговора.

Невысокий, но плечистый, в священной наготе, еще не ведающий человеческого стыда, он походил сейчас на некоего бога… да он и был им – сын богини и короля людей.

Больше не оборачиваться конем ради забавы. Выучить непонятные законы людей. Сжать себя до того слабого существа, которое зовется человек.

И тем помочь и миру смертных, и миру таких, как он, его мать, Манавидан…

Он оборачивается к матери и говорит:

– Я

уже назвал себя человеком. Я уже выбрал. Только я… я пока ничего не умею. Человеческого – ничего.

Кабан

Кромка берега: Динас

Пойдем, Марх. Пойдем прочь от моря. Поднимемся хотя бы к рыбацкой хижине: оденешься, съешь горбушку хлеба, глотнешь пива.

Издалека посмотришь на черную громаду Тинтагела – твою столицу, которой еще только предстоит стать действительно твоей. В замке живет другой король – уже бывший король Корнуолла, но всё еще очень опасный. Араун и Рианнон лишили его власти, они отдали страну тебе – но тебе еще предстоит иметь дело и с этим противником.

Ты станешь хорошим королем, Марх. Лучше чем тот, что в бессильной ярости заперся в Тинтагеле, пытаясь удержаться за землю, уже вышедшую из-под его власти.

Я это просто вижу.

Я же сенешаль этой страны.

Сквозь серые тучи – рваные желтые линии. Не сразу поймешь, что это – низкая поздняя луна. Огромная.

– Динас, расскажи мне о Корнуолле. Сколько лет ты живешь здесь?

– Это меряется не годами, Марх. И не веками.

– А чем?

– Народами. Первые пришли сюда с Ху Кадарном. Не приплыли – пришли посуху. Когда этот остров был частью огромной суши. Они строили кромлехи, возводили менгиры, сооружали длинные курганы – ты же знаешь эти бесконечно долгие коридоры из каменных плит.

– Куда они делись?

– Ушли курганами. В Аннуин… или в другие миры. Я не знаю. Круитни – их последние потомки.

– Но ты – не круитни.

– Но я и не человек.

– Кто ты, Динас?

– Я слуга властителя Корнуолла. Я – часть этой земли. Я есть, пока существует Корнуолл.

– У тебя нет ни отца, ни матери?

– Я их не знаю. И довольно обо мне. Ты хотел узнать о своей земле – так слушай.

Кромка миров: Динас

Корнуолл всегда был частью скорее Аннуина, чем мира людей. От равнин Ллогра его отгораживает жуткое пристанище нечисти: болота Девона. От полной чудес Кимры – устье Северна. Страна, у которой только два берега, западный и южный.

Страна, отделенная от всего Прайдена.

Вглядись в эти скалы, Марх, – и ты увидишь очертания древних стен. Стен, где каждый камень высотою почти в рост мужчины и в два роста длиной. Не спрашивай меня, что за исполины сложили их. Я не знаю. Это было прежде меня. Не спрашивай о возрасте этой кладки, я знаю лишь одно: когда светлейший Бели, мудрый Бендигейд Вран и проклятье Прайдена –

Сархад Коварный – возводили Хоровод Великанов, тогда стены Корнуолла уже были седой древностью.

Корнуолл – это словно огромный дракон, уползший с Прайдена в море… и уснувший в водах Рианедд. Века изъели его плоть, оголили кости, исполинское чудище кажется мертвым, но оно живо, Марх. Под окаменелыми костями бьется сердце корнуольского дракона.

Научись дышать в ритм с ним – и ты станешь королем Корнуолла.

Они шли вдоль скальных стен. Рядом лежала еще одна плита… больше всего это походило на то, что древние строители приготовили еще один камень для своей стены, но раздумали класть.

Марх с Динасом шли мимо, и сын Рианнон невольно сосчитал шаги…сять, одиннадцать, двенадцать.

Дюжина шагов в длину камня, оставленного без надобности.

Марх свернул, измерил шагами ширину камня. Семь. И высотой ему по грудь… это не так уж и много – сын Мейрхиона не мог похвастаться большим ростом.

Вот такой ненужный камень. Вокруг пышно растут папоротники.

Марх положил на него руки, прислушался. Нет, ночь была тихой, только море вздыхало внизу. Марх слушал иное. Он ощущал дыхание спящего дракона, неразличимую глазом жизнь этих скал, видел мельчайшие искры жизни, до сих пор пронизывающие стены древнейшего из народов…

– Расскажи… – выдохнул он. – Что я должен делать? Я ведь еще не король, хоть моя мать и называет меня так.

– Да, – кивнул Динас. – Ты пока не король. В Прайдене королем может стать тот, кто выдержит схватку с одним из Великих Кабанов.

– Что за Кабан?

– У каждой земли он свой. На востоке – в Ллогре – на Кабана охотится король со своей дружиной, гоняясь по всем бескрайним равнинам, на севере – в Кимре – одолеть Кабана может лишь тот, кто заручится поддержкой великих чародеев, а здесь…

– Что?

– Тебя научат твои эрлы. Научат тому, что поможет тебе в схватке с Кабаном. Но против него выйдешь ты один.

– Хорошо, – напряженно отвечает Марх. – Если я смогу победить – что тогда? Я король?

– Не совсем… Королем ты станешь только после того, как спустишься в древний Каэр-Ллуд, к верховному королю Прайдена Бендигейду Врану. Он должен признать тебя властителем Корнуолла.

– Это всё? Или будут еще какие-то ухищрения?

– Не ухищрения, Марх…

– Говори!

– Градлон.

– Кто это?

– Король в Тинтагеле. И король подводного Исса. Прежний властитель Корнуолла. Рианнон и Араун отказали ему в праве на власть, но…

– Но он не сдастся без боя, ясно. Кабан, Вран и морской правитель – это всё?

– Кажется, да.

– Ну что ж, – сын Рианнон улыбается в золотистую бородку и припоминает слова древней саги. – Я с легкостью сделаю это, хоть это и кажется трудным.

* * *

Человек в дорогой одежде с золотой пряжкой на плече строил обычную кожаную лодку. Марх сбежал по тропке вниз со холма.