МИ 2
Шрифт:
В углу светилась полноразмерная копия электрокамеры, которую все детально изучали, как и полное устройство ригги.
Круглый стол тоже на месте. С другой стороны сидел сам Александр Ульдов, имперский канцлер, чью карьеру давно похоронили. А он смог всех удивить. Но сейчас Ульдов один и ему явно неуютно.
Я сел напротив него.
— Ну что? — спросил я. — Кажется, план пошёл под откос?
— Не понимаю о чём вы, Роман, — Ульдов подпёр голову руками. — Узнав трагическую новость, я немедленно изолировал остров, чтобы защитить наследницу от заговорщиков. Но произошло взаимное
Я ударил кулаком по столу.
— Называй вещи своими именами! — потребовал я. — Ты хотел убить меня, думая, что это я наследник. Потом узнал, кто наследник на самом деле, и решил продолжить. А под шумок собирался посадить на престол Алексея Варга, верно?
— Совсем не так! — упрямо произнёс он. — Говорю же, недопонимание. Дом Варга начал заговор. Они узнали государственную тайну о принцессе, причём поставили меня в неловкое положение. И сказанули такое.
Ульдов неестественно засмеялся.
— Представляете, они сначала передали мне, что вы не правнук генерала Загорского, а он сам! Представляете? — он захихикал ещё громче. — Умерший лет сто назад Молот Империи.
— Не сто, а меньше, — я усмехнулся. — Но что они только не придумают, верно?
— Да, — Ульдов вытер заслезившийся глаз. — Меня ещё в детстве им пугали. Будешь себя плохо вести, придёт генерал-цареубийца и украдёт тебя.
— Не знаю, как ты вёл себя в детстве, но сейчас ты точно перешёл все границы.
— Я служил на благо императрицы! — невыносимо пафосным тоном заявил он и стукнул пухлыми кулаками по столу. Вышло тихо. — Я пытался изолировать её от врагов. Если бы я раньше знал, кто она. Ведь я же думал, что это вы, Роман, будущий император. Многие так думали. Вы же служили в гвардии. Но не думайте, даже зная, кто вы такой, я относился к вам, как и к другим студентам.
Бесполезно с ним о чём-то говорить. Он выкручивался как может. Пытается избежать проблем. Однажды его недооценили. Политический труп, как сказал Радич, и я сам сделал такой же вывод после короткого знакомства…
Но в бою так бывает. Невозможно знать, о чём думает соперник. Можно только предполагать, что он хочет и как поступит. Целая череда проб и ошибок с обеих сторон, пока у одной из них не накопится ошибок больше.
Тогда эта сторона проиграет.
— Ты обречён, — сказал я. — Гвардия в порту. Пока они штурмуют пристань, лучшие отряды из них высадятся на юге острова. Как тогда высаживался будущий император Громов во время Войны Небожителей.
— Гвардия обманута, — заявил Ульдов. — Им кто-то наплёл, что якобы наследница престола в опасности. Прискорбно, ведь связи с ними нет, и проливается кровь. И вдвойне прискорбно, что они не смогут победить. Первоклассные наёмники компании удержат их от захвата острова.
— Твои люди? — я хмыкнул. — Знаешь, как действует императорская гвардия? В ней два основных отряда — Нерские Стрелки, лучшие бойцы Огрании, и Нарландские штурмовики.
— Я в курсе, — недовольно буркнул он.
— Стрелки наносят урон противнику издалека, — продолжал я, глядя ему в глаза. На лбу и висках канцлера выступил пот и тяжёлыми каплями катился вниз. — Среди них очень много снайперов. И очень высокие
— К чему ты это? — он спрашивал уже грубее и больше не юлил.
— А у штурмовиков всё иначе. У них иная стрелковая подготовка. Они вооружены гранатами, укороченными автоматами и дробовиками. Точности никакой, но им она не нужна. Нужна плотность огня.
Я поднялся над столом, опираясь на гладкую столешницу руками.
— Они подбираются в упор к позициям соперника невзирая на потери, а потом… — я затаил голос. — Они начинают дуть в свои долбанные волынки. И атакуют. Со всех сторон этот визг, крики и взрывы. Знаешь, что бывает, когда человек получает заряд картечи в упор?
— Не надо меня пугать! — вскричал Ульдов.
— Рано или поздно они захватят позицию. Самые отбитые на всю голову бойцы империи. И лучшие из них в гвардии как раз на такой случай, — я замолчал. — Слышишь этот звук вдали? Это играют волынки.
Он вздрогнул. Думаю, запугал его достаточно, чтобы спутать мысли.
— Сдавайся, — сказал я спокойным голосом. — Окажешься в тюрьме, дашь показания, закончится этот дурацкий мятеж. Погибли те, кто не должен был погибать. И последствия этого ещё не настали.
— Это ты не понимаешь, — Ульдов вытер пот рукавом. — Знаешь, что будет утром? Старик Дарио Кос, Лукас Сантек, Натаниель Аристид — они Наблюдатели Великих Домов. Их дети и наследники погибли. И они захотят найти виновных!
На столе перед ним стояла белая кружка. Он потянул её к себе и заглянул внутрь. Наверняка хотел пить, я тоже. Но наша схватка ещё идёт.
— А если не найдут, то спросят с империи, — продолжил он. — И начнётся такое, что даже мятеж твоего прадеда покажется лёгкой разминкой. Даже восстание Чёрного Волка не будет и близко похожим на этот ад, который начнётся уже завтра. Но я знаю, как от этого спастись.
— И как?
— Об этом я скажу императрице, — Ульдов развалился на стуле, который скрипнул под его весом. — Передай ей мои требования. Я становлюсь полномочным канцлером с чрезвычайными полномочиями. Я получаю в командование всю императорскую армию и гвардию. И иммунитет к дальнейшим преследованиям. А если будет ответ нет, — он хмыкнул. — Ну, придётся со всем разбираться вам самим.
— Да не о чём ей с тобой говорить, — я потянулся и взял карандаш Яна, забытый на столе. — Ты загнан в угол. Какой план ты вообще можешь предложить? Единственный разумный — мы выдадим тебя Сантеку или старику Косу. Ты же придумывал этот план по уничтожению наследников.
— Наглая ложь! — он начал потеть ещё больше. — Это всё Алексей Варга, кровожадный сукин сын, несмотря на возраст. Только он убит, и обвинить его никто не сможет. Но…
Ульдов улыбнулся действительно неприятной и самодовольной улыбкой.
— Это же империя. Кровная месть была на этих землях ещё до Вторжения Таргина Великого. Даже Павел Громов стал императором, когда исполнил кровную месть за свой почти уничтоженный род.
— И что?
— Алексей Варга убит. А вот его брат Ян жив. Если вы отдадите его рассерженным родственникам, их это устроит. Да, Огрании придётся несладко, но это позволит избежать большой войны.