МИ 2

Киров Никита

Я тем временем открыл огонь по уцелевшим панцирникам из соток. С ними проще, им хватало одного всего попадания. Те, кто не получил снаряд, спешно отходили, иногда стреляя по нам. Но их попадания на такой дистанции нам не страшны.

— Держись! — крикнул Марк. — Иду как могу.

Он резко дёрнул рычаг поворота. Неуклюжий бронированный Паладин не успевал на нас нацеливаться, а мы подбирались к нему по дуге.

— Марк! Куда мне нацелиться? Командуй!

— Рома, на счёт три! — подсказал он. — Минус двадцать градусов

вниз! Пятнадцать градусов вправо в горизонтальной плоскости!

При тактике Сабельного Удара командует атакой только первый пилот. Опытные ветераны чуют этот момент на интуиции. Так что доверюсь Марку. Выкрутил рычаги и направил главный калибр туда, как он сказал.

Паладин был всё ближе. Когда внутри поняли, что мы можем их закружить, они начали медленно шагать назад. Но это не Катафракт, у этих скорость назад очень низкая.

— Раз! — Марк успевал переключать тумблеры на пульте. — Два!

Я положил руку на красную кнопку огня. Марк держал рычаги так, что побелели пальцы.

— Три! — заорал он и повернул их.

Бах!

Нога Паладина короткая и толстая, и в ней всего одно уязвимое место.

Мы попали именно туда.

Нога подломилась с громким скрежетом.

Паладин грохнулся набок. Одна рука-платформа отломилась. Из труб пошёл густой чёрный дым с искрами. Поднялась туча пыли.

Но добивать нам его некогда. Да и нечем, это был второй снаряд из двух, осталась только мелочь и ракеты. Как некогда добивать и сломанную риггу Келвина.

— Марк, направляйся к Бродяге! — приказал я.

Пришлось вцепиться в кресло, потому что поворот был очень резким.

— Они там живы? — спросил Марк, поглядывая на меня. — Ян и Валь? Они в порядке? Они ответили по рации?

— Посмотрим. Иди туда, Марк!

Пора покидать Хитланд и идти через Мидлию, и сразу в горы. План пошёл по одному месту. Но я знал, что легко не будет.

— Роман, ответь, — это звучал голос Артура. — На том берегу бронетехника Мидлии. Запрещают нам переходить. Прошу ещё раз подтвердить приказ.

— Разрешаю открыть огонь, — сказал я. — Приоритет — спасение императрицы и сопровождение её и остальных на север. А их должны были учить, что нельзя стоять на пути у шагоходов!

Чёрный Волк уже стоял на берегу, готовя орудия. Чуть в стороне Эквит и второй Катафракт, которые не принимали бой. А вот Катафракт Яна всё ещё стоял на месте. Из лючков и корпуса шёл дым.

— Ты как? — я повернулся к задней части кабины.

Катерина бледная, но не ранена. Она кивнула и показала большой палец.

Мы остановились рядом с Бродягой. Я снял наушник и микрофон.

— Я пойду сам, — я подошёл к Марку и тронул его за плечо. — Подберись чуть ближе.

Марк переключил длину шага и медленно подошёл ещё, тем временем вызывая экипаж Бродяги по рации, а я открыл смотровой лючок.

В лицо задул холодный ветер, который принёс с собой сильную вонь гари и сгоревшего игниума.

Катафракт близко, видно перегретый металл вокруг того места, куда попал заряд из Копья.

— Марк, подними правую руку к их кабине, — попросил я. — Перейду так, некогда спускаться.

Пустая рука с главным калибром почти упёрлась в Катафракта. А там открылся один из смотровых лючков, выпуская целую тучу чёрного дыма. Послышался кашель.

Кто-то жив. Но судя по крику и стону из кабины, есть и раненые. Я вылез из лючка, чтобы проверить всё самому.

Глава 17

Марк поднял правую руку шагохода так, что главное орудие почти упёрлось в Катафракт Яна. Я вылез из лючка, схватился за холодные скобы, покрывавшие платформу, и забрался на плечо машины.

Ветер ледяной. Из открытых лючков Катафракта валил густой дым, сильно воняло тухлым яйцом. Кто-то громко и надрывно кашлял.

Та-та-та!

Три выстрела из соток. Это вёл огонь наш Паладин, Чёрный Волк, стоящий у реки. Донеслись взрывы, но ни один панцирник, стоящий на том берегу, не загорелся. Кто-то из пилотов просто их предупредил. Гусеничные машины отходили сами.

Может, это и к лучшему. Я бы открыл огонь на поражение, слишком был зол.

В любом случае, панцирники бой не приняли и отступали. Я на четвереньках, чтобы не сорваться и не грохнуться на землю, пополз по руке и добрался до Катафракта.

Кашель раздавался всё сильнее. Через завесу дыма я увидел лицо Яна, красное, будто он только что побывал в бане.

— Что там? — спросил я. — Что Мария? И остальные?

— Мария в порядке, — Ян откашлялся ещё раз и сплюнул вниз. — А вот Валь… всё как в тот раз!

— Помоги мне залезть.

Я схватился за его ледяную руку. В этот раз не было никаких видений. Да и не нужны они сейчас. Пролез через люк и оказался в кабине.

Внутри темно, даже не горела сигнальная красная лампа. Двигатели заглохли.

— Валь, держись, я рядом! — сказала Мария.

Дым уже почти вышел, и теперь понятно, что случилось.

Заряд Копья попал в кабине, но прошёл слишком низко и не задел первого пилота. Поэтому Ян отделался только опалёнными штанами.

Ему ещё повезло.

Кресло второго пилота валялось на полу. Толстую стальную трубу в основании пережгло, торчал только оплавленный обломок.

А вот пилот…

Валентин мог только тихо стонать, он больше не кричал.

— Валь, я здесь, — Мария держала его за руку.

Она сидела с ним рядом, положив его голову себе на колени. Ноги Валя… вот же зараза.

Ему оторвало их по самые колени.

Потом заряд прошёл дальше, убил одного из двух гвардейцев, которых я направил сюда для охраны, и ушёл в электрокамеру. Внизу толстой двери осталась оплавленная дыра. Второй гвардеец, молодой рыжий парень, смертельно бледный, стоял у стены, рядом с белым ящиком с зелёным кругом.