Микеле

Лин Хэндус

Глава 8 Палермо, Италия

Джулиана Масси к двадцати трем годам выросла в красивую стройную девушку. Она знала о своей привлекательности хотя бы по тому, что успела вежливо отказать нескольким претендентам на руку и сердце. «Мне нужно закончить университет, а потом думать о муже и детях», – отделывалась она расхожей фразой от очередного кавалера. По утрам, вставая у огромного зеркала в ванной комнате, отделанной бело-розовой плиткой, девушка с удовольствием рассматривала хорошо и пропорционально сложенную фигуру, красивые черные глаза, полные чувственные губы и изящной формы аккуратный нос. С особым вниманием разглядывая лицо, Джулиана исподволь бросала взгляд на едва заметную

родинку, выросшую над верхним уголком губы. Даже ее хозяйке было понятно, до чего сексуально смотрится маленькое темное пятнышко, привлекая к лицу практически все мужские взгляды. Студентка притворно вздыхала, брала из шкафа костяную щетку для волос, изготовленную по специальному заказу отца, и начинала медленно расчесывать волнистые полудлинные волосы. Ей нравилась сегодняшняя жизнь в семье и менять ее на замужество пока не входило в планы.

Пять лет назад Джулиана избрала, к огромному удовольствию и облегчению отца, учебу на факультете искусств. Семья порадовалась выбору, но, узнав, что дочь хочет учиться во Флоренции, дон Масси недовольно поморщился:

– Неужели культуру Италии можно изучать только во Флоренции? Джулиана, подумай, может быть ты захочешь учиться в Риме. Хотя я сам не люблю суету нашей столицы, но она намного ближе к Палермо и я мог бы часто навещать тебя там на нашей яхте. Во Флоренции даже моря нет. Как девочка, выросшая на острове, сможет жить долгие годы учебы в сухом городе? Ты бы меня порадовала еще больше, если бы осталась учиться в Палермо. На Сицилии замечательный университет и у меня там много друзей. Подумай нам этим, дочь моя и не огорчай отца понапрасну.

Джулиана знала, как сильно любит ее отец и не сомневалась, что он примет любое ее решение. Огорчать семью ей не хотелось, но и оставаться в Палермо – тоже. Девушка постоянно чувствовала навязчивую опеку отца и тетки, связывающие по рукам и ногам. Ей хотелось больше свободы и независимости, хотелось посмотреть другой мир, познакомиться с новыми людьми, понять и узнать неизведанное. Энергия, бурлящая в молодом теле, рвалась на волю. Стены родного имения давили, заставляли вытягивать шею и вставать на цыпочки, чтобы за их пределами отыскать другой, непохожий на сегодняшний, мир.

Упорство и целеустремленность девушка унаследовала от отца. Он знал об этом, поэтому особо отговаривать дочь от принятого решения не собирался. Он совсем не хотел ссориться или давить авторитетом. В душе Данте Алессандро был уже рад тому, что им с Перлитой удалось подвести Джулиану к им же выбранному решению. Выбор дочери изучать в университете культуру Италии добавляла ему отцовской гордости. Где – это был уже другой вопрос.

После долгих дискуссий, сопровождаемых доказательствами правоты с каждой из сторон, дон Масси все же дал согласие на учебу во Флоренции. Взаимный компромисс принес спокойствие в семью Масси. Впрочем, просто так сдаваться глава семьи не собирался. В обмен на не устраивающее его место учебы дочери он взял обещание, что на семейные и традиционные праздники Джулиана будет в обзательном порядке прилетать домой. К завуалированному требованию дон добавил карамельку в виде щедрой финасовой поддержки. Хитрый отец также предложил дочери привозить с собой новых друзей – места в поместье более, чем достаточно. Окрыленная успехом, молодая студентка упаковала вещи, вскинула на плечо изящный рюкзак и села в самолет, летящий во Флоренцию. Счастье и долгожданная свобода от опеки семьи окрыляла девушку.

Джулиана росла послушной дочерью. Основное время она проводила во Флоренции, где отец снял для нее небольшую отдельную квартиру. Учеба, новые друзья и впечатления кружили голову, но о родных девушка не забывала никогда. Она знала: ее всегда с нетерпением ждут в Палермо и это чувство приятно согревало душу. Домой Джулиана прилетала на Рождество и каникулы, а иногда просто на выходные, чтобы порадовать домашних.

***

Дон сидел на террасе и ждал дочь, которая должна

была появиться к завтраку в любую минуту. Как он любил ее, когда она была дома! Он гордился ее смышленностью и вместе с тем развитием и углублением интересов, приобетаемых во Флоренции, в нужную ему сторону. Он многое пропустил в ее воспитании и теперь часто желал более активно участвовать в жизни дочери. Сейчас их отношения стали намного ближе, чем когда-либо прежде. Влиятельный дон знал, что их быстрому сближению способствовало не столько обоюдное доверие, сколько общая любовь к итальянскому искусству, интерес Юлианы к исследованиям исскуства, которому она посвящала основное время. Сам дон Масси более двадцати лет занимался коллекционированием произведений искусства и за эти годы научился неплохо разбираться в них. А началась эта любовь так прозаично…

Вначале увлечение искусством выглядело просто собирательством и неплохим вложением денег. Он приобретал картины неизвестных мастеров потому, что они ему нравились. Приобретал чаши, уцелевшие скульптуры с раскопок Помпей потому, что они ценились как престиж. Ему привозили старинные женские украшения и он покупал их, потому что считал золото вечным мерилом богатства.

Через несколько лет после начала коллекционирования дон Масси приехал в Ватикан. Ему захотелось увидеть воочию знаменитую тиару вновь избранного понтифика. Сицилианец нанял гида на целый день, чтобы тот не только провел с ним экскурсию по Ватикану, но подробно рассказал о богатствах самой маленькой, самой загадочной и закрытой страны мира. Сам дон кроме газет, каталогов искусства и аукционов, ничего не читал. Нужную информацию он обычно получал от людей-профессионалов.

Гвидо, средних лет консервативно одетый невысокий мужчина, внешне сразу понравился Данте Алессандро. Опытный гид не подобострастничал перед богатым клинтом, а внятно объяснил выбранный маршрут по знаменитым местам Ватикана с приблизительным временем нахождения у каждой достопримечательности. Дон Масси внимательно слушал грамотную речь и мысленно сделал себе комплимент за правильный выбор проводника.

После нескольких часов интересной, но объемной информации, дон Масси пригласил Гвидо на следующий день повторить экскурсию.

– Признателен за интересное и с пользой проведенное время, дорогой друг. Сам я нечасто выбираюсь из Палермо, поэтому поездка в Ватикан произвела на меня большое впечатление. Не могли бы мы завтра еще раз пройтись по интересным местам? Надеюсь, у вас будет что рассказать нового, а у меня появится возможность не спеша запомнить информацию. Да, у меня есть большая просьба. Мне бы хотелось вчерашнюю и сегодняшнюю экскурсии получить в отпечатанном виде. Надеюсь, это не займет много времени и усилий. Небольшие причуды любопытного туриста не займут у вас много времени и не оттянут мой карман.

– О-о, господин Масси, я с удовольствием сделаю такую работу. Если вы оставите адрес, куда прислать рукопись, то получите ее в течение недели. По желанию, я могу продублировать информацию и записать на пленку. Сообщите мне ваше решение. И спасибо за доверие.

Гвидо оказался не глупым человеком и прекрасно понял, что скрывается за словами не часто выбираюсь из Палермо. Работая с туристами много лет, он давно привык определять по внешнему виду финансовое положение и социальный статус клиента.

С этого глубоко запавшего в душу богача путешествия в Ватикан начался другой отсчет времени. Дон Масси неожиданно понял, что ему интересно знакомиться с великой итальянской культурой, проникаться ее величием, узнавать несоразмеримую деньгами ценность. Совсем другими глазами взглянул он теперь на собственную коллекцию. Оказалось, что она нуждается не столько в дополнении, сколько в профессиональной оценке. У начинающего коллекционера возникла потребность определиться, наконец, с направлением искусства, куда инвестировать пристальное внимание и вкладывать большие денежные средства.