Милашка

Давыдов Сергей Александрович

– Что-то случилось? – спросила она, как только я вошел.

– В нашем доме что-то искали. Пропал наш воспитанник.

– Сколько ему лет?

Так, Милашку наверняка захватили в человеческом облике, после того как он прошел через портал. Иного объяснения я не вижу – вряд ли посланные для обыска фармакомовцы стали бы связываться с драконом.

– Около восьми.

– Около? Чем больше я буду знать, тем больше шансов, что сумею помочь.

– Ладно, – решил я, – слушай.

Рассказ о Милашке занял несколько минут; Ева внимательно слушала.

– У «ФармаКома» сейчас

нет магов, так что они не смогут ничего определить, если только Милашка сам не поменяет облик.

– Это вряд ли.

Ева кивнула:

– Я так и решила. Исполнители не слишком умны и, скорее всего, захватили его как свидетеля и возможного заложника. Руководству в итоге не останется ничего, кроме как поместить его в анабиоз и спрятать подальше. После чего кто-нибудь выйдет с вами на контакт и предложит обменять его на яхту и Хракамоши.

– Где его могут прятать?

Ева пожала плечами:

– Трудно сказать… Слишком много вариантов. Мне нужно больше информации.

Я кивнул:

– Хорошо, пойдем.

Мы вернулись в наш с Эланой номер, и я изложил ей соображения Евы. Мы не могли не сойтись во мнении, что похитителей детей нужно не награждать, а наказывать. Ева, как и Элана, предложила подождать новостей от Владимира, а затем заметила, что нас подслушивают. Хракамоши, естественно. Если бы не буря страстей, я бы сразу его почувствовал. Ева предложила его позвать, и Элана согласилась.

Как раз когда он входил, позвонил Владимир:

– Я немного разобрался в ситуации. Это были «бойцы» корпорации «ФармаКом», направленные на поиски какого-то носителя информации. Операция была хорошо подготовлена, но на Милашку они нарвались случайно, когда он, сменив облик, прошел через портал. Его захватили прежде, чем он смог что-то сделать. Кроме Милашки они забрали ваш синтезатор.

– Совсем охренели! – возмутился я. – Милашку мы, понятное дело, выручим, не будь я магом; но они могут испортить мой синтезатор! А их сейчас невозможно достать, между прочим.

– Если что, я достану, – пообещал Су.

– Я сам займусь его спасением, – ответил Владимир. – Вам слишком опасно возвращаться. К тому же это моя работа. Обещаю, что все будет хорошо. В конце концов, Милашка и мне небезразличен. С другой стороны, если вас убьют, в одиночку я его воспитать не смогу.

– По крайней мере поддерживай связь, – попросила Элана.

Владимир кивнул:

– Хорошо. До связи.

Он отключился.

– Так погибают корпорации, – пробормотала Элана.

– Преувеличиваешь, к сожалению, – проворчал я. К этому времени я уже основательно остыл и мыслил трезво. – Но Милашку он наверняка вытащит. В этом деле он лучше меня.

– Вы считаете, он справится с корпорацией? – с явным сомнением спросил Су.

– Наверняка, – ответила Элана. – В крайнем случае мы поможем.

– Вот что Унджаху сказать? – задумчиво протянул я.

– А пока ничего не будем говорить. Скажем, если понадобится его помощь. Мало ли как он отреагирует.

Я кивнул.

– Учитывая национальную психологию Чламуздри, это оптимальный вариант, – произнесла Ева.

– Национальную психологию? – удивилась Элана.

– Совершенно верно. Нация,

к которой он относится, официально исповедует учение, близкое к земному конфуцианству, основой которого является утверждение, что «Дети должны почитать родителей, а родители должны защищать детей». Как я понимаю, он и сам испытывает к Милашке родительские чувства и вполне может отправиться за ним на Землю, а сейчас это может помешать Владимиру.

– В общем, лучшее, на что мы способны, это сидеть и ждать, – с горечью заметил я. – Если жизнь – это зебра, то я, похоже, нахожусь у нее под хвостом.

Элана криво улыбнулась.

– Н-да, похоже на депрессию, – задумчиво пробормотал Су. Он хлопнул себя по бедру, и в его руке оказался плоский белый пенал, который он протянул Элане. – Рекомендую миллиграмм санвативина. Очень помогает.

– Полевой медикаментозный набор спецназа, сейчас в открытом пользовании, – пояснила Ева, мельком глянув на пенал. – Санвативин – модификатор настроения, антидепрессант. Хракамоши дал хороший совет.

– Тогда и мне дозу, – неожиданно для себя самого выдал я. – Пусть симбионт учится.

– Чему? – удивился Су. – Дайте руку.

– Депрессию снимать, – пояснил я, протягивая правую руку. – В этом он слабоват.

Хракамоши прикоснулся своим пеналом мне к запястью.

– Все. Вы как, госпожа Элтон?

– Давай, – буркнула Элана. Она тоже протянула руку. – Ты, чем нас прослушивать, лучше бы прослушивал «ФармаКом». ПКН у тебя есть, где гиперсвязь – знаешь.

– Кого именно слушать? – вздохнул хакер.

– Ева, помоги ему, – произнес я. Она кивнула и вместе с Су вышла. – Значит, будем ждать.

– Я пойду послушаю, что удастся поймать Хракамоши. А ты?

– Мне нужно успокоиться и подумать.

Элана вышла. Спокойствие вернулось ко мне, спасибо санвативину, так что я сразу приступил ко второму пункту. Все, что со мной в последнее время происходит, как-то… неуловимо странно. Вроде бы все понятно и логично, но где-то в глубине души тоненько свербит ощущение… странности, пожалуй. Но что именно?.. Нет, наверно, мне это все-таки просто кажется из-за перегрузок, навалившихся в последнее время. Хотя с тем драконом все-таки… нет, о драконах сейчас не надо. О чем-нибудь другом, о Еве, например. Почему ее замкнуло на меня? Заклятие, которое я на нее налагал, должно было заставить ее воспринимать происходящее как сон, а себя – как ребенка. Со временем оно рассеялось, и если бы дело было только в нем, Ева сейчас не помогала бы Хракамоши выяснять, что с Милашкой.

Тьфу ты! Опять в эту колею. Нет, долой мысли, займусь делом: восстановлением запаса колец. Думаю, скоро понадобятся снова…

* * *

Ева действительно хорошо знала «родную» сеть, что упростило работу Су. Вскоре аудиоканалы (с голоканалом оказалось сложнее, но Су решил, что без него можно и обойтись – по крайней мере пока) связи нескольких фармакомовских шишек, включая нового начальника СБ и самого хозяина, были под его контролем, Разговор, который как раз сейчас шел между ними, был весьма любопытным.