Минимум Дальтона. Часть 1
Шрифт:
– Но почему только пять?
– Он вообще изначально хотел только три, потому что очень дорого, но мы условились на пяти. Поэтому, постарайтесь охватить как можно больше мест.
– И все равно я не понимаю, в чем смысл испытания? – самый пожилой гость продолжал испытывать сильное недоверие к истории.
– Мы попробуем кардинально изменить метеопрогноз. К примеру: обещают безоблачную солнечную погоду, а мы просим сильнейший ливень. Обещают жару – мы просим резкое похолодание. И так далее. Через три недели встречаемся здесь снова и принимаем окончательное решение.
– И ты полагаешься,
– Дорогой Надир, я прекрасно понимаю причину твоих сомнений, именно поэтому тебе доверили финансы нашей организации и твое слово будет решающим, но просто попробуй представить, что с помощью этого «баловства» можно выжигать засухами и пожарами материки, острова, замораживать страны, а плодородные регионы превращать в болота. Да всего за несколько лет мы сможем полностью уничтожить любую, самую мощную экономику!
– В том случае, если это правда, – вполголоса заметил кто-то из гостей.
– Именно поэтому я и прошу каждого из вас, лично, принять участие в тестировании.
Мехмед все же не выдержал. Озорно сверкнув темно-карими глазами, он покинул свое место и решительно шагнул к стеклянной карте.
– Можно я первый? И, кстати, ты не станешь возражать, если над «Фата Морганой» все-таки пойдет снег?
Глава 9
1
«…И имя ему было – «Фата Моргана»…
Генерал Железнокопытов захлопнул маленькую кожаную книжку, во многих местах разорванную и испачканную кровью и повернулся к щуплому, тщательно выбритому мужчине лет пятидесяти – пятидесяти пяти с прекрасной военной выправкой.
– Вот и все, что нам удалось разобрать. Еще небольшой отрывок сумели разобрать наши эксперты, но там тоже только общие фразы. Барков использовал код, который мы пока расшифровать не можем.
Лицо собеседника, мелковатое, с трудно уловимыми чертами, за исключением, разве, тонкого прямого носа, но, в общем и в целом довольно приятное, исказила легкая судорога.
– Позволишь посмотреть? – он протянул руку.
– Надеешься извлечь больше, чем мы?
– Ну что ты, Михаил Семенович, где уж мне… – голова гостя была чуть склонена к правому плечу, словно тот застудил шею и потому никак не может ее выпрямить. – Просто интересно будет полистать самому. На досуге.
Железнокопытов растянул губы в вежливой улыбке. Слова «я вам полностью доверяю», сказанные этим тихим, вкрадчивым голосом, могли ввести в заблуждение разве что младенца. Да и представить, что Эдуард Рихардович Кривошеев – глава службы внутренних расследований ВПК – доверяет кому-то кроме себя, было бы верхом наивности.
– Как скажешь, Эдуард Рихардович, как скажешь… Но учти, дневник сильно пострадал: Барков буквально истек кровью.
На генеральского гостя сообщение о гибели агента особого впечатления не произвело – бесцветное лицо хранило все то же равнодушно – инквизиторское выражение.
– Такова наша работа, – Кривошеев принялся неспешно перелистывать испачканные кровью страницы. – Мы все рискуем каждый день… Где то, что удалось разобрать?
Приподняв со стола пачку листов, Железнокопытов продемонстрировал
– Все здесь. Не думал, что и ваша работа подразумевает смертельный риск, – в голосе прозвучала ирония.
– А как иначе? – глава службы внутренних расследований коротко глянул поверх дневника. – Мы все служим стране и народу. Исходя из должности и положения. Или почетно быть исключительно солдатом?
Генерал слегка поморщился, но комментировать не стал.
Тем временем Кривошеев продолжил чтение.
– «…«Фата Моргана» – это вызов природе и самой могущественной стране в мире. Немногие знали о ее существовании и лишь единицы догадывались о том, что в действительности скрывается за этими узкими, похожими на бойницы, окнами, украшенными витражами…»
– Что значит: «немногие знали?» – Эдуард Рихардович опустил дневник на колени. – Ведь здание должно визуализироваться с наших спутников.
– Со спутника оно, конечно, «визуализируется», – согласился генерал. – Только это не завод по производству обогащенного урана и не пусковая шахта. Что из космоса, что из бинокля там всего лишь место отдыха лопающегося от денег нефтемагната: дворец, конюшни, гоночная трасса… Поле для игры в поло, роскошные бассейны и прочие атрибуты сладкой жизни. И, если верить Баркову, часть комплекса находится под землей.
– Вот как?
– Да. Причем не хилая такая часть. Эту «Фату Моргану» не случайно воздвигли у подножия горы – самые секретные помещения располагаются непосредственно под ее массивом, туда невозможно проникнуть даже при помощи армейского подразделения и спецтехники. В бункере без проблем можно просидеть несколько месяцев. А может и лет. Хотя есть подозрения, что через гору наверняка существует тайный ход наружу.
– Однако…
– Нам стоило невероятных усилий внедрить туда нашего агента, – генерал положил текст дневника в папку, папку сразу убрал в стол. – Барков только начал передавать информацию, как его вычисли. Но даже за такой короткий срок мы успели узнать немало интересного.
Эдуард Рихардович подпер тонкими, паучьими пальцами узкий подбородок, разделенный ямочкой на две части.
– И что там?
– Одна из самых тайных и богатых организаций во всем мире. До настоящего времени никто, включая Моссад и ЦРУ, не смог вычислить ни ее состав, ни структуру, ни конечные цели. Зато наносимый урон – огромен. Мы практически уверены, за «Фата Морганой» стоит большинство террористических организаций во всем мире. У них интересы в каждой стране, но основная цель – постепенное, целенаправленное ослабление всех отраслей американской экономики.
– Минуточку, – Кривошеев неожиданно оживился, – речь идет именно об американской экономике?
– В основном, да. Еще есть планы по замене коренного населения в Европе. Но это процесс долгий.
Кривошеев удивленно приподнял полуопущенные веки. В бесцветных глазах промелькнул интерес.
– Подожди, не понял: что значит «замена коренного населения»?
– А они спонсируют продвижение всяких там радужных движений. И пока европейцы спаривают мальчика с мальчиком, а девочку с девочкой, беженцы активно размножаются и заселяют пустеющие земли. Захват территорий без единого выстрела.