Шрифт:
42
Истина односложна и такова:
боль – лишь самый легкий способ найти слова,
раз в три года нужно себя пересобирать,
вот опять.
Я не знаю, как это случилось, произошло:
открываю глаза – а ночью белым-бело,
и со станции, стоя над рельсами на краю,
Александр Невский очесывает чешую.
По спине реки с подворотом стелясь вот так,
петербургский туман замыкает во мне контакт.
Тикай,
Утром будет звонок
или взрыв.
41
невозможно идти апрелем школьным двором
неизменно кажешься зеркалом самой гром
кой девочки с неуместной яркой помадой
и какой-то хлыщ с драматической челкой рядом
в кабинете труда недошитые юбки
мама тебе разрешает татуировки
летом покрашусь в какой-нибудь синий цвет
ты идешь на свой выпускной а я на свой нет
невозможно идти апрелем но хорошо
память выудит запахи но и подменит факты
выбор сложен – писать об этом стишок
или пост вконтакте
40
#тучныенулевые
Автобус шел междугородным рейсом,
старик пакет не выпускал из рук,
и телевизор над шоферским креслом
показывал "Бандитский Петербург";
подросток демонстрировал способность
занять проход протянутой ногой,
и человек качал себе рингтоны,
и слушал плеер человек другой.
Ночь наполнялась ломотой, и гулом,
и светом обгоняющих корыт.
В открытое окно пока что дуло,
но был и тот, кто силился закрыть.
39
как ложился парус на дно морское в песок, становясь песком
как песок говорил ему – не лежи так больше ни с кем, ни в ком
выходил из песка песок, а из паруса мокрая белая нить
воду лить
как ложилась радость на боль, превращаясь в даты и календари
где январь – снегири, а апрель – пузыри, а июль навсегда горит
все, о чем когда-то было так страшно и думать, и говорить
станет даты и календари
как ложился ты рядом, не ведая края, времени и стыда
кто мы все, если не вода с песком, не песок и морская вода
и когда просыпаешься через край, потому что не видно края —
просыпаюсь
38
Август
никуда не ходи и гляди в окно,
как над домом женщина нависает
то ли в дачном плаще, то ли в кимоно,
на газоне грачиные диагонали
топчет мокрой ногой, что ни шаг – то вздох.
Обещает, что после титров в финале –
только мытый гриб, только мятый мох.
37
Стоит на несколько дней отлучиться из города,
и район немедленно запускает мутацию,
и асфальт щетинится частой иглой оранжевой,
во дворе вздымаются, ходят шугой дорожки,
круглосуточное ИП обновляет вывеску
или вовсе сворачивается и съезжает.
Это древние всё, фольклорные механизмы:
не узнает купец двора своего богатого,
не узнает солдат отца своего и матери,
не узнает умник Иван обещанной девицы
и отдаст, не тоскуя, чего он не знает дома,
справедливому духу леса с хорошей памятью.
Возвращаешься – прячутся асфальтоукладчики,
запаковываются в землю новые трубы,
прикрываются пылью "Продукты 24"
и по-новому перевивается двор шиповником.
Но в кармане поёт мельхиор громче и мажорней,
Значит, ты на своей дорожке,
своём месте.
36
Самое сложное во взрослой жизни – не съём угла,
не бюджетирование холодильника,
а выставлять будильник на шесть утра
и самому себя отводить в поликлинику.
35
Дождавшиеся вечера уходят
домой, гулять, в инстанции и гости,
несут с собой обиды, документы,
не самые дешёвые сосиски,
Абрау-Дюрсо в подарочном пакете
и пьют американо выносной.
Дождавшиеся вечера шагают
в свой дом и в свой замок свой ключ вставляют —
но ни один из связки не подходит,
и начинается другая жизнь.
34
И когда мы станем не люди – бетонные плиты
с нитевидным и выгнутым металлическим пульсом,
станем проходными, зелёной эмалью облитыми,
турникетами, не умеющими повернуться,
вот когда мы станем никем, то есть всеми ими
(заводские заваренные ворота, расквашенная дорога),
я и в бетоне продолжу выкрашивать твоё имя,
хрусткое, разламы-ва-е-мо-е на три слога.
33
Изучая мир от штолен до колоколен,
Конец ознакомительного фрагмента.