Мир без... 2
Шрифт:
— Ты им веришь? — спросила меня Элли.
До окончания срока проклятья оставалось всего несколько часов. Несколько часов, которые отделяли нас от победы над родителями, сильнейшими существами в нашем мироздании. Для нас с Элли это будет победой, а для миллиардов планет и неисчислимого числа разумных, населяющих их это будет означать конец.
Вместе с нашим освобождением освободится и энергия, что была затрачена на это проклятье. Эта энергия тут же устремится к ослабевшим границам, между мирозданиями и просто снесёт
Дольше всего продержатся материнские планеты наших с Элли семей, но и они, в конце концов падут, без постоянной подпитки ресурсами от других миров. В наших силах было не допустить этого.
Я рассказал Элли всё, что поведали мне затворники. При этом разговоре присутствовала и Юрико, место которой занимала архонт. Порой она могла показать Элли вещи, которые мне было сложно объяснить словами. Даже нам, как детям сильнейших существ в этом мироздании, было очень сложно представить процессы, которые происходят вокруг.
Да и сама архонт, которая предпочла не называть своего настоящего имени, не могла понять этих вещей. Транслировать их в разум Элли ей помогал один из затворников. Сам он не мог взаимодействовать с Элли, а вот немного помочь Юрико запросто.
Этот рассказ занял, практически всё оставшееся у нас время. Как только мы закончили его Юрико и затворник ушли, оставив нас наедине.
— Верю. — ответил я Элли и крепко обнял её.
Внутри у меня сейчас бушевал шквал эмоций, но ничего поделать с этим я не мог, даже несмотря на все свои умения, по контролю над организмом. Для себя я всё уже решил. Впервые с того момента, как встретил Элли, я не считался с её мнением. Здесь даже думать не над чем.
Уже несколько часов назад я использовал один из препаратов, созданных Терезой. Его мне принесла Юрико и рассказала о принципе действия. Мы просто заснём и всё. А для этого необходимо воспользоваться катализатором, которым выступит обычный кофе. Как раз сейчас мы и пили с Элли этот напиток. В последний раз в этой жизни.
Но ничего, вскоре мы вновь встретимся. Затворники гарантировали мне, что на этот раз мир перерождения будет вполне стандартным и мы сразу возродимся с текущими возможностями. Останется только подождать, пока мы не сможем использовать их на полную мощь. А как только это настанет, то примемся постепенно воплощать в жизнь план, который позволит нам избавиться от проклятья, без чудовищных последствий, что ожидают нас сейчас.
Сайлу мы покидали с полной уверенностью, что у местных жителей всё будет хорошо. Империя морфов и империя людей объединились, под общим руководством архонта. Юрико встанет во главе нового мира. Она сколь угодно долго может находиться на Сайле и никто не спросит с неё за это. Создание и поглощение энергетического ядра планеты дело лишь того архонта, который находится на этой планете.
Как я уже говорил, морфы станут запасным вариантом, если у нас с Элли ничего не будет выходить. Их потенциал невероятен. Затворники создали на Сайле собственные прототипы,
Поэтому основная надежда возлагалась на нас с Элли.
— Раньше на Сайле выращивали восхитительный кофе. — сказал я, сделав последний глоток, и поцеловал Элли.
По телу разлилась небывалая лёгкость. Вот так, оказывается, легко можно прикончить любого архонта. Вот только в нашем случае это не конец. Теперь я знаю, как закончить этот бесконечный цикл перерождений и при этом спасти бесчисленное количество жизней.
— Вот таким образом нам и удалось сохранить множество мирозданий, предотвратив величайшую катастрофу всей реальности. — потрепав светловолосую девчушку по голове, закончил свой рассказ старейший из демиургов.
Он был одним из последних кто лично застал те события и поэтому считал своим долгом донести историю о тех событиях до всех своих потомков, до кого только сможет дотянуться. Подобное больше никогда не должно повториться. Границы между мирозданиями сейчас были крепки, как никогда, но достаточно всего одного неправильного шага и они вновь начнут разрушаться.
— А что стало с Элли и Айзеком? — подала голос девчушка, дёргая демиурга за рукав.
Он и забыл, что она до сих пор была рядом. Время не щадит, даже сильнейших.
— Они достигли очень многого и сейчас, вместе с представителями нашей расы правят в одном из соседних мирозданий. Своё проклятье им удалось обратить себе же на пользу и стать сильнее своих родителей. Но это было уже очень давно, и я даже не могу вспомнить, когда в последний раз хоть кто-нибудь выходил с ними на связь.
— Выходит, что настоящая любовь способна спасти мироздание? — с придыханием и надеждой в голосе спросила девчушка.
Старый демиург расплылся в широкой улыбке.
— Любовь — это сила, перед которой не сможет устоять ничего в нашей реальности. А теперь ступай и покажи, увиденное здесь своим друзьям. А те пускай покажут своим. Это наша память и утратив её, мы перестанем быть теми, кем являемся.
Радостная девчонка убежала, а демиург ещё долго сидел и размышлял над собственными словами. Юность прекрасная пора. В это время веришь в любовь, добро, бескорыстие, всепрощение и ещё кучу других ничего не значащих слов. Но с каждой прожитой тысячей лет ты всё больше и больше убеждаешься, что это всего лишь слова. Каждый разумный живёт так, как выгодно только ему. И если ему выгодно спасти мироздание, то именно так он и поступит.
Как и поступили Эллеонора и Айзек, перед тем, как захватить власть над реальностью и путь для этих монстров открыли именно демиурги, желающие спасти своё мироздание.
КОНЕЦ ВТОРОГО ТОМА ДИЛОГИИ «МИР БЕЗ…»