Мир детектива Поля

В один из тёплых летних дней Поль направился по делам в Ярославль. Его автомобиль летел сквозь необъятные леса и акварельные поля, то скатываясь, то взмывая на очередной холм.

Поль ехал и вглядывался в родные пейзажи. Казалось, будто каждое дерево, листочек, травинка были ему знакомы. В этих краях вырос Поль, и именно здесь он познакомился со своим лучшим другом Кузей.

Поль вспомнил, как они росли в большом посёлке, окружённом лесом и полями.

Как соревновались в скорости, скатываясь с горы на велосипеде, как катались на лодке, ходили в лес за грибами. Поль улыбнулся, именно здесь, ребёнком, он увлёкся разгадкой тайн.

Это случилось пятнадцать лет назад, в день, подобный этому, когда его мама, словно яркая приветливая птичка, впорхнула в кухню и оживила её своим появлением.

– Твой друг Ваня, – обратилась она к Полю, который изучал новый микроскоп, – сегодня уезжает отдыхать на море. Поэтому если хочешь с ним погулять перед его отъездом, тебе стоит поторопиться.

Мама достала огурцы, зелень, два увесистых кабачка, торжественно сложила их в раковину и обернулась к Полю.

– Смотри, какую красоту вырастила наша соседка, тётя Галя!

– Да, здорово… – не отрываясь от микроскопа, пробормотал Поль.

– Ты даже не смотришь, – расстроилась мама.

– Смотрю, конечно, – и Поль с готовностью продемонстрировал сказанное, подняв глаза.

Он был светловолосым, голубоглазым и невероятно сообразительным десятилетним мальчиком с обезоруживающей улыбкой. Мама взглянула на сына, нежно улыбнулась и провела рукой по его непослушным волосам.

– Тебя нужно подстричь.

Полю не понравились её намерения. Ребёнком он не любил стричься и, скорее, предпочёл бы лишиться обеда, чем добровольно отдаться в руки парикмахера. И пусть в их семье его роль выполняла мама и справлялась с ней превосходно, это не меняло отношения Поля к ножницам.

Поэтому когда мама повернулась к раковине, он тихо собрал микроскоп и, крадучись, направился к выходу.

– Я поехал в Ване, – известил Поль маму, оказавшись в безопасном удалении от её внезапных идей, и скрылся за дверью прихожей.

Выйдя на улицу, он выкатил велосипед и направился в сторону дома Вани.

Поль закрыл глаза. В воспоминаниях звуки всегда кажутся громче, краски сочнее, а запахи насыщеннее. Может быть, тогда, пятнадцать лет назад, когда он ехал к Ване, птицы пели не так громко, а шмели жужжали не столь усердно. Но взрослому Полю звуки детства казались неповторимыми в своей яркости. Если бы кто-то спросил его: «Пел ли в то время соловей на закате лета?» 1 – и – «Не было ли среди муравьёв лентяев?» 2 , он бы без промедления ответил: «Пел, и не было!» И пусть это было бы неправдой – во взрослой жизни всегда должно оставаться место для сказки, пусть даже если она живёт в воспоминаниях.

Когда

Поль подъехал к дому друга, Ваня грустно сидел на ступеньках парадной лестницы, а рядом с ним стояла клетка с хомяком.

– Привет, Ванёк! – крикнул Поль другу, слезая с велосипеда. – Чем занимаешься?

– Сижу, – вяло ответил Ваня.

– Ты что? Не рад, что едешь на море? – спросил Поль.

– Конечно, рад. Только вот мой хомяк Джексон останется совсем один. Вдруг с ним что-то случится?

– Ничего с ним не случится. Хочешь, я о нём позабочусь? – предложил Поль.

– Ты настоящий друг! – обрадовался Ваня. – Ты знаешь, как за ним ухаживать?

– Нет, – признался Поль.

– Всё очень просто, – затараторил Ванька, демонстрируя клетку, – раз в неделю нужно убирать опилки и насыпать новые. Опилки – это подстилка Джексона, которая непременно должна быть чистой и свежей. У меня очень чистоплотный хомяк.

На этих словах Ваньки Поль понял, что его непродолжительные отношения с хомяком не будут простыми.

– Раз в неделю, – увлечённо продолжал Ваня, – нужно мыть клетку. Каждый день кормить Джексона свежими фруктами и овощами. А ещё с ним нужно играть, чтобы он не скучал…

Слушая подробную инструкцию от Вани, Поль невольно пожалел, что ввязался в уход за хомяком. Поэтому когда владелец хомяка завершил инструктаж, Поль язвительно спросил:

– У тебя хомяк с родословной, что ли?

– Как это? – не понял Ванька.

– Родословная – это список поколений живого существа. Обычно родословная есть у людей, потому что мы знаем, кем были наши родители, бабушки и дедушки. Но бывает, что родословную отслеживают и у животного. Например, если родители собаки – породистые призёры выставок, то говорят, что их щенок – собака с хорошей родословной. Такие животные дорого стоят, за ними определённым образом ухаживают, кормят специальной едой и тренируют.

– Я не тренирую хомяка. Он не поддаётся дрессировке. У него это… Дисдисциплина!

– Как-как? – переспросил Поль.

– Эх, ты! Латыни не знаешь, а она, между прочим, главный язык медицины! – упрекнул его Ваня и медленно повторил. – DIS DIS-CI-PLI-NA.

– И что означает эта твоя дисдисциплина?

– «Dis» на латыни означает «отсутствие», а «disciplina» – «обучение». Все вместе – «не поддающийся обучению». Необучаемый у меня хомяк, теперь понял?

Ванька пользовался тем, что его папа был врачом и обучал сына азам этой важной профессии. В результате дети посёлка обрели своего по-настоящему детского доктора. Он с видом эксперта изучал ушибы товарищей и раздавал советы по их лечению. Он знал медицинские названия некоторых травм и любил впечатлить этим других.

Словно великий артист, он каждый раз выходил из толпы сочувствующих и, указывая на свежий синяк друга, страшным голосом сообщал: «Гематома!» 3 Дети были в восторге. Однако со временем однотипные диагнозы перестали производить должное впечатление на публику. И тогда Ванька принялся выдумывать названия болезней.

– Это не гематома, а феморис сантунум! – пугал он нового пострадавшего. – Лечится вот этой травой! – и он срывал первый попавшийся сорняк.