Мир принцев
Шрифт:
Страсти закипели сразу после его смерти. Каждому из сыновей казалось, что именно он — обделенная сторона. Одному не хватало полезных ископаемых, другому плодородных полей. О взаимовыгодной торговле ненасытные принцы как будто никогда и не слышали. Какая, к змеям, торговля, если можно просто отнять! Вражду наследовали дети, потом внуки и правнуки.
Случались, хвала богам, в истории разделенной страны и периоды затишья. Когда в силу малолетства или врожденного слабоумия очередной принц не мог начать очередную военную компанию.
И тогда разделенный народ вздыхал облегченно. Ходили за границу на
Но подрастал новый правитель, и вновь вспоминал про передел территории. Или ему напоминали. Ретивые советнички. И вырастали на дорогах заставы, ловившие дедов, несших внукам гостинцы.
И воины, стоявшие на заставах, ради развлечения секли нарушителей границы в назидание остальным.
Затем объявлялись незаконными межгосударственные браки, и рыдающие жены, обвешанные детьми, плелись по дорогам к родительским дворам, сопровождаемые горестными взорами пьяных мужей. Каковым выдавалось по жбану медовухи за изгнание жены-чужестранки.
Конечно, кто-то убегал, иные пытались сопротивляться. Но, разгоряченные богатством, манящим за пограничным рвом, правители не обращали на такие мелочи никакого внимания.
Вот и пару лет назад, когда королева Векридии, правящая страной вместо ударившегося в живопись венценосного мужа, начала военные действия против Ландии, в Тордизании лишь посудачили, и отстранились. Неловко как-то, влезать в соседские разборки. Идущие, к тому же, с переменным успехом почти пятьсот лет.
Однако неожиданное нападение на Кизард вовсе не вписывалось в привычный сценарий соседских отношений. С чего бы это зажатая в угол между горами и океаном Ландия ввязалась в войну сразу с двумя соседями?!
Может, появилось у них какое-то тайное преимущество, дающее право на такую наглость? Таким преимуществом против Векридии мог бы быть сильный маг… но… не против защищенной магами Тордизании.
И никаких предположений или сведений на этот счет у Хабера не было.
Магов в северных странах не любили, и о том, чтобы Совету держать там постоянного наблюдателя, не могло быть и речи. А некоторое время назад, фанатичные жрецы Северного бога даже постановили уничтожать всех одаренных магией детей. Их каждый год собирали по обеим странам специальные команды, состоящие из жрецов, вооруженных определяющими магию амулетами и сильной охраны. Громкий плач стоял над городами и деревушками, а вслед черной команде, увозившей в клетках несчастных младенцев, летели проклятья и камни.
Совету магов пришлось тогда пойти на большой риск. В храм был срочно внедрен сильный маг, обладающий даром очарования и иллюзии. И защищенный самыми надежными заклинаньями и амулетами. Несчастных детей, запертых в одном из подвалов храма, он вывел через телепорт, создав вместо них фантомы. А потом хорошенько заплатил храмовому палачу, чтобы тот признался жрецам, что в порыве ярости побросал колдунят в бездонный колодец. Так и повелось. Маги приходили в подвал через телепорт и забирали детей. В обмен на золото. А палач, приобретший в храме славу ярого истребителя колдунят, со временем отгрохал крепкие подворья всем своим детям, а когда постарел, передал секрет мастерства старшему сыну.
Не все спасенные
— Все перекусили?! — Ядовито осведомился Хабер, вдоволь насладившись видом жующих коллег. — Тогда давайте выслушаем Каруну.
Магиня прикрыла на миг глаза, припоминая подробности нападения, затем кивнула сама себе и начала рассказ.
Через несколько подзвонков в зале совета не то, что жевать, дышать забывали, слушая про отчаянные атаки ландцев и героическую оборону защитников.
А магиня, чувствуя эмоции слушателей, умело этим пользовалась. Добавляла накала страстей, говоря про кровожадных голунов, и гордости, описывая стойкость осажденных.
К концу ее рассказа на Зака и Танио многие маги, относившиеся до этого к новичкам с осторожным интересом, теперь посматривали с одобрением. Смелых и находчивых в ковене ценили.
Танио даже немного застеснялся, искренне считая, что Каруна преувеличивает его вклад в оборону крепости. Ну, остался он на мосту, ну посбивал несколько мерзких тварей. Ну, лечил потом раненых до тех пор, пока не свалился без сил на чей-то тюфяк. Но разве они сами, увидев такое отличное местечко для воздушных ударов, не поступили бы точно так же? Или смогли отказать в помощи стонущим от боли людям?!
— Теперь я понимаю, почему эльфы выбрали именно тебя, — заметив его недоуменное смущение, загадочно хмыкнул Гистон, хлопнув принца по плечу.
— Какие будут предложения о защите крепости?! — спросил король, когда госпожа комендант замолчала.
— Может, отправим сотни три гвардейцев с тяжелыми арбалетами?! — предложил Кориден.
— Не стоит так много, — сразу откликнулся Сейден, они займут все место на стенах, а в случае, если ландцы привезут башню или катапульту, толку будет мало. Нужны маги.
Хабер вздохнул.
Свободных магов не было. Особенно боевых. Ну, можно, разумеется, снять с наиболее спокойных городков по одному магу, наберется человек шесть. Только толку от них не намного больше, чем от арбалетчиков. Настоящий боевой маг это мощный противник. А в провинции в основном природники, иллюзионисты да лекари.
Чем они будут бросать в Ландских воинов?! Иллюзиями?!
— А если быстренько подучить пришелиц?! — неожиданно предложил Танио. — У них почти у половины способности огня. Например, у Анюси. Я сам видел.
— За несколько дней мы их многому не научим! — Скептически сморщился директор академии, магистр огненной магии Рагдир.
— Так нам и не нужно много! — Задумчиво уставилась на магистра Каруна. — По одному заклинанию вполне достаточно! У меня сейчас четыре принцессы могут научиться огню, и две воде. Да еще в поместьях несколько наберем! Вот вы магистр, вместе с Заком их и научите за пару дней! Зак их вам телепортом приведет! А водных сразу заберем в крепость. Их будет учить Сейден, он не слабее вашего водника.