Мир Спока
Шрифт:
Они ведут владельца от одной формы поведения или уводят от другой.
Доброта приводит к радости, зло – к печали. Эмоциями мы управляем и делаем это для того, чтобы не заражать ими другого.
Спок глубоко вздохнул.
– Мы очень озабочены теми последствиями, которые наши эмоции могут вызвать у других. Миллионы вулканцев погибли на планете из-за невозможности управлять эмоциями. Но, вполне возможно, обеспокоенность этим приносит больший вред.
Я вулканец, воспитанный в мире, и мне кажется, что это воспитание более здоровое. Нам кажется эгоизмом или самовосхвалением открыто сказать: "Мы сильные". Мы притворяемся, что это не так,
Это притворство выдает наш великий секрет тем, кто может видеть, и секрет этот в том, что мы все еще не уверены в своей способности управлять эмоциями. Мы все еще, как говорил Сурэк, боимся друг друга и самих себя, боимся того, что эмоции, которые мы так тщательно подавляем, в один прекрасный день высвободятся и обрекут нас на гибель.
Уже несколько лет я имею честь служить с самыми прекрасными существами, которых вулканец может только себе вообразить. Я пришел к ним, озабоченный своей ксиа. Я видел их алогичными, потенциально опасными. Должно было пройти время, чтобы я понял обратное. Я провел годы, наблюдая за борьбой человека с эмоциями, и из их проигрышей и побед я кое-что уяснил. Я понял, что те, кто борется с эмоциями, усваивают гораздо больше знаний о том, как ими управлять, чем те, кто пытается спрятать их или подавить. Люди никогда не прекращают борьбу, и поэтому они научились управлять эмоциями.
Нам, следовательно, есть чему у них поучиться. Но путь ухода в себя отталкивает нас от этого. Страх, который мы должны были давно отбросить, заставляет нас поверхностно смотреть на внутреннюю природу эмоций, в его власти уничтожить нас полностью, в его власти сплотить нас. Как мы были сплочены вчера вечером.
Вокруг стояла тишина.
– Нелогично игнорировать такую силу, – сказал Спок. – Нелогично отворачиваться от народа, который открыл нам многое в природе наших собственных страхов, наших надежд, и разделил с нами свои надежды и страхи. Я не повернусь спиной к такому народу. Мой выбор сделан. – Он посмотрел вокруг. – Вам остается только решить. Но я все же напомню, что слово "решать" родилось от более старого слова "убить".
Альтернатива и возможности умрут, когда будет принято решение. Так что будьте осторожны, если соберетесь "убивать"! Он шагнул со сцены в полной тишине. Сразу за ним на сцену взошла стройная маленькая женщина с курчавыми волосами, которые Джим впервые видел у вулканки.
– Я должна проинформировать вас о том, что получено пороговое число голосов, выражающих желание прекратить дебаты. Голосование по вопросу начнется немедленно и займет один солнечный день. Спасибо за внимание.
Джим вместе со всеми встал с места. Рядом с ним лениво потянулся в кресле Маккой.
– Что теперь, – спросил Боунз, когда Спок подошел к ним.
– Теперь мы будем ждать, – ответил Джим.
Они провели вечер у Сарэка и Аманды за разговорами, время от времени переключая программы, чтобы посмотреть последние новости. О голосовании ничего не говорилось. Вся информация была собрана в центральном компьютере ши-Кахра, и ее должны были огласить после полного завершения голосования вечером следующего дня.
Но было много других новостей, в большинстве своем связанных с бывшими компаньонами ТгПринг.
– Вижу, что она и Шас "помогают властям в их расследовании", сказал Джим с откровенным удовлетворением.
– Ты имеешь в виду, что она в тюрьме отбывает
– Доктор, – поправил его Спок, – уже прошло много времени с тех пор, когда арест приводил к заключению в тюрьме.
Боунз засмеялся.
– Я просто пытаюсь, но никак не могу почувствовать даже капли сочувствия, – сказал он. – Маленькое ядовитое существо. Я надеюсь, что она никого не укусит, пока будет там. Возможно, стоит что-нибудь у нее ампутировать.
– Доктор…
– Хорошо, хорошо.
Аманда и Сарэк сидели, разговаривая, в саду. Спок занимался компьютером.
– Ты нервничаешь, Спок, – сказал Джим. Спок косо посмотрел на него.
– Опять эмоции…
– И ты это говоришь после твоей отличной их защиты сегодня.
– Я не защищал их. То, что существует и имеет силу, не нуждается в защите.
Джим хмыкнул.
– Хорошо. Послушай, можешь ты подключиться к кораблю отсюда? Я хотел бы взглянуть на ББС. Спок думал мгновение.
– Это не составит труда. Одну минутку. – Его пальцы заплясали по клавиатуре.
Маккой рассматривал акварель, висящую на одной из стен черного камня: прекрасные весенние цветы Земли.
– Сладкий горошек, – сказал он сам себе. – Сколько же прошло времени с того момента, когда я в последний раз видел сладкий горошек?
– Поговори с биоотделом, – посоветовал Джим. – У них есть несколько семян, я думаю.
– Нет… Я имею в виду целое поле. Раскачивающиеся на ветру и прекрасно пахнущие. Этот прекрасный, сладкий запах, – Поговори с Харбом Танцором. Может быть, у нас есть что-нибудь подобное в архиве.
– Готово, капитан, – сообщил Спок, – но понадобится ваш пароль.
Джим сел и велел компьютеру передать предназначенные для него сообщения. Экран компьютера выдал:
(1) ОБЩИЙ ОТДЕЛ
Джим отпечатал: "Прочитать сообщение".
ОТ: Ллариан
КОМУ: Джеймс Т. Карк
ДАТА: 7468.55
ПРЕДМЕТ: Дальнейший Совет
Смелые с рассудком выживут, Из этого каждый может извлечь пользу. Природа решает, что есть зло, Но кто может знать, почему? Даже умные находят это сложным. Тао в природе не соперничает, но искусно побеждает, Не говорит, но искусно реагирует, Не созывает, но привлекает, Не торопится, но искусно создает. Структура природы огромна. Ее сети грубы, но ничего не проскальзывает сквозь…– И что, черт побери, ты не можешь выйти из этого? – сказал Боунз, стоя у него за спиной.
– Я что, читаю твою почту через плечо? – поинтересовался Джим. Он откинулся на спинку кресла. – Я скажу тебе, что я об этом думаю. Мне кажется, что кто-то говорит мне, чтобы я спокойно спал этой ночью, потому что все будет в порядке.
– Хм, – ответил Боунз и отошел прочь. Джим раскачивался на стуле и чему-то задумчиво улыбался.
Следующий день застал их всех в гостиной, ожидающих сообщений по результатам голосования. Выпуски новостей были довольно насыщенными, полными деталей расследования коррупции, но никто из них не слушал это.