Мир ведьмаков
Шрифт:
— Ни малейших.
— Хорошо. На этом все, — промолвил старший группы захвата. — Мы уезжаем.
Он двинулся к двери, и до тех пор, пока она за ним не закрылась, Исмаил смотрел ему вслед, пытаясь прикинуть, бывают ли у этого сильного, жесткого и решительного человека моменты слабости, неверия в свои силы. Испытывает ли он сомнения в том, что мир, в котором он живет, устроен правильно? Случалось ли ему совершать ошибки и чувствовал ли он после этого угрызения совести?
Как-то в это не особенно верилось. Но все-таки старший группы захвата был
Исмаилу захотелось курить, и, нащупывая в кармане сигарету, он подумал, что, возможно, ему стоило бы получше изучить стражей порядка. Наверняка у них есть свой взгляд на устройство этого мира. И было бы интересно его услышать.
Однако как это сделать тому, кто привык всеми силами избегать общения с ними? Использовать этот так кстати подвернувшийся ему случай? Поздно. Контролер памяти исчез почти сразу же после того, как появилась группа захвата. А ее командиру он так и не решился задать интересующие его вопросы.
И что теперь делать? Устроить еще одно ограбление собственного дома? А может, все-таки стоит прямо сейчас сделать то, ради чего он так спешил домой?
Вытащив из кармана купленный в антикварном магазине флакон, Исмаил осторожно поставил его на стол и удовлетворенно улыбнулся.
Да, пора приступать к созданию заклинания четвертого уровня. Причем прямо сейчас, не откладывая дела в долгий ящик. Конечно, сначала потребуется трансформировать находящуюся в склянке жидкость в настоящую драконью кровь. Но в любом случае более двух часов вся работа не займет. А там — прости-прощай этот мир. Здравствуй, статус полноправного волшебника. Собственный замок, собственный драконник, из которого в любой момент можно вызвать верхового дракона и вволю покататься, а также все прочие прелести.
И все это — через пару часов, не более.
Кстати, может быть, имеет смысл сначала заморить червячка?
Ну уж нет, не стоит тратить на это время. Скоро он окажется в своем родном мире и уж там-то наверняка найдется нечто повкуснее здешней пищи.
Колбаски с тмином и подливой из душистого невидимого папоротника, приготовленная «по-гоблински» вепрятина, ризотто из плакучих кисло-сладких яблок, похлебка из сырной рыбы, приправленная слабенькими заклинаниями усиления вкусовых качеств…
Эх… Не стоит сейчас отвлекаться и об этом думать. Не лучше ли приступить к делу? А может, все-таки сначала слегка перекусить? Два часа напряженной работы потребуют от него массы энергии. А работать на голодный желудок не такое великое удовольствие. В конце концов, может он потратить минут двадцать на легкий завтрак?
Поместив приобретенный в антикварном магазине флакон в сумку с особо ценными ингредиентами, Исмаил отправился на кухню.
Лицо у Мелинады было недовольное.
— Между прочим, — сказала она, — ты знаешь, что воспоминания у того преступника, который попытался убить хозяина дома, оказались слегка подпорченными?
— Сильно? —
— Оказалось, он из тех редких типов, у которых эмоции влияют на состояние памяти. Короче, его воспоминания испортились не слишком сильно, но тебе сейчас придется слегка попотеть.
Флинн мысленно чертыхнулся.
— Послушай, — сказал он. — А моих собственных воспоминаний будет недостаточно?
— Числись за преступником менее серьезное правонарушение, их бы вполне хватило. А так тебе придется все-таки представить кое-какие дополнительные доказательства. Ты же знаешь, таков закон.
Тут она, конечно, была права. Закон есть закон. И исполнение его обязательно для всех.
Все же Флинну не хотелось вновь беспокоить хозяина дома. Возможно, его еще до сих пор трясет после того, как преступник навел на него скипер? И ждать, пока он пройдет процедуру контроля, тоже не имеет смыла. Доказательства нужны именно сейчас.
Хотя…
— Хватит записи памяти компа? — спросил Флинн. — По счастью, система визуального наблюдения в момент ареста все еще работала. И все происходило в гостиной, где находится кокон компа. Таким образом, все необходимые доказательства хранятся в памяти компа хозяина дома.
— Хватит, — подтвердила Мелинада.
— Ну вот и отлично. Сейчас я их тебе отправлю.
— Буду ждать.
После того как Мелинада отключилась, Флинн переместился к дому, в котором недавно арестовал двух преступников. Оказавшись на месте, он подключился к памяти компа, извлек из нее необходимые данные и чисто машинально, в силу отработанной за много лет работы контролером памяти привычки, решил проверить, как давно хозяин компа проходил процедуру обязательной проверки. Для этого необходимо было заглянуть в банк памяти, в котором хранились данные о последней проверке.
Заглянув в него, Флинн вздрогнул.
Память была чиста и девственна, словно на нее никогда не записывали никакой информации.
Вот с таким ему еще встречаться не приходилось!
Материализовав комп-личину, Флинн шагнул в гостиную и быстро огляделся.
Хозяин дома сидел на гимайском ложаке, откинувшись на его спинку, и курил. Лицо у него было сосредоточенное, словно он готовился приступить к очень трудной, очень ответственной работе.
— Исмаил Режерак, как вы можете объяснить, что в памяти принадлежащего вам компа нет данных о прохождении вами процедуры контроля?
Бросив на контролера памяти задумчивый, слегка рассеянный взгляд, хозяин дома спросил:
— А там есть данные, что я ее не проходил?
— Нет, — признал Флинн.
— В таком случае вы не можете меня ни в чем обвинить. Не так ли?
— Но вы каким-то образом стерли память вашего компа.
— Каким? — небрежно стряхнув на пол сигаретный пепел, поинтересовался Исмаил.
— Неизвестным.
— Ну а если вы не знаете, каким образом это было совершено, то почему вы считаете, будто именно я испортил память компа? Есть у вас этому какие-то доказательства?