Мира
Шрифт:
Мы смотрели друг на друга и улыбались. Когда он улыбался по-настоящему, то был неотразим. Лицо становилось светлее, и в глазах весело плясали чертики. В этот момент мне захотелось обнять его и больше никогда не отпускать, чтобы его сильные руки прижимали меня к груди, и я чувствовала его дыхание. Видимо, наши желания совпали, и он подошел ко мне. Нежно и не спеша провел рукой по моим волосам, подхватил меня на руки, словно я перышко и ничего не вешу, и понес в сторону кровати. Эту ночь я не забуду никогда. Она была полна любви и нежности. Никогда не думала, что физическая близость может так сблизить людей. Наверное,
Утром, проснувшись в мужских объятиях, я почувствовала себя по-настоящему счастливой. Но мысль о том, что я напрочь забыла предупредить родителей, что не приду ночевать домой, выдернула меня из постели и отвлекла от полного счастья. К этому моменту мой пейджер надрывался от сообщений мамы в сумке. Я вскочила с кровати и как угорелая побежала к телефону, стоявшему в коридоре на тумбочке. То, что надо позвонить маме и предупредить ее, чтобы она не волновалась, я догадалась. А вот что ей дальше сказать, я не знала. Врать не хотелось, оправдываться тоже, а сказать правду, где я была всю ночь, а главное, с кем ее провела, означало непредвиденную катастрофу с участием отца. Я сбросила звонок и приложила трубку к груди.
– Что случилось? – сонно спросил Серый и сел на кровати.
Я виновато посмотрела на него, практически со слезами на глазах, и он разволновался не меньше меня.
– Да что случилось?
Я нехотя призналась:
– Я забыла позвонить домой и предупредить родителей, – в негодовании я сильно стукнула себя по лбу рукой, а потом еще пару раз добавила телефонной трубкой. Чем рассмешила моего возлюбленного. Он, конечно же, старался скрыть от меня улыбку, так как я была и правда расстроена, но у него это плохо получалось.
– Просто позвони им сейчас и скажи, – спокойно предложил он, не совсем понимая, в чем кроется смысл моей реакции.
Я села на стул в раздумьях, чтобы серьезно подготовиться к разговору, и практически настроилась. Пока Серый снова не вмешался:
– Хочешь, я позвоню? Я умею ладить с людьми и смогу все объяснить!
Я рассмеялась. В прихожей, сидя полуголая, с растрепанными волосами, я смеялась во весь голос, оценив его старания, но все же отказалась от помощи.
Разговор и вправду был напряженным и тяжелым, как я и предполагала. Мама была мной недовольна, а отец кричал в трубку и требовал немедленного возвращения домой. Я боялась, что он больше не разрешит мне встречаться и, что еще хуже, введет домашний арест, прямо как в подростковом возрасте. Он мог.
После неприятного разговора с родителями я молча подошла к столу, за которым сидел Серый, поджала губу и кратко изложила суть разговора. Он был явно недоволен решением отца и не скрывал своих чувств. И то, что он предложил позже, не выходило у меня из головы еще несколько недель.
– Что если тебе переехать ко мне? – спросил он. – Я хочу, чтобы ты осталась здесь!
То, что мой благоверный был решительным, я ни капли не сомневалась, но пойти на такой серьезный шаг – я никак не ожидала. Я не сразу осознала, что он предлагает мне сейчас, и переспросила:
– Ты сейчас серьезно говоришь?
– Конечно. Я всегда обдуманно принимаю решения, – недовольно произнес он и обжег меня своим взглядом. – А ты?
Впервые он давил на меня и даже не стеснялся этого. Я
– Ты не хочешь, – догадался он и посмотрел на меня грозно, как серый волк. – А что ты тогда хочешь, Мира?
Я попыталась успокоить его и объяснить, но он плохо слушал меня. Да к тому же в самом разгаре нашего разговора подошел к холодильнику возле окна, открыл дверцу шкафа над ним и, немного повозившись, достал пачку сигарет. С задумчивым видом он закурил сигарету, выпустил дым в потолок и отвернулся к окну, спиной ко мне.
Некоторое время я растерянно стояла посередине кухни и наблюдала за ним, боясь пошевелиться. Было такое ощущение, что он забыл про меня или больше не желает разговаривать. С такой стороны он открылся мне впервые, и вдруг я поняла, что совсем не знаю этого человека. Он был таким скрытным и молчаливым и ничего не рассказывал о себе. Как я могла переехать жить к человеку, о котором ничего толком не знала. Наконец он прервал безумный поток моих мыслей в голове и заговорил:
– Я точно знаю, чего хочу, Мира. И я хочу только тебя, – он погасил сигарету и подошел ко мне. – Обещай, что подумаешь и примешь правильное решение!
Я кивнула, чувствуя себя в этот момент провинившимся ребенком, которого отчитывал взрослый.
Глава 6
Домой я возвращаться, естественно, боялась, представляла, как папа рвет и мечет. А о том, чтобы завести разговор о переезде и сожительстве с парнем, я и представить не могла. Зная родителей и их консервативное мышление о замужестве, брачной ночи и клятвах, я вообще не должна была появляться на пороге квартиры мужчины. И я нарушила наш договор.
Когда я появилась в дверях дома, то меня всю трясло и колотило. Я не могла смотреть в глаза родителям. Но к моему возвращению отец, как ни странно, уже успокоился и говорил со мной достаточно мягко и рассудительно. Я была удивлена, будто за ночь я повзрослела и перестала быть для него маленькой девочкой. Правда, на мое несмелое озвученное предложение о переезде был категорический отказ. Отец призывал меня не спешить и наслаждаться встречами и свиданиями, а также изъявил желание познакомиться с моим парнем и узнать его поближе. Это было уже кое-что, и я радовалась такому исходу событий.
В этот же вечер я поспешила обрадовать своего благоверного, правда голос в трубке телефона был не до такой степени радостным и веселым, как хотелось бы мне. Я знала, что он не успокоится на этом и рано или поздно мы вернемся к животрепещущему и острому вопросу, поставленному им тем утром.
А пока я наслаждалась нашим общением. Потихоньку все вошло в обычное русло. Мы встречались каждый день, но уже в сопровождении жарких объятий и поцелуев. Когда нам хотелось уединиться и скрыться от всего мира, мы прятались у него в квартире и наслаждались минутами близости. Я была безумно счастлива. Переполненное любовью сердце кричало и было готово выпрыгнуть из груди.