Миротворец
Шрифт:
Грек послушно надавил на тормоз и уже был готов бурно возмутиться, что в механической зоне посторонним находиться нельзя. Но даже рта не успел раскрыть, как женщина уже сидела рядом, скромно положив на колени лакированную сумочку, а ее спутник устроился позади водителя. Он легонько хлопнул по плечу мужчину и дружелюбно произнес:
— Приятель, эта дама американка, и она потеряла свой багаж…
— Я-то здесь при чем? — попытался отразить словесную атаку водитель электрокара, но его никто
— Ты сейчас доставишь нас в грузовой терминал, где выгружают крупногабаритные машины. — В натрудный карман рабочего комбинезона Крутов сунул пятидесятидолларовую банкноту.
Все вопросы отпали сами собой, и водитель бодро погнал электрокар в сторону грузового терминала.
Вскоре в одном из ангаров Родион увидел стоящий бесхозно красный тягач «Рено» с распахнутым прицепом-рефрижератором. Номер совпадал с тем, что был зафиксирован камерой слежения на пограничном пропускном пункте.
— Стой, — приказал Крутов и обратился к Флетчер: — Керл, у тебя оружие есть?
— Да, — довольно бодро произнесла женщина, распахнула сумочку и сунула внутрь руку. Водитель-грек судорожно вцепился в рулевое колесо, как будто решил, что сейчас его будут лишать средства передвижения, но пассажирам, судя по всему, было не до него.
— Приготовь пистолет и будь готова, — распорядился Крутов и, спрыгнув с кара, бросился в ангар, где копошились несколько грузчиков. Этим платить не пришлось, а на вопрос, где груз из рефрижератора, рабочие дружно указали в сторону стремительно удаляющегося в небе вертолета.
— Твою мать! — выругался Родион и зло осмотрел летное поле. И тут его взгляд остановился на небольшом прогулочном вертолете «Дефендер», издалека напоминающем огромного лупоглазого головастика, возле которого, как трудолюбивая букашка, копошился полуголый мужчина.
Вернувшись к электрокару, Родион на ходу бросил:
— За мной. — И почти бегом бросился в направлении «Дефендера». Каролина, держа в левой руке сумочку, правую при этом удерживая внутри нее, суетливо семенила за своим партнером.
— Вы пилот? — подбежав к вертолету, обратился к мужчине Крутов.
Молодой грек с атлетической фигурой больше походил на жиголо, чем на пилота вертолета. Юноша надменным взглядом смерил стоящего перед ним незнакомца, потом перевел взгляд на подбежавшую следом женщину, одарил ее многозначительной плотоядной улыбкой и с достоинством патриция ответил:
— Да, я пилот.
— Вы можете сейчас подняться в воздух?
— Могу, но полечу только через час.
— Ты полетишь прямо сейчас, — жестко произнесла Каролина, вытащив из сумочки свой пистолет и направив его на грека.
Пилот, увидев черный зрачок ствола, шумно сглотнул подступивший к горлу ком и растерянно произнес:
—
Втроем они забрались в кабину «Дефендера». Под прицелом Каролины грек быстро запустил двигатель и через несколько минут поднял вертолет в воздух.
— Куда летим? — осторожно спросил пилот, когда «Дефендер» поднялся на высоту, с которой аэропорт напоминал городок из конструктора «Лего». — В Албанию, Македонию? — и тут же поспешно добавил: — До Турции топлива не хватит.
— В Турцию нам не надо, — успокоил парня Крутов. — Нам нужно догнать вертолет, который взлетел десять минут назад.
— На это уйдет много времени.
— Мы не спешим, — ответила за Родиона Керл и добавила: — Наверно, нужно все-таки связаться с Джеймсом, чтобы хотя бы он знал, куда мы запропастились.
— Не получится, господа, — встрял в разговор немного осмелевший грек и, не дожидаясь законного вопроса «почему», пояснил: — Рация поломалась, и я сдал ее в ремонт, через час должны были установить.
— Ладно, обойдемся без рации, — отмахнулся Крутов. — Главное — не упустить Джафара, а с Гучасом мы всегда успеем связаться.
— Господа, вы террористы? — глядя перед собой, вдруг спросил вертолетчик.
— Нет, мы как раз наоборот, «охотники за черепами». А ты, дружок, не отвлекайся…
Моше Кацц сидел на пластиковом стуле в зале ожидания возле перепуганной полной гречанки с целым выводком детишек, испуганно жавшихся к ней, как цыплята к наседке.
Между рядами испуганных насмерть людей, которые в один миг превратились в заложников, ходил Ибрагим Фарук. Лицо араба светилось счастливой улыбкой, он воинственно размахивал пистолетом и громко выкрикивал, обращаясь к бойцам «Дельты» и греческим полицейским: — Что вы на меня смотрите, а? Стреляйте, неверные. Я хоть повеселюсь напоследок, да и компания будет большая и веселая на пути к Аллаху. Стреляйте, чего ждете?
Моше отворачивал свое лицо, чтобы случайно не встретиться взглядом с суданцем. Вовсе не потому, что боялся, — как профессионал, Моша знал, едва мусульманский террорист увидит иудея, он запросто выстрелит в него. С такого станется.
«Жаль, что у меня нет оружия, я бы тебя сам как собаку пристрелил», — искоса наблюдая за Фаруком, сокрушался Кацц и сразу же, как профессионал, напоминал себе, что суданец как раз и хочет своей смерти. Взрыватель в его левой руке был устроен на размыкание, стоило только немного разжать пальцы, и пояс шахида тут же превратится в облако раскаленной плазмы, и сотни смертоносных осколков разлетятся в разные стороны, разрывая все на своем пути. Поэтому ни в коем случае нельзя допустить, чтобы пальцы террориста разжались.