Миры Империума
Шрифт:
— Надо подумать,— был мой ответ.
Бейл выглядел огорченным. Сперва я разрушил его надежды, не отвергнув с ужасом предложение подменить диктатора, затем не прельстился с ходу на обещанные награды. Пусть терзается своими сомнениями. Мне он просто надоел.
— Мистер Баярд.— Господин Бернадотт явно колебался.— Я намерен предпринять беспрецедентный шаг,— произнес он более решительным тоном.— По моей личной инициативе я как глава государства присваиваю вам звание полковника королевских войск Швеции без всяких условий. Я делаю это, чтобы выказать
Я тоже поднялся. Остальные последовали нашему примеру.
Настала моя очередь испытывать колебания. Мы смотрели друг другу в глаза. Надо же, глава государства. Неудивительно, что я нашел его похожим на шведского короля. Он и есть король. А представился всего лишь генералом Бернадоттом. Это мне импонировало.
— Благодарю, сэр.— Я ответил на рукопожатие и, сделав шаг назад, отсалютовал по-американски.
Король принял приветствие с широкой улыбкой.
— У вас двадцать четыре часа на обдумывание ответа, полковник,— сказал он.— На этот срок я отдаю вас в заботливые руки барона фон Рихтгофена и мистера Геринга.
Барон повернулся к Винтеру, по-прежнему молча стоявшему рядом.
— Не желаете присоединиться к нам, старший капитан?
— С удовольствием.
Стоило нам покинуть кабинет, к Винтеру вернулось его благодушное настроение.
— Мои поздравления, сударь, э-э, сэр,— обратился он ко мне.— Вы произвели настоящий фурор перед генералом.
Я в упор взглянул на него.
— Вы имеете в виду короля Густава?
— А как вы узнали? — изумленно захлопал глазами старший капитан.— В смысле, черт побери, откуда вы знаете?
— У меня свои методы,— ответил я, придавая лицу непроницаемо-загадочное выражение.
— Но иначе и быть не может,— жизнерадостно вмешался Геринг.— Ведь он и в вашем родном мире известная персона.
— Эх, мистер Геринг,— вздохнул я.— Вот вы и рассеяли мой ореол таинственности.
Толстяк рассмеялся.
— Прошу вас, мистер Баярд, зовите меня просто Герман,— По пути через холл он по-дружески придерживал меня за локоть.— Вы непременно должны рассказать нам о вашем увлекательном мире поподробнее.
Геринг начинал мне нравиться. В конце концов, здесь он не грубый циник из ставки Гитлера, равно как и я не диктатор лежащего в руинах мира.
В разговор вступил Рихтгофен:
— Предлагаю отправиться на мою летнюю виллу в Дротгнингхольме и насладиться ужином. Там за парой бокалов хорошего вина мы выслушаем рассказ о вашем доме, мистер Баярд, и поведаем вам о своем.— Он улыбнулся и добавил: — Мы редко бываем так чопорны.— Барон кивнул в сторону покинутого нами кабинета.— Боюсь, атмосферу встречи определил характер нашего коллеги Бейла.
— Точно,— согласился Геринг.— Ох уж эти англичане! Вечно норовят напустить на себя важный вид. И все из-за чего? Из-за какой-то мелкой
— Вы бы, рейхсмаршал...— возмущенно начал Винтер, но не выдержат и захохотал.— А все-таки, Баярд, какими войсками командовал там, на ИП-три, мистер Геринг? Швейцарским флотом или чем-нибудь в этом роде?
— Ага,— поддержал его Герман.— Вы не против, если я стану звать вас Брианом? Ну так что, стал ли я бравым командиром или трусил перед врагом?
— Вы были боевым летчиком, настоящим асом, и сбили больше двадцати самолетов в воздушных боях Первой мировой войны.
О дальнейшей, не столь блестящей карьере Геринга я умолчал. Мне вдруг стало жалко сравнивать этого веселого толстяка с жирным нацистом из моего мира.
— Как здорово, Бриан! — обрадовался Герман.— Видите, Манфред, какой я храбрец.
— Да уж,— протянул Винтер с неподдельным изумлением.— Вы сказали, Первая мировая война. Вам что, пришлось нумеровать их, чтобы не перепутать? И как только кому-то выжить удалось?
— Когда случилась та война, в которой наш Герман сыграл такую видную роль? — поинтересовался Рихтгофен, входя в лифт.
— С тысяча девятьсот четырнадцатого по восемнадцатый.
Я задумался. Имя барона также казалось мне знакомым. Вспомнил! Манфред Риттмайстер, фрайгерр фон Рихтгофен, ведущий немецкий ас. Ведь Берьадотт называл его Манфредом? Я украдкой бросил на него взгляд. По возрасту вроде подходит. Совпадение или Империум взялся поразить меня столь знаменитым окружением?
— Если не ошибаюсь, вы были другим прославленным пилотом. У вас на счету семьдесят побед. Вас называли Красный Барон.
— Герман и Манфред, несущие ужас— Геринг разразился громким смехом.— Разве мы не пара отчаянных героев?
— То, что вы нам рассказали, мистер Баярд, перекликается с нашими мальчишескими мечтами,— Рихтгофен слегка улыбнулся.— Нынче мы так далеки от этого. Мы счастливы, что живем в мире, где подобные жестокие устремления остались в прошлом и где у нас есть возможность сосредоточиться на других, более насущных проблемах.— Он с симпатией посмотрел на Германа.— Друг Геринг тут изображает клоуна, но на самом деле он не только отличный парень, но еще и один из лучших стратегов в нашей германской разведке.
— А скромник Рихтгофен,— подхватил Герман,— является шефом этой самой разведки. Один из важнейших постов, между прочим, в наш век аппаратов Максони.
Во дворе нас поджидала, урча двигателем, еще одна огромная черная машина.
— Просто поразительно,— заметил Винтер,— многие из уже встретившихся вам фигур стали выдающимися личностями и в вашем мире.
— По-моему, ничего странного.— Я пожал плечами.— Здесь они тоже выдающиеся. Яркие личности ценны в любом мире, насколько я могу судить.