Миры Империума
Шрифт:
— Да? — Мне стоило немалых усилий подавить дрожь в голосе.
— Такого мира не существует. Непрерывное пространство разрушенных миров покрывает весь этот регион Паутины.
— Лучше посмотрите еще раз...
— Сам посмотри! — Сфуджил швырнул мне еще один лист — глянцевую черную фотограмму, куда более совершенную по сравнению с неуклюжими конструкциями, используемыми имперской Службой сетевой картографии.
Я мгновенно опознал знакомый овал Пустоши, а внутри его — сияющие точки, известные как миры ИП-два и три. Очертания третьей А-линии
— Думаю, Совет потратил достаточно времени на этого шарлатана,— донесся издалека чей-то голос.— Уведите его.
Дзок уставился на меня.
— Почему? — спросил он.— Почему ты лгал, Баярд?
— Цель этой твари достаточно ясна,— проскрипел Сфуджил.— Приписывая свои исходные побуждения другим, он решил, что, признав себя гражданином простой низкотехнологичной расы, не получит достаточно внимания. Поэтому он попытался запугать нас разговорами о великой Паутинной державе — завуалированная угроза возмездия! Жалкая увертка! Но чего еще ожидать от такого генетически обусловленного подонка!
— У вас оборудование неправильно работает,— прохрипел я.— Просканируйте еще раз...
— Молчать, преступник! — Сфуджил снова был на ногах. Он не собирался терять преимущество, добытое его шоковым приемом.
— У Сфуджила есть нечто, чего он не хочет, чтобы другие узнали,— крикнул я.— Он сфабриковал снимок...
— Это невозможно,— рявкнул Никодо.— Безумные обвинения ничего тебе не дадут, сапиенс!
— Я всего лишь просил отвезти меня домой,— Я швырнул фотограмму через стол.— Отвезите меня туда, и вы достаточно скоро убедитесь, лгу я или нет!
— Самоубийца! Он требует, чтобы мы пожертвовали транспортом и экипажем, дабы он доиграл до конца свой безумный спектакль,— пророкотал кто-то.
— Вы много говорите об убийственных инстинктах моего рода,— отрывисто произнес я.— А где тогда представители сапиенсов в этом вашем уютном мирке? В концентрационных лагерях слушают ежедневные лекции о братской любви?
— В Ксониджил нет разумных безволосых форм,— прорычал Никодо.
— Почему? — рявкнул я в ответ.— Скажете, вымерли?
— Их ветвь была слабой,— перешел к обороне Никодо.— Мелкие, голые, плохо приспособленные к столкновению с невзгодами ледниковых периодов. Никто не уцелел до нынешней эпохи...
— Стало быть, вы их перебили! Возможно, в моем мире получилось как раз наоборот — а может, в обоих случаях имели место естественные причины. Как это ни подавать, история слишком древняя. Я предлагаю сейчас начать сначала — и можете прямо с проверки моего рассказа...
— Говорю вам, давайте наконец прекратим этот фарс! — Сфуджил застучал по столу, привлекая внимание.— Я ставлю вопрос на официальное голосование! Немедленно!
Никодо дождался, пока разговоры стихнут.
— Советник Сфуджил воспользовался своим правом категорического предложения,— тяжело произнес он.— Сейчас по данному вопросу будет проведено голосование, в форме, предложенной советником.
Сфуджил по-прежнему
— Вопрос ставится так,— произнес он официально.— Удовлетворить требования этого сапиенса...— Он оглядел стол, словно оценивая настроения коллег.
— Он рискует своим положением, формулируя Вопрос на Голосовании,— прошипел Дзок мне в ухо,— Он проиграет, если зайдет слишком далеко.
— Или, напротив,— теперь советник смотрел на меня,— депортировать его на низкотехнологичную мировую линию, чтобы он прожил там ощущенный ему естественный срок в изоляции.
Дзок застонал. По столу прокатился вздох. Никодо что-то проворчат.
— Если бы ты только пришел к нам честно, сапиенс,— вздохнул он.
— Голосование! — рявкнул Сфуджил.— Выведите тварь, агент!
Дзок взял меня за локоть и вывел в коридор. Тяжелые створки щелкнули у нас за спиной.
— Я вообще не понимаю,— сказал он.— Наговорить им всей этой ерунды про сетевую державу! Ты безнадежно настроил Совет против своей персоны — и ради чего?
— Даю тебе подсказку, Дзок. Разве им так уж требовалась какая бы то ни было помощь? Да они уже давно имеют собственное мнение о гомо сапиенс.
— Никодо собирался отнестись к тебе сочувственно,— возразил Дзок.— Он могущественный советник. Но твоя бессмысленная ложь...
— Послушай меня, Дзок,— я схватил его за руку,— я не лгал! Попытайся вбить это в свою тупую черепушку! Мне плевать, что показывает ваша аппаратура. Империум существует!
— Сканер не лжет, сапиенс,— холодно ответил агент.— Тебе лучше признать ошибку и молить о милосердии,— Он выдернул у меня свою руку и разгладил складку на рукаве.
— Милосердии? — Я рассмеялся, но без особого веселья.— От добрейшего советника Сфуджила? Вы, ребятки, так носитесь со своей философией «дружной семьи», но когда доходит до практической политики, становитесь так же безжалостны, как и остальные человекообразные!
— О ликвидации речи не было,— натянуто произнес Дзок.— Перемещение позволит тебе прожить жизнь в достаточном комфорте...
— Я говорю не о своей жизни, Дзок! В мире, которого, по вашим словам, не существует, живут три миллиарда людей. Внезапная атака хагрун станет бойней!
— Твой рассказ не имеет смысла, англик! Мы изобличили твое вранье! Такой линии, как твой Империум, не существует!
— Ваша аппаратура нуждается в перенастройке! Он был на месте сорок восемь часов назад...
Двери Совета открылись. Часовой выслушал кого-то с той стороны, затем поманил Дзока. Агент бросил на меня тревожный взгляд и проследовал внутрь. Двое вооруженных часовых взяли на караул и молча замерли по обе стороны от меня.
— Что там сказали? — спросил я у них.
Никто не ответил. Минута ползла долго и мучительно, словно безногий калека. Затем двери снова распахнулись, и Дзок вышел. За ним следовали двое членов Совета.
— Решение... э... принято, Баярд,— запинаясь, проговорил мой бывший сокамерник.— Тебя проводят на квартиру, где ты проведешь ночь. Завтра...