Мисс Хрю
Шрифт:
На похоронах мисс Хрю играли оркестры, стреляли пушки Пшиш рыдал на груди Фикса.
Потом Фикс рыдал на груди Пшиша. Затем оба рыдали на груди Шизофра.
Останки мисс Хрю лежали в гигантском гробу: ведь не так просто втиснуть в ящик, даже очень большой, три тонны сосисок!
Было объявлено, что отныне фирма "Беконсфилд" не будет выпускать сосисок вообще.
В тот же вечер состоялось экстренное заседание Совета полубогов, который принял решение немедленно осуществить вторую часть плана: открыть Бельфийский оракул.
– В конце
Глава XIII. ВЕЛИКИЙ ОРАКУЛ.
Великий Бельфийский оракул был оборудован по последнему слову техники.
Как разведал Генри Кларк, в верхней пещере расположились микрофоны, с помощью которых можно было заставить оракула говорить что угодно. Телевизионные камеры транслировали в верхнюю пещеру все происходящее внизу. Сидя за микрофоном, диктор отлично видел все, что творится среди зрителей, толпящихся в главной пещере.
Пшиш, Шизофр и Портфеллер были очень довольны оборудованием - удобно, безопасно, надежно.
Впрочем, для усиления безопасности и надежности верхней пещеры ее караулила банда "роботов" Ржавого Гарри, оставшаяся без работы после смерти мисс Хрю.
– Сверхсекретный объект!
– сказал Шизофр.
– Ни единая душа даже на сто метров не должна подходить к нему. Ясно? Иначе я за всех вас даже ломаного долгинга не поставлю...
Ржавый Гарри получил особое задание, которое возвысило его в глазах коллег как крупного специалиста. Когда оракул голосом невидимого диктора скажет: "Страна должна стать свободной и радостной". Ржавый Гарри должен будет арестовать президента Слябинса.
Открытие оракула, который должен был заговорить после тысячелетнего молчания, собрало самую высокопоставленную публику Потогонии. Прибыли полномочные и чрезвычайные послы Канарии; Напугалии, Моналюкса.
Президент Слябинс, окруженный министрами и телохранителями, занял место в первом ряду.
Преподобный Пшиш еще раз окинул хозяйственным взглядом ряды курильниц, окутанные ароматным дымком фимиама.
Лампы дневного света, ловко вмонтированные в расщелины каменного пола, создавали иллюзию таинственных лучей, проникающих в пещеру из-под земли.
Треножник с самой большой курильницей был поставлен в глубине пещеры. Он отсвечивал красноватым призрачным светом и окутывался клубами пара, словно жерло маленького вулкана.
Жрец великого Бельфийского оракула, длиннобородый глухонемой старик, занял свое место. Его седая борода причудливо сливалась с клубами пара и казалась в красном свете розовой, неземной.
– Этот немощный старец, - пояснил гостям преподобный Пшиш, показывая пальцем на упитанного жреца, - получает возможность говорить, только вдохновляемый оракулом, В обычное же время старик нем и глух. Чудо природы! Божественное прозрение!
– Что же мы услышим?
– с сомнением спросил президент Слябинс.
–
– картинно воздел руки к лепному потолку пещеры Пшиш.
– Разве можно знать, что соблаговолит произнести оракул после тысячелетнего молчания? Но то, что он скажет, будет голосом всевышнего! Ибо пути, которые господь бог избирает для того, чтобы сообщить нам волю свою, неисповедимы.
– Вижу, вижу!
– вдруг хрипло закричал жрец. И ему, точно эхо, отозвался голос оракула: - Вижу леса и горы, города и реки... Страну милости господней - Потогонию. В ней много смут и недовольства... в ней... в ней...
– Оракул еще, видимо, не разработался, - сказал Слябинс.
– Все-таки тысяча лет простоя...
...А в это время у верхней пещеры, этого "сверхсекретного объекта", происходили удивительные события.
По тропинке, ведущей к замаскированному входу в пещеру, шел Фикс, держа на золоченом поводке мисс Хрю.
Да, да, это была мисс Хрю собственной персоной. Венценосная свинка была одета так же, как всегда одевалась для прогулок: замшевый зеленый труакар, на копытах зеленые башмачки, корона походная номер два.
"Робот", который охранял тропинку, первый увидел миллиардершу.
– Ва... ва... ва!
– залепетал он испуганно, и пистолет ходуном заходил в его пальцах.
– Свиное привидение!
– Олух!
– сказал Фикс бесстрастно.
– Почему не кланяешься своей повелительнице?
"Робот", услышав привычное обращение, покорно склонил голову.
– Эй, вы!
– сказал Фикс спокойно.
– Ну. сколько вас тут, быстро ко мне! Мисс Хрю хочет сказать вам несколько слов. Вы верные люди, вы можете знать тайну - мисс Хрю не погибла, это был только ловкий политический трюк.
"Роботы", кряхтя, повылезали из своих тайных нор и замаскированных огневых точек. Они кланялись хозяйке и подобострастно прикладывались к ее изящным копытцам.
– Так, а теперь руки вверх!
– сказал Фикс.
– И не шевелиться, а то будет очень плохо.
"Роботы" обалдело воззрились на Фикса, с которым происходила необыкновенная метаморфоза. Он снял очки, сдернул парик, и на солнце засверкала серебряная шевелюра, похожая на берет.
– Ну, ну, быстро!
– раздалась команда. "Роботы" огляделись: их окружало более двадцати одетых в очень элегантные костюмы мужчин. У каждого в руке было по большому автоматическому пистолету.
"Роботы" привыкли покоряться силе и без ропота сдали оружие.
– Заберите этого поросенка, - сказал мужчина с седой головой своим приятелям.
– Он нам больше не нужен. И отнесите его к хозяйке, а то это у нее последний, и она очень волнуется за его судьбу.
Затем седоголовый прошел в замаскированную дверь, к диктору.
Вот в это-то мгновение суфлировавший жрецу и оракулу диктор и начал повторять слова "в ней", "в ней", как патефон, иголка которого застряла на одной борозде и не может двинуться дальше.